Чтение онлайн

1-го Начала Предлетья

Чёрная полоса. Девка упёртая как коза. Хихикает, но близко не пускает. Старею… Раньше они так упрямо не отказывали. Её папаша начал на меня странно коситься. Перевестись отсюда контора не даёт. Видите ли, у них не имеется возможностей. Бюрократы… Начал прощупывать вопрос об увольнении. Говорят «только без пенсии». Мало, что бюрократы, так ещё и скупые. Ничего, если планы Шляпы выгорят, я буду достаточно богат, чтобы сказать им в лицо, куда именно они могут засунуть свою пенсию. А вот если нет… Мне пришлось вложить всё, что было накоплено. Я не могу себе позволить проиграть. И больше не езжу на линию. Главному я не верю. У него может возникнуть мысль убрать свидетелей.

5-го Середины Предлетья

Я запутался. Девка уже понемногу требует выполнить обещанное, и злится. И по-прежнему не даёт к себе подойти. Её папаша откровенно что-то подозревает. Тем более его братец убрался из города, и теперь старому недомерку стало не на ком вымещать раздражение. От конторы ничего не добьёшься, а Шляпа только разводит руками и кормит обещаниями. А у меня кончаются деньги. Проклятый городишко. Он меня достал. Да. Я понял, кто в префектуре работает на босса. И мне это очень не нравится. Нужно чтобы кто-то срочно прикрыл мою задницу. Кто-то, кого они не рискнут слишком злить. Шляпа достаточно влиятелен, но слишком двуличен. Хотя ради своих денег может и пошевелиться. Остаётся ещё доктор. Если я уговорю его тряхнуть стариной, мои шансы окажутся не такими уж скверными.

1-е Конца Предлетья

Механик всё ж таки догадался. Припёрся в контору и устроил сцену. Хорошо ещё, поверил моим клятвам, что я его бесценную дочурку и пальцем не тронул. Что самое обидное – ведь и действительно не тронул. Коза упрямая. Пришлось обещать, что я устрою её на работу. Как же. Только её мне здесь и не хватало. Она любопытная как айлур, и везде суёт свой нос. А если что-нибудь пронюхает, то тут же растрещит в городе. Или отцу. Который и растреплет остальным. Но отказать пока не могу. И ведь из города не сбежишь. Шляпа денег так и не дал. И вообще у него, похоже, начинают сдавать нервы. Обещал только поддержку. Теперь всё зависит от доктора. А старая саламандра упряма. И очень не любит, когда ей напоминают о прошлом. А без доктора и Шляпы против людей босса мне ничего не светит. У Главного слишком много куплено.

Хотя остаётся ещё последний вариант. Коли всё будет совсем плохо – пойду к Святоше и сдам их всех к чертям. Доказательства у меня есть. По крайней мере, так меня хотя бы не повесят… Лишь бы босс и его не купил.

Замыкало цепь то, что Гай уже читал раньше:

4-е Конца Предлетья

Ставки растут. Девчонка нервничает и торопит. Главный явно начал что-то подозревать. Придётся идти ва-банк. С доктором ничего не выгорело, буду надеяться, что остальные не подведут.

Гай отложил дневник и задумчиво поглядел в окно. Рассвело. Туман не то чтобы рассеялся, но вместо густой ваты стал больше напоминать марлевые занавески.

Итак. Во-первых, городок Острог-на-Альвазе оказался на деле не столь уж идиллическим и безмятежным местом. Во-вторых, покойный Аллий, добродушный весельчак и бабник, являлся далеко не невинной жертвой. В-третьих, Ральс Демиза, судя по всему, не имел отношения к убийству, а его дочь и в самом деле была лишь наивной провинциальной барышней, мечтавшей вырваться в большой мир…

Гай встал и прошёлся по комнате.

Теперь ему было, по крайней мере в общих чертах, понятно, за что убили Аллия, и причём здесь геологи. В Остроге сложилось две партии, стремившиеся извлечь выгоду каждая из своего варианта развития событий – найдут в горах рудные месторождения или нет, и как пройдёт железная дорога. Аллий негласно работал на одну из партий, судя по всему, оказавшуюся в итоге в проигрыше. Заблаговременно узнав об этом, пронырливый телеграфист решил подзаработать на союзе со второй. Но проигравшая сторона разбила его планы, устранив геологов раньше, чем те успели доложить о результатах. И втянула в это дело Аллия. Оказавшийся между двух огней тот пытался лавировать, но в итоге его, похоже, загнали в угол. И устранили. Либо как свидетеля, либо, что вероятнее, как опасность, когда он, пытаясь уберечь собственную шкуру, решил сдать виновных правосудию.

Конкретно для Гая это создавало две большие проблемы. Во-первых, он сам уже залез в это дело вполне глубоко, чтобы кто-то захотел и его смерти. И уцелел исключительно потому, что убийца не рискнул привлекать лишнее внимание. Поэтому и не стрелял, а пытался обставить дело как несчастный случай. Два телеграфиста, застреленных в одном городе за одно лето, явно вызвали бы серьёзное беспокойство со стороны Компании. Тем не менее, ни малейшей уверенности, что покушавшийся отказался от своей затеи у Гая не было. А несчастные случаи происходят и в пределах городской черты.

Во-вторых, Аллий, хотя и имел опасную привычку вести дневник, оказался достаточно умён, чтобы ни разу не назвать никого из своих контрагентов по имени. Либо дать какие-то серьёзные зацепки. Возможно, проживи Гай в городе дольше, он бы смог и догадаться, кто именно кроется под масками «Главного» и «Шляпы». Но пока опознавались только отец и дочь Демиза, доктор и, видимо, священнослужитель Сертий. Что исключало их из числа заказчиков. Но не означало, что они не могли быть как-то замешаны. Ну, может, исключая семью механиков. Что до остальных, то Соларион явно не поддержал идеи Аллия, а в надёжности Сертия не был уверен и сам покойный. Особую пикантность ситуации добавлял тот факт, что и префектуре в этой ситуации доверять было опасно…

– Ну я, чёрт побери, и вляпался… - пробормотал Гай, усевшись за стол и обхватив голову руками.

Минут через десять подпирания черепной коробки в ней всё же оформилась первая здравая мысль. Гай снял плащ-крылатку со служившего вешалкой носового рога оленя-трёхрожки и распахнул дверь на улицу. Там было сыро. Нет. Там было очень сыро…

Липкий влажный туман обволакивал всё вокруг. Влага оседала из воздуха на любой поверхности и сгущалась даже в самом воздухе, собираясь в капли и стекая на землю. Отчего казалось, что одновременно с туманом идёт дождь. Сукно крылатки почти сразу же стало покрываться мелким хрустальным бисером.

Гай захлопнул за собой дверь. Ему показалось, что он различил за домом какую-то тень, но густой туман искажал и размывал очертания предметов, рождая странные тени и силуэты где угодно.

– Есть там кто-нибудь? – на всякий случай и не слишком уверенно поинтересовался он.

Туман ничего не ответил. Телеграфист пожал плечами, и, поплотнее закутавшись в тёмное мягкое сукно, зашагал по начавшей размокать улице.

Ральса Демизу он застал за ремонтом не то часов, не то чего то подобного. В одной руке мастера была зажата отвёртка, во второй щипцы, а половину лица закрывала внушительных размеров часовая лупа. Или скорее даже небольшой часовой микроскоп.

– Разрешите? – Гай поспешно стянул с темени городскую двукрылую кепочку; его гардероб для холодной погоды следовал за ним из Старого Света, и не очень-то соответствовал местным реалиям и традициям.

Ральс отвлёкся от разбираемого механизма и смерил гостя взглядом, способным превратить в глыбу льда даже кипящий паровой котёл.

– Папа, это не… - из задней комнаты выскочила Тари.

Увидев Гая, она обиженно выпятила губку и холодным тоном добавила.

– Извините, я ошиблась, не буду вам мешать, - и развернулась к выходу.