Чтение онлайн

— Оставленный сад? — переспросила Лиза. — Да, в Белых. Ты проводишь меня? Или тебе некогда?

Девушка блеснула глазами и нахмурила светлые бровки, словно заколебавшись.

— А тебе ничего рядом со мной идти? Не стыдно? — спросила она вдруг и впилась глазами в Лизино лицо.

— А что такое?

— З-запашок, — насмешливо ответила собеседница и крутанула лопату.

— Ну, скотина не фиалками пахнет, я знаю. Ты с ней работаешь, это понятная история, — пожала плечами Лиза. — Людей, которые работают, создавая еду, грешно стыдится. Однако, если ты занята работой, то я не буду настаивать. А если нет, то почему бы тебе и не проводить меня? А как тебя зовут? А то ты меня знаешь, а я тебя нет.

— Евлампия я. Все тут Лампой кличут, — она вдруг улыбнулась светло и радостно. — А у меня сейчас есть свободное время. Немноженько.

— А я — Лиза.

— А я знаю.

Они рассмеялись одновременно, уже с взаимной симпатией рассматривая друг друга.

— Здесь Лампой кличут, а дома как звали? — поинтересовалась Лиза.

— Так, Малаша, но не надо так. Говори, как все в Замке. А то матушка Акулина ругаться будет. Она не любит такого, самовольного. Порядок важен. И послушание. Сказали звать Лампой, значит, Лампа я. — Малаша вздохнула и попросила запинаясь, сделав над собой явное усилие. — Ты не говори никому, что я плакала и что я тут была. Вообще не говори, что мы встретились, да еще здесь.

— И у меня такая же просьба, — улыбнулась Лиза. — Не хочется матушку расстраивать.

— Не скажу! — обрадовалась девушка и посторонилась. — Поднимайся вперед, а то с меня еще посыплется, а ты в чистом, — и с затаенной мечтой в глазах оглядела Лизино платье.

Лестница оказалась неожиданно крутой и высокой, так что Лиза даже немного запыхалась под конец подъема.

— Не думала, что я так глубоко спустилась, — сказала она Малаше, когда они наконец, вышли в узкую дверь — копию той, в которую вошла Лиза.

— Ты очень далеко зашла, — буднично откликнулась та.

— Вот куда я зашла, я даже не знаю! — улыбнулась Лиза.

— Коридор ведет в нижнюю тюрьму. По правде, говоря, там заперто, ну, мне так рассказывали. Я сама не знаю, потому что я боюсь от ступенек-то отходить, — Малаша начала разматывать верхний платок, который когда-то — очень давно — был белым.

— А заперто почему?

— Ну так там древние камеры для преступников, призраки всякие. Ну, говорят, что это узники тех веков — злющие! Тут же ведьм и колдунов держали. Они умерли, а грехи их не отпустили. Умерли, а все равно в тюрьме остались — и выйти не могут. А людей подманивают. Вот их брат Саватий, чтобы не бесчинствовали, и запер своей молитовкой. Ну и замок тоже навесили, конечно.

— А! — неопределенно ответила Лиза.

На скотном дворе она была впервые и теперь оглядывалась с любопытством. Вернее, было бы назвать этот двор свиным. Великое множество хрюшек разных размеров занимались своими делами, не обращая внимания на двух девушек.

Может быть, Лизе и были интересны эти звери, которых она до того видела лишь на картинках — Полунощь имела свои ограничения — да куда сильнее оказалось желание заткнуть нос. Но отчего-то ей подумалось, что этим жестом она обидит Малашу, разрушив зарождающееся между ими доверие, и Лиза мужественно терпела, стараясь дышать не глубоко. Кажется, она переоценила свои силы. Она даже предположить не могла, что что-то может так вонять!

— Сюда иди, — позвала Малаша, указывая на отгороженный от общего двора чистый проход вдоль стены. — До конца, там повернешь, не ошибешься! Ну и снова иди до конца. У калитки меня жди. Я следом буду. Только стой у самой стены, не отходи. Сейчас все на обеденной молитве и на обеде, но мало ли, вдруг кто из-за дел своих припозднился? Увидят тебя — разговоров-то будет! Ой!

Лиза с некоторым облегчением заспешила по узкому проходу, стараясь не дышать и с ужасом думая, что еще немного и она бросится бежать. Неважно куда, лишь бы подальше от этого запаха. А ведь еще ждать Малашу!

Но Малаша пришла буквально следом.

Видимо, только скинула с себя большое верхнее платье, оставшись в послушническом, которое сидело на ней не в пример ловчее.

— Быстро ты, — улыбнулась Лиза.

Малаша, довольная, сверкнула ответной улыбкой.

— Да что там! Веревку развязать, из сапог выпрыгнуть, да верхние платки сдернуть! — она выставила ножку вперед и покрутила ей в воздухе. — Смотри, я даже тапки не снимаю — сапоги-то огроменные!

— Тяжело же так, — посочувствовала Лиза. — Ты одна там, что ли?

— В это время одна. Ну, старшая еще бывает. Ходит, смотрит. Как чего углядит, так матушке жалуется. Вредная она, старшая-то наша. Матушка Акулина даже сама сказала, что она слишком много жалуется. Евлампия, говорит, столько грешить не успевает, сколько ты жалуешься, — Малаша весело захихикала. — Ты бы видела, как та вскраснела!

— Ты из-за нее плакала?

— Ага, — запретила мне на обед сегодня идти, — девушка махнула рукой. — Да и ладно, мне телятницы молока дают, не голодная. Но все равно обидно. Мамку чевой-то вдруг вспомнила. Вот и подумалось, не жилось дома-то, другой жизни хотелось. Ай! Тебе не интересно, наверное?!

Они были уже в саду, и шли по крайней дорожке вдоль глухой стены. Лиза с наслаждением вдыхала пряный воздух заброшенного сада полной грудью.

— А почему ты назвала его Оставленным садом?

— Ну, видишь, здесь ничего не делают? Рук не хватает. На следующий год и сюда доберутся. Вот, чтобы понятно было, мы его так и зовем. Не знаю, кто придумал. Зато сразу понятно, про какую часть сада разговор идет.

— Ага, — ответила Лиза. — Но ты рассказывай про свой дом, мне интересно. Я в настоящей деревне, если честно, не была ни разу.

— Ну, это понятно. Ты же богатая, — усмехнулась Малаша.

— Я?!

— Ну, у тебя отец и мать были не из простых. Опять же отец твой — сам Соцкий. Уж не голодом ты у него жила. У меня вот отца вообще нет. Ну, то есть где-то есть, но он с мамкой не стал жить. Она сирота, приданого нет. Ему такая зачем? Но, когда Калерия родилась, еще приезжал. Из-за этого и я потом родилась.

— А Калерия это кто?

— Так сестра моя старшая. Она тоже здесь. Но она уже все ступеньки прошла, отучилась и замуж вышла. Семен, муж ее, на праздничной службе мольцом станет, — похвасталась Малаша. — Им брат Саватий уже место назначил. Хорошее! В Осиновом! Он заместителем в консистории будет! Каля сказала, что это очень перспективно! Оттуда могут и в столицу забрать! А знаешь всё почему? Потому, что Каля с Семой очень верующие и на хорошем счету были все это время! Матушка Акулина даже Калю мою своей ученицей зовет!

Сомнительное достижение, рассеянно подумала Лиза. Впрочем, это их дело.

— Ты, получается, как твоя сестра хочешь быть? — с улыбкой спросила она, только затем, чтобы что-нибудь спросить.

— Не знаю, — повесила голову Малаша. — Каля умная, а меня даже отчим вертлявой звал. Вот и матушка Акулина говорит, что у меня шило в одном месте и смирения нет. А мамка смеялась, что я в ее породу — простодырая, а Калька в отца — себе на уме.

— А мама-то с отчимом как относятся, что вы в монастыре Неспящих живете?