Чтение онлайн

Иногда вместе со всеми выкуривала свои, естественно, дорогие импортные сигареты и наша В.В., причём всегда предлагая свои сигареты остальным сотрудникам.

В такие минуты можно было подойти к ней с любым вопросом, касающимся даже её личной жизни, и получить честный и откровенный ответ. В такие "святые" минуты проветривания атрибуты и элементы субординации не приветствовались самой начальницей.

Сотрудники отдела тепло приняли под своё "крыло" нового члена коллектива, искренне прониклись моими заботами и проблемами, которые мне ещё предстояло решать. Когда они узнали, как далеко от места работы я временно живу, тут же дали мне точный адрес, где надо искать жилье, вот что значит– коренные жители Ленинграда.

Этим местом являлась часть набережной канала Грибоедова, прямо у Львиного мостика. В этом месте каждый день, и в выходные дни тоже, с утра до позднего вечера, особенно в часы после окончания рабочего дня, наниматели жилья и лица, сдающие своё жильё, съезжались со всех концов города и здесь искали друг друга.

В первый же день после работы я поехала к Львиному мостику, куда потом ездила каждый день в течение 2-х недель. В основном, среди людей, ищущих квартиры и комнаты, были военные и студенты, первые искали квартиры, потому что были семейными, а вторые – комнаты, по финансовым соображениям.

Уже ночью, возвращаясь электричкой в Сертолово, я успокаивала себя– не повезло сегодня, повезёт завтра, ведь крыша над головой ещё была. Я только очень расстраивалась из-за того, что жила не у близких родственников, которые могут долго терпеть "родную кровь». Мне не хотелось своим долгим присутствием стеснять семью дяди Володи, хотя у них была 3-х комнатная квартира, и места как будто всем хватало.

Утром, когда я ехала на работу электричкой, я ещё пыталась доспать каких-то 20-30 минут, если удавалось занять свободное место в электричке, потому что на мне уже сказывалось хроническое недосыпание. Вечерами, когда в электричке было мало народу, я могла сидеть одна на целом 3-х местном сиденье и предаваться мечтам и воспоминаниям, глядя на мелькавшие за стеклянными, порой грязными, окнами вагона сосновые лесные массивы и населённые пункты. Это было единственное время в моём напряженном дневном и вечернем рабочем графике, когда я могла вспоминать об Алене.

Всё, что было 2 года тому назад, теперь казалось, было не со мной. Только почему-то при воспоминании тех событий опять сильно ныло сердце, и болела душа, и хотелось плакать, тогда я понимала– это было всё-таки со мной.

Уже полмесяца я, как на работу, ходила на этот импровизированный рынок жилья. С некоторыми из моих конкурентов я даже успела познакомиться. Я пыталась найти среди той огромной толпы девушку, желательно, студентку, с которой я бы смогла вместе снимать квартиру или комнату (по экономическим соображениям).

Некоторые лица из толпы за полмесяца так примелькались, что при встрече с ними у близко находящейся станции метро "Невский проспект" я здоровалась, как с хорошими и давними знакомыми, или просто кивала головой в знак приветствия.

Мне часто приходилось наблюдать такую картинку, когда редкий обладатель жилплощади внезапно появлялся у Львиного мостика – тут же десятки людей в одно мгновенье срывались со своих, так и хочется написать "насиженных", мест. Они бежали к "хозяину", окружая его тесным кольцом, куда таким слабым существам, как я, трудно было пробиться и разорвать хоть где-нибудь то "кольцо блокады".

Мне всегда эта картинка напоминала слёт городских голубей к стареньким бабулькам, коренным ленинградцам, бросавшим на землю заранее приготовленную горсть пшена или хлебных крошек, чтобы покормить голодных голубей и воробьишек в парках и садах Ленинграда.

Наконец и мне повезло, это был мой день.

Очень интересно то, что именно в тот день я не собиралась ехать к Львиному мостику. Многим моим коллегам в ту пятницу после окончания рабочей недели было со мной по пути к станции метро "Выборгская". По дороге к метро я увидела трамвай № 2, идущий в обратном по отношению к нам направлении. Как раз по маршруту "двойки" я обычно добиралась до Львиного мостика. Я бросилась через трамвайные пути к остановке, на лету крикнув своим коллегам: "Пока!" Я совсем тогда от себя не ожидала такой быстрой смены своих решений… Видно, моему "провидению" стало известно, что моя будущая хозяйка вышла из дома на поиски квартирантки для своей комнаты.

В тот вечер, как всегда, было много жаждущих снять жильё. Действительно, то был "мой" день. Так получилось, что не Магомед к горе пошёл, а гора – к Магомеду. Моя будущая хозяйка комнаты пришла на этот «квартирный» рынок и не стала громко спрашивать, как это делали другие хозяева: "Кому нужна комната в центре города?" Вместо этого она нашла уютное местечко около Львиного мостика на набережной канала Грибоедова, стала наблюдать за людьми и искать среди них в качестве своей квартирантки молоденькую и скромненькую девушку, нуждающуюся в жилье. Её выбор, к обоюдному нашему удовольствию, выпал в тот вечер на меня. Она как-то незаметно подошла ко мне и сказала тихо: "Девушка! Вам нужна комната?" Она намеренно это сказала так тихо, чтобы тут же не слетелись к нам остальные "голуби".

– Да! Очень нужна! А далеко это отсюда? – не веря в свою удачу, спросила я женщину.

– Да здесь совсем рядом, пешком идти минут 20, а если трамваем, то 2-3 остановки.

– А какой адрес?

– Садовая, дом 124. Это рядом с Калинкиным мостом.

– А Вы много хотите за комнату? – поинтересовалась я.

– Вы будете платить 20 рублей в месяц.

– Так дёшево? – удивилась я.

– Дело в том, – на минутку замялась женщина, как будто не зная, что дальше сказать и как объяснить ситуацию, – что у нас в этой комнате уже живёт девочка, студентка из медицинского института. Она жила вместе со своей подругой, но та вышла замуж… и теперь Марине, так девочку оставшуюся зовут, трудно платить 40 рублей.

– Хорошо, – согласилась я. – А можно прямо сейчас посмотреть комнату и познакомиться с Вашей Мариной?

– Да, конечно…

И мы тут же направились с Лидией, так звали мою хозяйку, по направлению к их дому. Мы подошли к дому 124 по Садовой улице, прошли под аркой в "колодец" (внутренний дворик, окружённый со всех сторон домами) и вошли со стороны этого дворика в маленький подъезд, размером 1 м х 2 м, из которого был вход только в дверь одной квартиры, собственно говоря, нашей квартиры.

Лидия жила с мужем Алексеем и маленькой 5-летней дочкой в 3-х комнатной квартире. Когда я увидела сдаваемую комнату, то очень удивилась её размерам – её габариты не очень намного превышали размеры "персонального" подъезда, разве что, на 50 см шире и длиннее.

– Ой, какая маленькая комнатка! – не могла я скрыть своего удивления.

– Да, маленькая… Но здесь всё для вас с Мариной есть – и кровать, Вы на ней будете спать, и диван, на котором Марина спит. Вот – стол у окна с телевизором, а здесь, – Лида показала на стене, противоположной окну, на что-то, покрытое цветной ситцевой занавеской, – вешалка, на которую Вы будете вешать свои вещи.

– А телефон в квартире Вашей есть? – поинтересовалась я наличием немаловажного "удобства" для квартиры.

– Чего нет, того нет, – как будто оправдываясь, сказала хозяйка.

– А чего ещё нет, что обычно бывает в квартирах? – как бы шутя, спросила я Лиду.

– Ещё нет горячей воды в кранах, только холодная вода, но зато,– поспешила добавить находчивая хозяйка, – здесь рядом, у Калинкина моста, есть бани, куда мы сами ходим всей семьёй.

– Скажите, Лида, если я соглашусь снять Вашу комнату, то мне отсюда далеко придётся добираться до станции метро "Выборгская"? Там моя работа находится. Можно ли одним видом транспорта туда доехать или нужны пересадки?