Чтение онлайн

— Так что там за «раскрыватель»? — прошептал мистер Хайвон.

— Кипарисус точно не знает, но наш «несравненный» директор Ширнест Фокен, — «несравненный» прозвучало… язвительно, что ли; уважения в голосе не читалось уж точно. — Он намерен проверить всех детей и, если среди них есть мечтатели… Они заберут их!

Пенелопа кашлянула в кулак и тут же расправила плечи, выпрямилась.

— Вы понимаете? Дети… бедные дети! Их просто заберут, и черт знает какие опыты будут ставить над ними, — причитала Пенелопа.

— Не переживай! Еще ничего не известно. И хватит чертыхаться! Держи себя в руках. Ты ведь учитель, а лексикон… Для начала надо посмотреть, что можно сделать. Украсть, в конце концов, этот прибор! — мистер Хайвон, как-то не «по-Хайвонски» отряхнул брюки и выгнул грудь вперед, пригладил ворот рубахи. Что-то в нем было не так. Он сказал: — И что же это за вещица такая, раскрыватель?..

— Виола, вы сказали этот прибор… На Изнанке никогда не слышали о нем. Мечтатели не знают прибора для разгадывания способностей.

Кирк сдвинул брови. Чего это Пенелопа родного отца называет Виолой?

— Какая я тебе Виола?!

— Ой, простите.

— Говори «папа» или «мистер Хайвон». Не сдай нас со всей этой требухой!

— Да, мистер Хайвон, — госпожа Пенелопа улыбнулась своему чудаковатому отцу.

Кирк был счастлив: «Попались! Наконец-то!» Столько дней, недель, месяцев… всевозможных подслушиваний и подглядываний, и вот, впервые за год его тактика сработала! Выдержка — благо, спешка — стратегия дураков! Эта парочка явно из этих, из шебишей-мечтателей. А что за прибор? Проверяют детей? Надо будет сходить и посмотреть…

— Кстати, был еще один случай с припадками.

— Опять? И на прошлой неделе тоже… Вот этого я вообще не понимаю. Дети сильно пострадали?

— Один мальчик сломал руку, у других — синяки, ушибы, долгое головокружение. Слава мечте ничего серьезней…

Двое остановились.

— Я в порядке? Выгляжу, как надо? — спросил мистер Хайвон.

— Практически вылитый он!

— Хорошо! — мужчина прочистил горло. — Еще кстати, о Кирилле Беккете… Думаю, его семью тоже лучше убрать из города. — Парочка «Хайвонов» двинулась дальше. Они как раз обогнули куст, за которым сидел Кирк. Его не заметили. — Среди них нет мечтателей. Кирилл Беккет в этом абсолютно уверен. Но им могут доставить уйму неприятностей, если прознают о том, что Кирилла сейчас нет в городе. Военные принялись проверять неполные семьи. Думают будто те прячут родственников-колдунов. Джон, брат Кирилла, считает, что семье Кирилла безопасней на Изнанке. Ты займешься этим, Пенелопа? Поговори с ними, подготовь, а мне нельзя тут долго бродить…

— А вот это уже интересно! — в диалог вступил третий участник.

Кирк Беккет показался из своего убежища и изящно сложил руки на груди.

Парочка обернулась.

— Кирк?! — пискнула Пенелопа.

— Здравствуйте, Виола. О, прошу прощения, мистер Хайвон, — Кирк криво улыбнулся и вальяжно склонил голову.

Теперь пискнула Виола, правда голосом мистера Хайвона, чей наигранный облик она сейчас использовала:

— Как глупо, — похоже это было адресовано ситуации, а не Кирку. Более твердым тоном Виола добавила: — Значит, убрать семью Беккетов из города придется уже сегодня! — она подошла к Кирку и строго посмотрела тому в глаза. — Что ты тут делаешь, малыш? Разве тебе не нужно на уроки или еще куда? Ты кого-то ищешь здесь?

Кирк сморщил нос: какой еще «малыш»?! и сказал:

— Мой отец мечтатель, я прав?

Мистер Хайвон, по имени Виола, вздохнул и без энтузиазма сказал:

— Я так понимаю, отнекиваться тут бесполезно… Да, Кирк, ты прав! Что еще тебе известно?

— Где же он сейчас? — спросил Кирк, игнорируя вопрос, который ему задала Виола. Пенелопа же принялась шарить глазами по зоосаду в поисках других «сюрпризов», в виде прячущихся деток.

— Он не может попасть сюда, — ответила Виола. — Кирилл далеко отсюда.

— Почему?

— Вокзал закрыт…

— Вот не надо мне про вокзал! Он уехал в эту, в Фоландию или в Антариривию?

Виола непроизвольно приложила ладонь к груди. Удивилась? Еще бы! Откуда все это известно мальчишке-Беккету?! Неужели Кирилл посвятил сына во все хитросплетения жизни этого мира? Немыслимо!

— О, это долгий разговор. Мы его продолжим позже, а сейчас послушай меня…

— Я хочу услышать ответы прямо сейчас!

— Это твои проблемы, мистер устас, — сказал она и впялила взгляд в мальчишку. Иной давно сдался бы под пронзительным взглядом уверенной в себе мечтательницы, но Кирк умел играть в «смотрелки» и глаз не отводил.

— Это ВАШИ проблемы, — без какого-либо намека на уважение заявил он. — Я могу прямо сейчас пойти и рассказать о вашем разговоре директору Фокену. Поведать ему о том, что вы собрались выкрасть прибор и все-такое. Раскрыватель или как там его?.. еще магию используете…

— Магии не бывает! Кстати, — теперь и Виола-Хайвон сложила руки на своей плотной мужской груди. — Иди, рассказывай! Думаю, от этого пострадают все, в том числе твой отец, мать, да и ты сам. Вперед! Давай!

Кирк конечно не собирался докладывать об этих двоих Фокену. Порой с помощью шантажа выходило докопаться до нужной информации, но не сейчас. Эта Виола явно не боится угроз. Кирк понял, что придется отступить, но сделать это следовало без унижения. Достоинство ронять он не планировал.

— Психологи утверждают, что синдром вины подавляет мыслительные процессы. Вы мучаетесь из-за того, что ваши мечтатели натворили тут год назад — и это очевидный для меня факт. Погода, военные и другое… Я не использую слабости других в своих целях, потому вынужден временно откланяться. Продолжим этот разговор, когда вы придете в себя. Думаю, вам не составит труда найти меня позже, когда вы полностью оправитесь от психических проблем и захотите поведать мне обо всем, что вам известно. Я живу на улице Камней, это район Зюжно, что на юге Воллдрима. Всего хорошего!

Виола и Пенелопа застыли от изумления: такой наглости им давно не встречалось. Кирк быстро зашагал прочь. Как же играла на его лице самодовольная улыбка. Он умница! А еще он совершенно точно сможет выяснить сегодня: мечтатель он или толл. Что там с этим прибором, раскрывателем? Надо разведать!

В главном холле Купола Природы толпилось много народу. Ученики второго года обучения — устасы и первогодки-вэйосы выстроились в змейку перед аркой, ведущей в кабинет Кипарисуса. Там, как говорили, находился и новый директор школы Ширнест Фокен. Он не был учителем. Поговаривали — он приезжий, бывший военный. Каким образом и, главное, по каким таким законам школы он стал директором было загадкой. Мисс Брегантина же со всеми прочими куда-то запропала больше года назад.

Открытость педагогов, их энтузиазм также куда-то запропастились. Кое-кого уволили, других загнали в планы, схемы, сроки и тому подобные обязательства; придумали новые предметы, назначили новых учителей. Теперь в школе чувствовалась всеобщая скованность, недоверие, недомолвки. Многие предметы, утерявшие своих гениев-преподавателей, стали скучными и порой казались бесполезными, преподавание шло по явно устаревшим материалам. Временами Кирку доставляло удовольствие «ковырять» военных-учителей до уровня, где их познания оказывались весьма поверхностными. Он разоблачал подобных недоучек, отчего нажил себе, если и не врагов, то по крайней мере уйму недоброжелателей.