Чтение онлайн

Сообщение от Леона застает ее врасплох: едва вернулась к своим задачам, даже не успела погрузиться в вопрос.

«Ты нужна мне».

Какая знакомая фраза. Зои начинает привыкать к противоречиям: самый закрытый человек на свете не стесняется болезненно открытых разговоров. Если задавать вопросы правильно, даже те, что касаются криминала, Леона они не смущают. Раздражают – возможно. Выводят их отношения на слишком тонкий лед – да. Но это скорее оттого, что Зои «не хватает уважения в тоне».

А ей нравится дразниться. Наказания Леона – лучшее, что можно было придумать. Он изобретателен, но неизменно внимателен и ни разу не нарушал ее лимиты… Черт, снова внизу живота все сжимается: Зои обещала себе не думать о сессиях на работе. Слишком возбуждается.

«Мы не договаривались встречаться в будни», – набирает она ответ. Подумав, отправляет второе сообщение: «Я работаю, помнишь?»

«Мне нужна не сессия. Хочу поговорить, в одном вопросе необходим твой совет».

Этот мужчина точно знает, где у нее слабые места, на которые можно надавить. Зои откладывает телефон и едва не стонет. Он. Хочет. Посоветоваться.

Если бы у нее была точка джи, эта фраза била бы точно по центру. Завести себе, что ли, психоаналитика? Пусть разберется, кто виноват в том, что Зои растекается от простого признания, – мама или папа. Впрочем, каждый из них внес свой вклад в воспитание дочери, но окончательно ее подкосила сама жизнь.

Зои была не самой яркой звездочкой школы Ньюмана в Бостоне. Не стала ею в Корнелле. Даже в Нью-Йорке десятки хороших пиарщиков. И когда человек уровня Леона Гамильтона хочет услышать ее мнение, даже после того, как они договорились исключительно на секс и приятное времяпрепровождение, это словно компенсирует все те годы, когда любую награду приходилось вырывать зубами.

«Я освобождаюсь в семь», – отвечает она наконец.

Нужно размять ноги. Зои решает прогуляться в ближайший «Старбакс» за лимонадом – кофе будет лишним – и заодно разложить задачи по матрице Эйзенхауэра у себя в голове. Но вместо этого она едва не сбивает с ног Санджита, который при ее виде шарахается в сторону, но ненадолго.

– Тварь, – гавкает он, придя в себя. – Это же была ты, да?

– Во-первых, успокойся, – просит Зои с наморщенным носом. – Во-вторых, о чем ты?

– Меня уволили. Они посчитали, что я работаю меньше половины дня.

– А тварь, значит, я? – улыбается она. – Ладно, если тебе так легче…

– Только ты знала, – щурится Санджит. – Ты единственная сидела рядом со мной, и я тебе все рассказывал. Думал, мы друзья, а ты…

– Мы не друзья, – сочувствующе произносит Зои, – но это не значит, что я тебя сдала. Просто пойми: есть время разбрасывать камни, а есть время их собирать.

В его глазах тухнут огни.

Зои опаздывает. Леон ждет к семи тридцати, но ее новая сотрудница Джесс умудряется устроить абсолютную неразбериху в базе данных СМИ: путает лояльных с теми, что готовы утопить «Арчер» при первой же возможности, и даже неведомым образом сдвигает в таблице контактные данные сотрудников этих СМИ.

Проще собрать новую базу по памяти, чем исправить эту. Чертова катастрофа. И самое обидное – именно в тот день, когда они с Леоном договорились встретиться!

Выбор становится невыносимо тяжелым, и Зои принимает отчаянное решение забрать ноутбук с собой. Обычно в будни такого не происходит, и сегодня его даже не в чем унести, но к черту условности. После разговора с Леоном она попросится в кабинет, чтобы поработать, и даже пожертвует парой часов сна.

С ноутбуком под мышкой она пробирается по пустому офису, почему-то чувствуя себя грабителем.

– Зои, – окликает ее неприятно знакомый голос.

Снова Дюбуа. Что ей нужно в этот раз? Неужели с момента, когда Зои заняла позицию пиар-директора, ей понравилось работать по вечерам? Или вообще работать?

– Мисс Дюбуа, – разворачивается она со своей самой очаровательной улыбкой. – Вы пополняете ряды трудовых сов?

– А ты выглядишь как ночной вор, – кивает та на ноутбук.

– Просто несу работу домой. Проведу вечер с любимыми таблицами.

– Я только надеюсь, – Дюбуа делает пару угрожающих шагов, оказываясь рядом с Зои, – что ты сегодня едешь домой, а не к Леону Гамильтону.

– Не понимаю, о чем вы.

По спине пробегает холодок: они с Леоном держат свои отношения приватными. Откуда она знает? Кто мог проболтаться? Она никому на работе не говорила… Черт.

– Не прикидывайся, я слышала голос Леона по телефону. Он же публичная личность.

Дюбуа приближается еще, и ей приходится задрать голову, чтобы посмотреть Зои в глаза.

– Ты хотя бы знаешь, как Дэвид Арчер относится к нему?

– Какая разница?

– О, милая, ты почувствуешь разницу, как только он узнает о твоей маленькой интрижке. Не играй с этим.

– Мисс Дюбуа, – раздраженно произносит Зои, – даже если бы между мной и мистером Гамильтоном что-то было, это не касается моей работы. «Арчер» и «Феллоу Хэнд» не конкурируют, конфликта интересов нет.

Или она о синдикате? Черт, вот как тут поймешь: это действительно настолько опасно или недорослая тварь блефует?

– Санджита я тебе прощу, – понижает голос Дюбуа, – спишу на неопытность. Но на этом предлагаю остановиться. Заключим мир. Я не трогаю твой департамент и даже помогаю в опасных моментах. Ты прекращаешь использовать старые связи мне во вред.

– Нет, – четко произносит Зои, ликуя внутри. – Вы сами начали войну.

– Ты не выиграешь.

– Если бы это было так, вы бы даже не подошли ко мне.

Не говоря больше ни слова, Зои направляется к выходу. В голове роится слишком много мыслей одновременно, и рассортировать их пока не получается. Она бездумно заводит машину и даже не замечает, как оказывается перед домом Леона.

Когда он открывает дверь, сердце едва не выпрыгивает через глотку. Зои застывает, пытаясь успокоиться.

Это просто нестабильное эмоциональное состояние. Она же в него не влюбляется – вряд ли даже способна на такое, – но действительно рада встрече. И это рациональное чувство: в отличие от большинства людей, Леон не пытается ее сломить. Направить, помочь, даже воспитать или, что похуже, обтесать… Но не ломать.

– Что случилось? – спокойно спрашивает он.

Затем достает у нее из рук ноутбук и убирает на журнальный столик. Когда внимательный взгляд возвращается к Зои, в нем проскальзывает тревога. Нужно успокоиться и не заражать его своими переживаниями, а то хорошего разговора не получится.