Чтение онлайн

Кирилл Конев подкатил к воротам на низкой спортивной машине. Днище скребло по разбитой грунтовке, и мажорчик матерился на каждой кочке.

— Блин, всю машину уделал, — процедил он, вылезая из салона и осматривая пороги. — Какого хрена я сюда припёрся. Похоже на развод.

Но тут он увидел фигуру человека.

На территории, за воротами, корпуса ещё стояли, зияя выбитыми окнами, увитые плющом по самые крыши. Между ними, чуть сбоку, стояла уличная сцена с танцплощадкой: бетонный пол, отшлифованный когда-то до блеска, теперь мог похвастаться разве что трещинами и пробившейся травой. Крыша над сценой держалась, можно сказать, исправно, хоть и прогнутая посередине, как спина старика.

И вот там, в глубине сцены, под этой провисшей крышей, стояла фигура. Неподвижно. Капюшон натянут до бровей, глаза закрыты тёмными очками. Кириллу на секунду показалось, что это не живой человек, а статуя. Или призрак.

— Эй! — крикнул он. — Ты мне звонил?

Фигура не шевелилась. Потом медленно подняла руку и поманила.

— Фух, живой, — облегчённо выдохнул Кирилл и направился к сцене.

Поднялся по скрипучим ступенькам. Доски прогибались под ногами, одна треснула, и он чуть не провалился. Конев глянул вниз и поморщился.

— Ты кто вообще такой? — Кирилл остановился в трёх шагах от незнакомца. — Я приехал, как договаривались. Ты сказал, знаешь, как достать Отмороженного. Давай выкладывай, у меня мало времени. И если ты решил развести меня на бабки, тебе же хуже будет.

— У нас общий враг, — проговорил незнакомец. — Мороз. Хочешь увидеть, как он сдохнет?

— Что? Прямо так? Сдохнет? — Кирилл аж подался вперёд. — Ты кто такой вообще? Чего тут мне лепишь? С ним даже головорезы моего бати не справились, а ты стоишь тут, доходяга, такое обещаешь. На бойца не похож.

— А так похож? — тот скинул капюшон и снял очки.

Кирилл узнал его сразу. Это лицо мелькало во всех новостях, на каждом столбе висела ориентировка. Светлые рыбьи глаза, тонкий рот, острые скулы.

— Обалдеть, — выдохнул мажорчик. — Твою же мать. Ты этот… маньячила. Ордынцев. Ни хрена себе. Ха! Ну тот, который баб убивает молоденьких!

— Настала очередь Отмороженного, — Маэстро холодно улыбнулся и нацепил обратно очки, накинул капюшон.

— Класс! — выдохнул Кирилл. — То есть ты его замочишь? А я тут причём?

— Ты будешь зрителем. Ты же этого хочешь?

Конев закинул подбородок к крыше, как бы демонстрируя довольство, но, наткнувшись на вид ржавх пятен, тут же опустил голову. И всё-таки ухмыльнулся.

— Конечно, ещё как хочу! Но какой твой интерес?

— Возможно, если тебе понравится представление, — проговорил Маэстро, — ты вознаградишь меня после.

— Сколько хочешь? — сразу нахмурился Кирилл.

Тот едва заметно двинул плечом.

— На твоё усмотрение. Я человек не жадный. Я в любом случае уничтожу Мороза. С твоей помощью или без.

— Ну, такой расклад меня устраивает, — закивал мажорчик. — Что нужно делать?

— Для начала скопируй себе это видео.

Маэстро достал телефон, включил запись. В полутьме сцены экран засветился голубоватым. На видео — ночной двор, вспышка выстрела, пробитое лобовое стекло джипа, и Мороз волочёт Кирилла за волосы и прикладывает лбом о капот. Бамс.

— Не понял. Ты снимал? — нахмурился Кирилл. — Был там и…

Скулы у него побелели.

— Я наблюдал за своим объектом. Видел, как он тебя отделал. Перекину тебе сейчас.

— На хрена мне этот видос? Это мой позор. Моя боль.

— Это мои условия. Пусть будет у тебя в телефоне. Чтобы у тебя было больше мотивации. Больше наслаждения наблюдать за крахом Отмороженного.

— Ладно, давай по быстрой передаче, — Кирилл вытащил телефон. — Кидай.

Файл перелетел за секунду.

— Так, и что дальше? — спросил Кирилл, убирая телефон.

— Набери Мороза и скажи ему одну фразу. Всего одну.

— Какую?

— Я продиктую. И номер его телефона тебе скажу.

Кирилл уставился на Маэстро. В глазах мелькнуло сомнение, но азарт и жажда мести оказались сильнее. И потом, если он сейчас откажется — что этот странный человек сделает с видео?

— Ну, диктуй.

Маэстро улыбнулся. Одним уголком рта.

Пока я был в кабинете один, позвонил в деревню.

— Алло, Щупин, привет. Докладывай, что там у тебя. Как дочь моя себя ведёт?

— Она… — замялся Валентин. — Она…

— Ну говори уже, не тяни кота за усы.

— Говорю как есть. Она, конечно, необычная, но вполне нормально себя ведёт.

— Чего? — выдохнул я. — Щупин, ты там не перегрелся случайно? Моя дочь — и нормально себя ведёт? Ты точно её охраняешь? Она не сбежала?

— Да здесь она, здесь, Илья Фёдорович, — заверил Щупин. — Бывают, конечно, у вашей дочери… ну, экзерсисы, но в целом мне даже… — он замялся. — Мне даже здесь нравится.

— Твою мать, Щупин. А ты не влюбился ли часом?

— Что? Нет-нет, что вы, что вы!

— Смотри. Дочь у меня умная. Охмурит, закрутит и будет тобой манипулировать. Понял?

— Да ну, какой влюбился. И вообще, у меня есть девушка.

— Ага, девушка у него есть, — хмыкнул я. — Смотри в оба. Всё, давай, до связи.

Я нажал отбой и не успел убрать телефон в карман, как он зазвонил снова. Незнакомый номер. Местный, вроде, не мошенники — регион совпадал с моим.

— Слушаю, — сказал я.

И услышал одну фразу. Всего одну. Голос был хриплый, сиплый, явно искажённый нарочно. Но что-то в нём показалось знакомым. Я не успел ухватить, что именно.

«Ты плохо искал детдомовскую подсказку».

И гудки.

— Чё? Мать твою…

Я посмотрел на экран, ткнул в журнал звонков, стал набирать тот же номер. Длинные гудки, потом тишина. Добавлен в чёрный список. Быстро сработали.

Так. Нужно пробить номер. «Ты плохо искал детдомовскую подсказку». Это послание от Маэстро, сто процентов. Вот только голос — не Маэстро. Голос был другой, моложе, и собеседник ломал его специально, хрипел, сипел, но видно было, что это не его настоящий тембр. Кто же… Чёрт, не могу вспомнить, чей это голос. Слышал где-то, точно слышал.