Папа, я против этого брака! Том 1
Шрифт:
Камергер ощутил, как к горлу подступает комок при виде этой почти маниакальной одержимости властью. Он незаметно отвел взгляд, сохраняя молчание, чтобы пламя гнева не перекинулось на него.
— Схватить этих идиотов, — ледяным тоном приказал император.
Не желая еще сильнее разочаровать правителя, камергер покорно ответил:
— Будет сделано, ваше величество.
Я взяла перо и собралась писать.
«О чем нормальные люди обычно говорят со своими отцами?»
Я не знала ответа. В прошлой жизни меня воспитывала мать-одиночка, а в нынешней — отношения с отцом сложились непростые.
«А ведь в этой ситуации я даже не могу просить помощи у Мерилин».
Я заметила, что ученик отца с интересом смотрит на меня.
— Чего тебе?
Он как будто ждал вопроса.
— И что ты делаешь?
— Ах, просто решила написать записку.
— Правда? Кому же?
— Отцу.
Его взгляд слегка смягчился.
— Уверена, что писать ему — хорошая идея?
Я уже хотела было съязвить, мол, ему-то откуда знать, — но промолчала. Все же он был учеником отца и проводил с ним достаточно времени, поэтому наверняка разбирался в характере наставника, в отличие от меня.
Но, похоже, ему это особо не помогало.
«Не слишком ему доверяю, но…»
Я отложила перо и позвала этого грубияна.
— Прошу прощения, но…
Я боялась, что он меня проигнорирует, однако мне повезло: юноша сразу же откликнулся.
— Что?
— О чем ты обычно разговариваешь с моим отцом?
— Ты об учителе?
— Угу.
Парень выпрямился и задумчиво погладил подбородок, а потом снова откинулся на спинку дивана.
— Тут и сказать нечего. Мы не очень часто разговариваем.
Я была ошеломлена краткостью ответа.
«Хотя чего я ожидала? Отец немногословен, да и этот нахал не слишком болтлив. Два сапога пара. И чему удивляться?»
В конце концов, нужно полагаться только на себя, поэтому я снова взяла перо.
«Не зря же раньше, еще в прошлой жизни, я составляла бесконечно много официальных писем, работая волонтером в общественных организациях. Да и с личной перепиской проблем не было! С одним коротеньким письмом я точно справлюсь!»
После долгих раздумий я наконец отложила перо.
«Неплохо. Этого же будет достаточно, верно?»
Я еще раз перечитала. К счастью, текст получился сдержанным. Значит, вышло неплохо.
«Я хорошо потрудилась. И наверное, заслужила какое-нибудь угощение за такие старания! Обязательно побалую себя чем-то вкусненьким».
Пока я мысленно себя нахваливала, из-за спины раздалось удивленное:
— Ты правда собираешься вручить его своему отцу? — в голосе парня прозвучало искреннее изумление, но я ответила со всей серьезностью:
— Да.
И опять пробежалась по строчкам:
«Достопочтенному отцу.
Как вы поживаете? Надеюсь, у вас все хорошо.
Как быстро летят годы! Мне вот-вот исполнится уже девятнадцать лет [2] . Как один миг, правда? Жизнь проходит столь стремительно, а мы порой забываем об очень важных вещах.
Кажется, на днях вы потеряли кулон. Так вот, я хотела вам сказать, что все это время он был у меня.
Мне следовало вернуть его раньше, но по независящим от меня обстоятельствам я делаю это только сейчас. Примите запонки в качестве моего извинения. Надеюсь на ваше понимание и снисходительность.
<…>
Однако я бы хотела еще раз попросить прощения за то, что ваш драгоценный кулон пробыл у меня так долго. Я глубоко сожалею об этом.
Обещаю, подобное больше не повторится и я буду предельно внимательна. Еще раз извините!
С уважением,
ваша дочь
2
До 2024 года в Корее возраст считался иначе, чем мы привыкли: новорожденному прибавлялся сразу 1 год, поэтому церемония совершеннолетия и проходит в 19 лет по-корейски и в 18 лет по международной традиции.
«Отличное вышло письмо! Я извинилась, признала вину, попросила прощения. Уверена, отец не будет сильно сердиться!»
Письмо было безупречным.
По-моему, оно соответствовало всем стандартам. Отец будет доволен — ничего лишнего. Он должен простить мою оплошность.
Ученик отца бросил взгляд на листок, затем на меня и усмехнулся:
— Ну ты и выдала. Ничего не скажешь…
Он выглядело загадочно, но я решила, что это просто придирки, как и всегда.
На что я надеялась? Хотела услышать слова поддержки?
Но в своем письме я была уверена.
— Мне надо отнести послание в кабинет отца, поэтому я сейчас быстренько туда сбегаю. Если кто-то зайдет — ты знаешь, что делать. Хи-хи!
Ученик отца кивнул, когда я напомнила о прятках в шкафу.
— Делай как считаешь нужным.
Мне было приятно видеть в нем такие значительные изменения: он был несговорчивым грубияном, который на любую просьбу язвил, а даже прислушивался к моим словам.
Чуть позднее назначенного времени в кабинете императора появился герцог Флойен.
— Приветствую, ваше величество.
— Ты опоздал.
Император хотел вывести герцога из равновесия, чтобы потом обвинить во всех грехах, однако тот был бесстрастен и спокоен.
— Да.
«Что этот наглец себе позволяет?!»
Уверенность и невозмутимость Региса раздражали императора. Однако он сумел сохранить самообладание.
— Ну, ты выяснил, что за мелкая гнусная мышь стоит за всем этим?
Вопрос заставил Региса слегка улыбнуться, но раскрывать карты он не спешил.
«Ох, Макс, какое забавное совпадение? Ведь пару дней назад именно ты назвал мою дочь мышью… Какая ирония!»
Герцог сразу понял, что покушение на его величество было делом рук Макса. Его ученик был хорош не только в обращении с мечом, но и в манипуляциях с человеческими умами, а вдобавок он до безумия ненавидел императора. Макс надеялся, что подобный инцидент сможет спровоцировать конфликт между герцогом и императором. Но Регис обладал поистине железной выдержкой.
— Я не смог докопаться до правды.
Император наморщил лоб, не ожидая услышать подобное из уст Региса.
— Как ты смеешь мне такое говорить?! Или ты не понял приказа, к тому же…
Гневные выкрики императора напомнили герцогу, как Макс однажды заявил: «Неужели вы боитесь этого слабака?!»
«Я совсем его не боюсь. Дело в другом. Просто момент еще не настал…»
Хищные птицы проводят много времени на охоте. И всегда выжидают подходящий момент, желая убедиться, что добыча не сбежит.
«Еще совсем немного терпения».