Чтение онлайн

– Ее осудили?
– спросила я, опасаясь, что жуткий рассказ затянется.

– Нет. Не смогли ничего доказать. Она заявила, что ребенок родился мертвым. Сказала, что отнесла его на кладбище, чтобы похоронить, но не смогла. Следов насильственной смерти на тельце не было, эха чар - тоже… Мы-то знали, что малыш родился живым. Но она, как заключила комиссия, могла этого не понять. Такие ошибки случаются даже у акушерок при отсутствии опыта… Ерунда это! Я видела ту девицу. Все она понимала. И ребенок ее кричал наверняка, особенно, когда она его на мороз выволокла. А она сидела рядом и ждала, пока затихнет…

Да, именно такой истории мне не хватало сегодня для полного счастья!

Нервы и так на взводе после минувшей ночи, и ответа от Мэг я еще не получила и не знала, во что вылился мой побег из общежития, а тут еще наставница с ужасами…

– Не помню, что с ней потом стало, - нахмурилась она.
– Думала, до смерти тот случай не забуду, а вот, надо же, совсем из памяти вылетело.

Если бы совсем! Нет, самое главное леди Пенелопа мне рассказать смогла. И после этого рассказа ни о чем уже не думалось, кроме оставшейся под кроватью в комнате Саймона початой бутылки анисовой водки…

– Вас не интересует акушерство, да, Элизабет?
– наконец-то догадалась леди Райс.

– Не интересует, - согласилась я.
– Совершенно.

– Кем же тогда вы хотите стать?
– удивилась она искренне.

– Наверное, патологоанатомом, - не менее искренне ответила я.

Да, водка пришлась бы кстати.

Но был и другой способ успокоить расшалившиеся нервы, и вспомнив о нем, я уже не могла избавится от этой идеи. Только вот реализовать ее самостоятельно у меня возможности не было.

Промучившись еще полчаса, взвесив в уме все за и против и как следует настроившись, я попросила у наставницы разрешения отлучиться и вышла в коридор, чтобы, пройдя несколько шагов постучать в дверь заведующего.

– Входите, - послышалось изнутри.

Я отважно переступила порог, но тут же остановилась, не рискуя приближаться к источнику еще больших тревог.

– О, мисс Аштон, - широко улыбнулся Грин.
– Я отмечу этот день в календаре. Сегодня вы в кои веки постучались.

Мне бы его хорошее настроение. Впрочем, я за этим и пришла.

– Простите, доктор Грин, - начала, опустив глаза.
– Я составляю себе расписание на день и хотела узнать, не понадоблюсь ли я вам сегодня.

– Нет.

Я с сожалением вздохнула.

– Нет, вы не за этим пришли, Бет, - продолжил мужчина.
– Вы пришли, потому что хотите пойти к единорогу. У вас что-то случилось?

– С чего вы взяли?
– ощерилась я непроизвольно в ответ на послышавшееся в его голосе сочувствие.
– У меня все хорошо!

– Все хорошо?
– уточнил он.
– Тогда… нет, не понадобитесь. Можете продолжать и дальше радоваться жизни.

– Вы… Ладно, я хочу пойти к единорогу, - созналась я зло.
– Но это не значит, что у меня что-то случилось. Мне просто понравилось…

– А мне - нет, - сухо отрезал Грин.
– Мне не нравится, когда мне врут в лицо. Что мешает сказать, что, да, у вас проблемы, и хочется немного развеяться? Считаете, я потребую подробностей? Простите, я не по этой части доктор.

Ну нет, так нет.

Не сказав ничего больше, я резко развернулась, выскочила за дверь и с ходу налетела на шедшего по коридору человека.

– Элизабет?!
– воскликнул он, при ближайшем рассмотрении оказавшись ни кем иным, как Оливером Райхоном.

Голос, но еще пуще взгляд милорда ректора красноречиво свидетельствовали о том, что он пребывает не в самом лучшем расположении духа, а оттого попятиться обратно в кабинет заведующего показалось мне не самой плохой идеей.

– Здравствуйте, доктор, - вернув лицу невозмутимый вид, проговорил Оливер, глядя мне за спину.
– Мисс Аштон, уделите мне минутку?

– Нет, - замотала головой я.
– Мы тут с доктором Грином… говорили. Да, доктор?

Понимая, что меня вряд ли поддержат, я все же обернулась на хозяина кабинета. Тот взирал на нас с ректором с таким спокойным и даже деловитым интересом, что я не удивилась бы, достань он сейчас блокнот, чтобы записать наблюдения. Озаглавить запись можно “Кормление черного аспида перепуганными мышами”, ибо глядел милорд ректор на меня так, что и сомнений не возникало: останемся наедине, как есть сожрет. А я ведь надеялась, что сегодня удастся с ним помириться…

– У меня всего один вопрос, Элизабет, - проговорил Оливер мягко, и если бы не яростный огонь в его глазах, можно было бы даже поверить, что он ни капельки не сердится.

– Спрашивайте, - я равнодушно (надеюсь, что именно равнодушно, а не нервно) передернула плечами.

– Хорошо, - протянул ректор, поняв, что вытащить меня в коридор можно будет только силой.
– Не соблаговолите ли сказать, мисс, где вы были?

Сказала бы. Обязательно. Если бы только знала, когда меня хватились.

А так даже не знала, что соврать.

Пришлось говорить правду.

– Провела ночь с мужчиной, - заявила я нагло.
– С молодым, красивым, полным сил мужчиной.

– На меня не смотрите, - не смог смолчать Грин, угодив под случайный взгляд ректора.
– Я ни по одному пункту не подхожу. Хотя, возможно, насчет сил и поскромничал.

– Заткнитесь, доктор, - процедил Оливер сквозь зубы. Глянул на меня и приказал зло: - Ровно в час в моем кабинете.

Но дверью, уходя, не хлопнул.

– “Заткнитесь, доктор”, - повторил раздумчиво Грин.
– Не могу вами не восхититься, мисс Аштон. Вам удалось пошатнуть незыблемую цитадель спокойствия, в просторечии именуемую Оливером Райхоном.

– Вы сами напросились, - буркнула я.

– Я, как и положено врачу, лишь вскрыл нарыв, - с насмешливой поучительностью выговорил доктор.
– А занозой, вызвавшей, собственно, нагноение, были вы. Ночь с мужчиной! Хе-хе…

– Это не то, что вы подумали, - пробормотала я, запоздало сожалея, что вся сцена разыгралась в присутствии этого невыносимого человека.