Чтение онлайн

– Разумно, - заметил до поры молчавший Сертий, - очень разумно.

– Надо собирать добровольцев… - выкрикнул кто-то.

Собравшиеся радостно загудели. Несмотря на дождь, добровольцы обнаружились в весьма немалом количестве.

– А люди префекта останутся в городе на всякий случай, - добавил священнослужитель.

– Какой такой случай? – подозрительно спросил Десдерий.

– Я так понимаю, торговец ведь связан с туземцами? – заметил Сертий.

Радостное гудение толпы начало стремительно терять свою радостность.

– Точно, - кивнул Лустроний, - и они могут попытаться заявиться в город, чтобы отбить сообщницу. Лишние стволы нам в этом случае не помешают.

Гудение толпы перешло в слабое задумчивое журчание.

– По идее туземцы ведь могут быть и с Дуэрфой, - почесал в затылке Десдерий.

Небольшой отряд собравшихся было добровольцев начал таять как сугроб на весенней улице. Один за другим бравые горожане стали вспоминать о том, что у них довольно таки много дел. И все, как назло, довольно срочные… Через некоторое время в отряде остались лишь самые крепкие и меньше всего занятые. Глядя на их лица Гай засомневался, что в случае поимки торговец доживёт до суда. Добровольцы производили впечатление людей суровых, конкретных, и определённо не склонных тратить силы и время на лишние, по их мнению, процедуры и волокиту.

– Итак, - подытожил Лус, - погоню отправим к Кедровому Броду. Скорее всего, преступник двинется именно туда. А мои парни покружат в окрестностях Острога. На случай если убийца решит отсидеться в горах. Кто-нибудь не согласен?

Он оглядел собрание. Возражений не поступило.

– Ну так и быть по сему.

Вконец расстроенный, Гай решил вернуться в контору. Павшие на старшину Гвейд подозрения выбили его из колеи, а достигнутая разгадка гибели Аллия отчего-то совсем не радовала.

Тари перехватила молодого человека ещё на площади.

– Потрясающе! Ты буквально не успел сюда приехать, а к тебе уже два раза залезали взломщики, и на тебя дважды покушались.

– Ты находишь это занимательным?

– Ещё как. У тебя такая насыщенная и интересная жизнь.

Гай грустно поглядел на девушку.

– Лично я бы предпочёл что-нибудь более скучное и размеренное…

– Неужели в тебе нет ни капельки романтики и авантюризма?

– Ни малейшей.

– Брось. Ты ещё не в том возрасте, чтобы становиться мрачным брюзгой. Ищи во всём светлую сторону. В конце концов, за два покушения ты отделался только полудюжиной синяков.

Гай не мог не признать, что, несмотря на все развернувшиеся события, ему пока крайне везло.

– Кстати, о твоём обещании, - напомнила девушка.

– Каком обещании? – насторожился Гай.

– Ты сказал, что как только разберёшься, что происходит, я сразу же буду телеграфисткой, - она кротко взмахнула своими пушистыми ресницами.

– Ну… это… может, подождём пока его поймают?

– Я буду рассматривать это исключительно как твою совершенно недостойную попытку уклониться от данных ранее обязательств, - тоном старого адвоката заметила Тари, и вкрадчиво улыбнулась, - ты же не думаешь, что теперь мне в конторе может что-то угрожать?

Если честно, то возможность Дуэрфы предпринять вооружённый налёт на телеграф действительно представлялась сомнительной. Гай был зажат в угол.

– Так как? – посмотрела ему в глаза Тари, - я уже могу считаться телеграфисткой?

– Ладно, - вздохнул Гай, - можешь. Я же обещал.

Она радостно хлопнула в ладоши, чмокнула его в щёку и умчалась вдоль по улице, оставив молодого человека стоять в несколько расстроенных и потрясённых чувствах.

Контора была немедленно оккупирована Тари, активно приступившей к освоению полученной должности, в то время как Гай был настроен на довольно таки философский лад. Поэтому он быстро смылся в кабак.

Было ещё рано, но дождь и последние события вполне обеспечили достаточное количество посетителей. Костлявый Пим даже зажёг лампы. К своему удивлению Гай обнаружил за одним из столиков старшину Гвейд. Точнее бывшую старшину. Девушка одиноко сидела в уголке и с мрачной решимостью лесоруба накачивалась спиртным.

– Пришёл злорадствовать? – хмуро спросила она подошедшего телеграфиста.

– Нет, что ты… Мне жаль. Мне честно очень жаль.

– Ни о чём не жалей в этой жизни… - философски заметила старшина, - я на тебя не в обиде.

– Судя по твоему лицу, так не скажешь.

– А ты, вижу, физиогномист. Да, я обижена. Но на тебя в последнюю очередь.

– Это радует, но мне всё-таки кажется, что и я тоже в чём-то виноват… Ты разрешишь?

Не особо дожидаясь ответа, Гай присел за столик. Гвейд отхлебнула наполнявшее стакан зелье, и со вздохом произнесла.

– Ты здесь новый человек. От тебя ничего не зависит. Ты всё сделал правильно. Нашёл дневник и сдал в префектуру. Исполнил гражданский долг…

– «Интересно, кто ей рассказал», - подумал Гай, - «её не было, когда я принёс дневник, а префект ни слова не говорил, откуда он у него взялся. Наверное, сама догадалась».

Девушка ещё раз вздохнула и протянула опорожнённый стакан в сторону трактирщика. Тот покачал головой, но налил.

– Они даже не стали толком разбираться. Ещё бы. Я полукровка. И Инджанджа тоже. Значит мы с ним заодно. Разве могут быть какие-то сомнения? Тяжело быть дворнягой в мире чистопородных псов.

– Мне кажется, ты слегка несправедлива, - покачал головой Гай, - у префекта были основания тебя подозревать.

– Но зачем было это делать так радостно? Эх. Ничего ты не понимаешь, Гай Коналла, ничего… Я бы могла оправдываться. Мне было и есть что им сказать. Но я не буду. И пусть всё летит в преисподнюю. Я устала от такой жизни.

Она подняла стакан и в несколько глотков опустошила его. Крякнула и поморщилась.

Гай сам несколько стеснялся доставшейся ему не слишком благородной фамилии с явно варварскими корнями, но его проблемы были несущественной мелочью, по сравнению с теми, которые приходилось одолевать Гвейд. В Старом Свете с её происхождением на неё бы и как на человека-то не смотрели. Здесь ей было легче. Ровно до тех пор, пока окружающим не начинал требоваться козёл отпущения.

– Ты действительно была в этом как-то замешана? – не удержался Гай.

– А тебе это интересно?

Он кивнул.

– Значит ты просто любопытный, - она легонько икнула, - прошу прощения… так вот другим это совершенно неинтересно. Им просто нужен виновный.

– Ты не права. Если ты не виновата, ты должна бороться.

– Зачем? Они всё равно меня повесят. Это будет то ещё представление. Весь город соберётся посмотреть… И я не собираюсь делать это зрелище ещё более весёлым.

Она снова протянула стакан Пиму. Тот отрицательно покачал головой.

– Наливай, я тебе говорю!