Чтение онлайн

Принятие Инквизитора взамен Христа означает также отрицание Бога и атеизм. Атеизм, в свою очередь, подразумевает отрицание идеи бессмертия, то есть веры в бесконечные нравственные начала и ценности. Сочетание же атеистической идеи с мыслью о дурной человеческой природе логично приводит героя к выводу о вседозволенности, о праве на своеволие. Наблюдая за собой и окружающими, Иван Федорович заявляет: «А насчет права, так кто же не имеет права желать? К чему же лгать перед собой, когда все люди так живут, а, пожалуй, так и не могут иначе жить… В желаниях своих я оставляю за собой полный простор». По-видимому, такие суждения не могут не вызвать сочувствия ни у автора, ни у читателей.

Нравственная уязвимость теории подчеркивается и другими способами. Во-первых, манерой ее преподнесения. Излагая свои мысли Алеше и другим слушателям, Иван Федорович не предполагает их обсуждения, в частности не воспринимает вопросов, реплик и оценок Алеши. Порой он и сам иронизирует над своими мыслями, порой странно смеется, как бы подвергая их сомнению. Нравственная оценка обнаруживается и в словах рассказчика, который, повествуя о событиях, происходящих в романе, подмечает и фиксирует психологические состояния героя, подчеркивая, например, что «Иван злобно крикнул кучеру», «злобно закричал на отца», «злобно искривил лицо», «с отвращением понял», «отпихнул Максимова так, что тот отлетел на сажень» и т. п.

Как и в «Преступлении и наказании», поведение героя нередко становится автоматичным, трудно контролируемым. Как и Раскольников, он оказывается желчным, необщительным, раздражительным, Его состояние неприятно и неуютно для него самого. Следовательно, и здесь психологическая неуравновешенность сигнализирует о душевном неблагополучии, в основе которого сомнения в своих мыслях и в первую очередь в идее вседозволенности.

Приведенные факты из жизни двух героев свидетельствуют о том, что внутренний мир человека весьма многослоен: в нем присутствуют и взаимодействуют собственно теоретические мысли, нравственные принципы и психологические импульсы и порывы. Все они могут гармонировать, а могут вступать в противоречия друг с другом. Так случается у Раскольникова и Ивана Карамазова. Эмоциональное состояние того и другого говорит о психологическом неблагополучии. Психологическое напряжение служит толчком к ощущению, а затем и осознанию безнравственности своих мыслей и поступков. А через осознание безнравственности герой способен прийти к правильной оценке своей концепции и ее сущности.

Из данного понимания личности проистекает и психологизм, который может быть в романе Ф.М. Достоевского прямым (в монологах и репликах), косвенным (в поступке и жесте), тайным, как у И.С. Тургенева, и явным, обнаженным, как будет у Л.Н. Толстого. Указанные особенности свидетельствовали о существовании еще одного варианта романа в русской литературе XIX века. Этот тип романа будет особенно близок западноевропейским писателям конца XIX – начала XX века, ибо за сложностью психики они видели иррациональное содержание внутреннего мира человека, все менее доступное пониманию и объяснению. Это поддерживалось открытиями в области психологии, особенно швейцарского ученого Карла Густава Юнга и его учеников, и находило отражение в романах таких известных писателей, как Томас Манн.

Не менее заметный след, чем Ф.М. Достоевский, оставил в русской и мировой литературе Л.Н. Толстой, вершиной творчества которого по праву признана «Война и мир». Это произведение издавна именуют не просто романом, а романам – эпопеей, что вполне справедливо. На то есть два основания: величина, масштаб, объем изображаемых действий и событий, а кроме того – характер событий, развертывающихся, начиная с третьего тома (всего в книге четыре тома). Все отношения персонажей и события исторического плана протекают в атмосфере войны с Наполеоном, войны отечественной, освободительной, народной, в отличие от кампаний 1806–1809 годов, участниками которых были и Андрей Болконский, и Николай Ростов и другие герои романа. Война 1812 года по меркам не только того, но и нашего времени, была грандиозным потрясением для всей России. Она унесла массу жизней, разорила жилища, искалечила судьбы, уничтожила значительную часть Москвы, горевшей в течение нескольких дней. Все это показал Толстой введением огромного количества действующих лиц – дворян, крестьян, военных, партизан, французов и т. д. Он же сумел передать драматический колорит того периода, который ощущался и осознавался разными участниками событий – от Кутузова и императора Александра до простого солдата. Стоит вспомнить сцены отступления армии, бегства населения, пожара Москвы, пленения русских, переживаний главнокомандующего, который, узнав об уходе французов из Москвы, понял, что «спасена Россия», и потому всячески старался уберечь свою армию от излишних потерь. Таким образом, причастность всех россиян, так или иначе показанных в «Войне и мире», к событиям 1812 года окрасила повествование Л.Н. Толстого в драматические тона и вместе с тем придала ему эпопейно-героический характер.

К этим россиянам принадлежали и главные герои Толстого, знакомство с которыми состоялось задолго до этой войны, а расставание произошло через семь лет после ее окончания. Следовательно, временные рамки повествования составили в целом около пятнадцати лет. Оправдан ли такой срок ведения действия и о чем он говорит?

Дело в том, что если бы речь шла о массе действующих лиц, даже таких как старшие Ростовы, их дочь Вера, Берг, Друбецкой, князь Василий, Элен, Анна Шерер и другие, то указанный разворот сюжета был бы необязателен. Все они, добрые и злые, умные и глупые, – весьма ординарны, обычны, неизменны и постоянны в своих привычках, склонностях, мыслях о жизни. Поэтому для выяснения общего уклада их жизни, стиля мышления и способа существования не потребовалось бы столь длительного времени.

Но в их среде, представленной огромным количеством персонажей, выделены и выведены на передний план всего четверо героев – Андрей Болконский, Пьер Безухо в, Наташа Ростова и княжна Марья Болконская. Изображение их судеб и определяет временные границы повествования, которое начинается как роман и кончается как роман, позволяя ввести в свои рамки несчетное количество персонажей, оказавшихся причастными к событиям 1812 года и тем самым к судьбам ведущих героев. Выделением этих героев Толстой демонстрирует свои симпатии к подобному типу людей, но при этом подчеркивает, что даже потенциально значительному, духовно одаренному человеку необходимы долгое время и масса испытаний, чтобы найти себя, обрести спокойствие – внешнее и внутреннее.

В чем причина его симпатий? В духовных возможностях, в содержании внутреннего мира, в интеллекте, культуре, эмоциональном богатстве. Князя Андрея отличает постоянная потребность думать, знать, читать, осознавать, что происходит вокруг и с ним самим. Он не вписывается ни в какой круг. Когда ему хочется высказать свои мысли, он готов доверить их только Пьеру, который значительно моложе его. Пьера он характеризует Наташе как единственно умного, доброго, уважаемого и надежного человека и друга. Пьер тоже начитан, интеллектуален, озабочен делами и идеями, которые далеко не всегда ему удаются, не успокоен, но, в отличие от своего эмоционально холодного друга, мягок, доверчив, отзывчив и до бесконечности добр. Его любят все, кроме его жены Элен и ее чопорного окружения, ему рады во всех домах, привязанность к нему окружающих – стихийная награда его нравственным качествам.

Различия между характерами друзей становятся источником их размолвки, холодности, отчуждения. Эти же различия объясняют разные отношений с Наташей. Пьер любит ее глубоко и безотчетно. Андрей приходит к пониманию ее душевного склада через ощущение смерти.

А Наташа? По словам князя Андрея, она была единственной в своем роде в светском обществе. Ее прелесть зафиксировал даже его холодный, рассудочный ум, отметив непосредственность, открытость, эмоциональную наполненность, жажду счастья. В момент их знакомства он не мог еще оценить ее доброты, чуткости, умения понять чужое горе, порадоваться чужому счастью. Такой ее видел Пьер, такой она оказалась в семейной жизни – беспредельно преданной мужу, гордящейся им, погруженной в любовь к семье. Признаком ее, как и Пьера, человеческого обаяния была любовь к ним Николеньки Болконского, не любившего дядю Николая (Ростова).

В чем истоки духовности толстовских героев? Во многом – в семье. От атмосферы в семье, особенно такой, как семья Ростовых или Болконских, зависит становление личности. В петербургской среде всякие порывы и возможности могут быть задушены этикетом, нормой, фальшивостью отношений.

Но выделяя всего трех-четырех героев, Толстой наводит на мысль, что личностные возможности заложены в самой индивидуальности. В благополучной патриархальной семье Ростовых Наташа не похожа на Веру и даже Николая. В семье Болконских все сами по себе. А Пьер сформировался как личность вообще вне семейных традиций, не случайно его нравственный путь был длиннее и сложнее.

Немалый срок, отпущенный героям, позволяет осознать и им самим, и автору, и читателям их жизненно-духовный итог В ходе их жизни было много потерь и разочарований – смерть графа Ростова, Пети, старого князя Болконского, самого Андрея, разорение Ростовых, потеря половины состояния Пьером, дыхание смерти во время казни на Ново-Девичьем поле, плен, болезнь и многое другое. А обретения? Устойчивая жизненная позиция, радость встречи друге другом, понимание ценности жизни и семейного счастья. Ощущение и героями, и автором, и читателями нравственного итога – это и есть наличие монологизма, без которого не существует ни один роман. Только монологизм, то есть положительно значимый итог, не всегда лежит на поверхности, он может быть глубоко затаен, потому что формы прозрения, обретения, самопознания могут быть самыми разными.