Чтение онлайн

– Все еще хуже, Элизабет, - хмуро выговорил ректор.
– У нас трое пропавших.

– В каком смысле?
– растерялась я.

– О Германе Складовике там, - он указал глазами на потолок, - тоже не помнят.

– Как?! Но… Вы же помните? Помните? Или… прочли в моих записях?

– Помню, - сказал Оливер, мрачнея еще больше.
– И я, и инспектор Крейг. И все, кто знал Германа в академии, думаю, тоже. Но это говорит лишь о том, как мало мы знаем об изменениях реальности. Даже принцип работы заклинания, если это можно назвать заклинанием, совершенно не похож на то, к чему мы привыкли. Действие стандартных чар - это круги на воде. Преобразования начинаются в одной точке и постепенно расходятся, сила воздействия по мере удаления снижается. А тут - все наоборот. Это как…

– Воронка.

Сама не знаю, почему возникла именно такая ассоциация.

– Воронка, - ректор непроизвольно бросил взгляд на стоящие на шкафу песочные часы.
– Я подумал об этом же.

– Центр воронки - место проведения ритуала?

– Академия, - задумчиво кивнул мужчина.
– Да. Но это с самого начала почти не вызывало сомнений. Все жертвы отсюда. Возможно, они же - участники обряда… Но я не затем вас пригласил, чтобы обсуждать это.

Не помню, чтобы меня приглашали, просто притащили прямо с ринга, но обстоятельства не располагали к выяснению отношений.

– Зачем же?

– Мне нужна ваша помощь. В этом, - он указал на стопку каких-то документов.
– Здесь новые отчеты и протокол министерского собрания, на котором обсуждались происшествия в нашей академии. Переписывать все подряд не нужно, не волнуйтесь. Только отдельные фрагменты, которые действительно имеют ценность. Думаю, за час управитесь. Потом провожу вас в общежитие.

– Как мило, - скривилась я.
– Благодарю за заботу. Нелишне, учитывая, что моя куртка осталась в клубе.

– Элизабет, не нужно, - попросил ректор устало.
– Вы не ребенок, а взрослая умная девушка, и должны понимать…

– Что если бы мои записи не оставались неизменными при смене реальностей, меня бы тут не было, - закончила я резко.
– Я это понимаю, милорд.

Демонстративно не глядя на него, я прошла мимо Оливера и уселась на его рабочее место. Пододвинула к себе стопку чистой бумаги и чернильницу.

– Я готова. С чего начинать?

– С протокола совещания, - ректор положил передо мной лист с машинописным текстом, но тут же накрыл его ладонью, не дав мне сразу взяться за переписывание.
– Насчет клуба… Возможно, это успокоит вас немного: я просил инспектора действовать по возможности деликатно и не раскрывать участников друг перед другом. Их пригласят в отдельные комнаты, опросят и отпустят. Никого не заставят снимать маску при всех.

– Некоторые уже сорвали их в сердцах, когда только появилась полиция, - проговорила я, не поднимая на него глаз.

– Разве Огненный Череп не учит магов сдержанности и самоконтролю? Считайте, что открывшие раньше времени лица провалили испытание на верность традициям общества.

Я решила не продолжать эту тему. Даже если большинство членов клуба остались в масках и сумели сохранить свою личность в тайне, вряд ли завтра они как ни в чем не бывало соберутся снова. Приятно уже то, что Оливер подумал об этом. Учитывая серьезность ситуации, мог и не вспомнить.

– Почему полиция появилась именно тогда, когда я была на ринге?
– руку он убрал, но я не спешила приниматься за работу, решив разъяснить все до конца.
– Не верится, что это была случайность. Вы ведь были там с самого начала?

– Был, - не спорил с моим утверждением ректор.
– Собирался посмотреть ваш бой.

– Но прервали его, - высказала я с упреком.

– Вы проигрывали.

– Что? Вы… - я задохнулась от негодования и стыда: получается, он считал, что спас меня от позорного поражения?
– Мы дрались на равных! Я могла победить!

Оливер покачал головой.

– Кошка играла с вами, Элизабет. Со стороны это было хорошо заметно, поверьте. Когда я подал сигнал полиции, игра ей уже наскучила.

Ну знаете ли!

Я со злостью воткнула перо в чернильницу и резко выдернула, посадив на бумаги и стол россыпь мелких клякс.

– Не ждите, что я поблагодарю вас за это! Лучше бы позволили мне проиграть, если уж не верили в мою победу!

– Дело не в том, во что я верил или нет, - тон ректора стал ледяным.
– Дело в том, что вы были нужны мне здесь, в этом кабинете за этим столом, а не в лечебнице, стонущая от синяков и ушибов.

– Сногсшибательная честность!

Я решительно придвинула к себе протокол и принялась быстро переписывать слово за словом. Надо же оправдывать ожидания! Дата, место… Председательствует лорд-министр… в присутствии…

– Хотите кофе?
– примирительно спросил Оливер.

– Хочу, - буркнула я, не отвлекаясь от своего занятия.
– И шоколадное пирожное.

Я прекрасно осознавала, что для студентки подобные требования - невероятная наглость, но решила, что как уникальная копировальная машина имею право на элитное техобслуживание.

– Пирожных нет, - судя по снисходительной улыбке в голосе, ректора мой тон не задел, а скорее позабавил.
– Есть просто шоколад. Будете?

– Буду, - вздохнула я.

Хоть чем-то подсластить горечь этого вечера.

Странно все-таки сбываются мечты. Вот уже Оливер Дин’эрт Райхон самолично варит для меня кофе с кардамоном и корицей, а после услужливо подносит чашку с ароматным напитком и блюдце с неровными кусочками шоколада, который сам до того колол угрожающего вида ножом, а меня это отчего-то не радует. И вовсе не оттого, что специям в кофе я предпочла бы сливки. Хотя предпочла бы…

– “Создать экспертную комиссию из числа сотрудников академии”?
– с удивлением и толикой радости зачитала с выдержку из решения совещания.
– Вам поручили самому создать комиссию, которая будет контролировать продвижение расследования? Значит, к нам не пришлют никого со стороны? Это же хорошо, да? Не выносить сор из избы, как говорят…

– Так говорят?
– недоверчиво прищурился ректор.
– Действительно?

– Да. Я… я о том, что к нам не пришлют никого со стороны, кто станет раздавать указания, путаться под ногами и вставлять палки в колеса… так тоже говорят…

– Кого они могут прислать?
– поморщился Оливер.
– Мы в королевской академии магии. Лучшие специалисты по всевозможным проклятиям, темным чарам и ритуалам, здесь, у нас. А лорд-министр не спешит демонстрировать сомнения в моей компетентности, присылая соглядатаев. Проблема не в этом.

– А в чем?

Милорд Райхон молчал так долго, что я уже решила, что он мне не ответит. Но ошиблась.

– Проблема в доверии, Элизабет, - проговорил он медленно.
– Я не знаю, кому могу доверять. Потому что не знаю, как изменилась реальность. Что настоящее, а что появилась по чьему-то желанию. Понимаете? Я верю инспектору Крейгу. Он профессионал своего дела, честный, беспристрастный, неподкупный. Я знал его еще в те годы, когда сам был студентом… И тут же думаю: а знал ли? Реальность изменилась, и в той, прежней, быть может, не было никакого инспектора Крейга. Или же он был пьяницей и взяточником. Опустившимся опиоманом, который чудом заполучил описание древнего обряда и решил изменить свою судьбу. Перекроить ее, пустить по новому пути, чтобы на старости лет получить то, о чем всегда мечтал: должность, уважение коллег, заботливую супругу и десяток внуков… А затем начинаю размышлять, что инспектор может думать обо мне. “Это же Оливер Райхон, - наверное, думает он.
– Тот самый Олли Райхон, который на первом курсе дважды ночевал в участке, а на втором устроил поджог. Его не вышибли из академии только потому, что его папаша был на короткой ноге со старым ректором. И вот он сам - ректор. Стал им всего в тридцать шесть. Как это могло случиться, если не с помощью обряда, стершего из жизни несколько человек?”…