Чтение онлайн

Дальнейшее обсуждение заняло еще около оборота, а потом я оставила мужчин и, в который раз клятвенно заверив наместника-параноика в том, что буду осторожна, ушла порталом домой, чтобы принять души и переодеться, а уже после отправиться выкручивать Альяру руки и ковыряться в мозгах.

К моему удивлению повелитель в этот час изволил пребывать в купальнях. По крайней мере портал открылся именно в огромной гостиной перед резными дверями в царскую умывальню. Из самой купальни не доносилось ни звука, только тихо о чем-то переговаривалась личная охрана Альяра в коридоре. Я подалась немного вперед, почти коснувшись ухом двери, но кроме тишины с другой стороны так ничего и не услышала. Подождала еще немного и снова прислушалась, чтобы опять услышать лишь тишину.

Что ж…

Слияние с тенью произошло в следующий миг, я немного покрутила головой, привыкая, снова напрягла слух, и только потом все же проскользнула в мраморную комнату, и, к моему облегчению, Альяр действительно оказался там один. Сидел спиной ко мне, откинув беспокойную голову на край огромного бассейна, и почти казался спящим. Горели светляки под потолком, отбрасывая блики на воду и светлые стены, извивался в прозрачной глади сине-фиолетовый толстый хвост, будто жил отдельной жизнью.

– Не можешь расслабиться, Льяр? – хмыкнула я у повелителя над ухом.

Туча брызг, всплеск, промелькнувшая в мизинце от меня когтистая лапа, старающаяся утянуть в воду, скользнувший сбоку в попытке схватить хвост.

Хорошо, что тени быстрые.

Я отскочила к лавкам, едва не поскользнувшись на скользком камне, скрестила на груди руки, сбрасывая с себя тень, как кожу.

– Мать твою, Рин, - прошипел змей. – я ведь мог тебя придушить!

– Уверена, ты об этом мечтаешь, но… нет, не мог, - улыбнулась шире. – Я всегда была быстрее.

Альяр после моих слов скривился так, словно Энора плюнула ему в глаза ядом, а я все-таки опустилась на лавку, змей развернулся ко мне всем телом, прозрачная гладь снова заволновалась.

– Пришла извиниться? – кончик хвоста нервно стукнул о воду.

– Смеешься? – не поверила я, всматриваясь в резкие черты мужчины. Он странно смотрел сегодня: с недоверием, подозрением. Казалось, что все еще готов наброситься. Дрожали под бронзовой кожей напряженные мышцы.

– Тогда зачем ты здесь?

– За информацией, - пожала плечами. – Скажи мне…

– Ты спишь с дознавателем, - процедил сквозь зубы Альяр, не дав договорить, хвост снова нервно хлестнул по воде. А я с трудом подавила очередную усмешку. Очевидно, Зайнаш не преминул доложить о том, что видел утром. Как обиженная девчонка, честное слово. То чувство, когда глупость делает кто-то другой, а стыдно от этого тебе. И… значит ли это, что Льяр так и не поговорил ни с Хайдом, ни со своей зазнобой?

Я оторвала взгляд от беспокойного хвоста змея и посмотрела ему в глаза. 

– Да. И это совершенно не твоего ума дело. Я же не лезу к тебе и Эноре.

Повелитель тут же подался ближе к краю.

– Не лезешь? Да неужели? Кто тогда копался у нее в голове? Энору все еще мучают кошмары, - бросил Альяр очередное нелепое обвинение и вылез из бассейна. Одним быстрым, тягучим движением, как будто просто перетек. Раскатистый голос, отражаясь от мраморных стен и пола, казался сродни крику. Звучал с таким жестким упреком, что захотелось столкнуть повелителя назад в воду, чтобы он поумерил пыл.

А змей стоял напротив, злой, напряженный, почти готовый действительно плевать в меня ядом. И никак не получалось понять, откуда вдруг взялась эта злость, почему он так раздражен. Казалось, что василиск сдерживается из последних сил.

– Почему ты злишься, Альяр? – спросила, склонив голову к плечу.

– Ты разорвала соглашение между нами, - процедил он. – Ты нарушила условия, пришла к тому, от кого убежала. Сама, Катарин! – гаркнул он на всю залу.

– Боишься, за меня? – сощурилась. – Или боишься, что я уйду?

Льяр захлопнул рот, губы превратились в тонкую напряженную линию.

– Второе, значит, - покачала головой, вздохнув. – Не будь идиотом, Льяр.

– Ты не смеешь…

– Я не договорила, - хмыкнула. – Ты же не мог не понимать, что я в Сарраше не навсегда, не навсегда рядом с тобой? – я всматривалась в змеиные глаза, и определить причину злости василиска все никак не удавалось. Слишком бурная реакция на разрыв простого соглашения, слишком сложно поверить, что она – обычное беспокойство о моей безопасности. Если бы Альяр действительно беспокоился, он бы запер меня во дворце, невзирая на все мои протесты и желания.

И да, ему свойственны импульсивные поступки, но он далеко не дурак, и Льяр и правда не мог не понимать, что рано или поздно я уйду.

Что тогда?

Основная вдруг заволновалась, напряглась, будто что-то почувствовала. Скорее всего, отреагировала на мое замешательство и злость, исходящую от змея.

– Все могло измениться, Рин, - упрямо покачал василиск головой, даже уверенно. – Ты прекрасно знаешь, что ни одно живое существо в Мироте не властно над завтрашним днем.

И мне бы списать все на пустую философию и досужие рассуждения, но что-то вдруг царапнуло, ковырнуло в словах раздраженного змея, чуть не заставило меня опустить щиты и забраться к нему в голову.

А в следующий миг вдруг осенило. Просто гребаное божественное откровение, мать его, и я неверяще уставилась на повелителя, цепляясь пальцами за край каменной лавки, чтобы не запустить их в чешуйчатую рожу, чтобы не спустить с цепи Основную. 

У Альяра всегда есть план, он любитель проектов и хитрожопых многоходовок, и… змей не мог не попробовать меня переиграть, не мог не попробовать мной манипулировать.

Дура! Поверила ему, расслабилась! Плохо-плохо я слушала Мираша, он бы был мной недоволен, разочарован. Что ж… яблоко от яблоньки.

– Ты и Зайнаш… - прошептала, стараясь сбросить, избавиться от кислого привкуса на кончике языка.
– Ты поэтому не разрешил мне копаться у змея в голове? Поэтому приставил его ко мне? – короткий смешок сорвался с губ. – Что ты сказал Хайду, что приказал? Залезть ко мне в постель, сделать все, чтобы я вышла за него? Поэтому отдал мне рассыпающийся Асим-Дар?

Альяр молчал, только сжал руки в кулаки, напрягся сильнее, глухо бил о пол огромный хвост, будто добивал мое и без того изрядно потрепанное доверие. Теперь василиск был зол по-настоящему. Повелитель очень не любил, когда его планы рушились, ему всегда тяжело давались собственные провалы. А я все не могла заткнуться.