Чтение онлайн

– Мне бы...
– она не договорила, залившись краской. Сообщать о таких потребностях мужчине было стыдно, но деваться некуда, и девушка шепотом закончила: - В кустики...

Тот наконец обернулся, но лучше бы он этого не делал. Приподняв бровь, вампир невозмутимо сообщил:

– Далеко не отходи, тут нежити много, и далеко не вся она убивает. Часть питается страхом, часть - болью, часть - мясом. И последние нередко жрут жертву заживо, начиная с потрохов.

Ашасси представила, впечатлилась и решила, что, пожалуй, смерть от клыков вампира предпочтительнее.

– Хорошо, - кивнула она и осторожно выскользнула наружу.

Солнце заходило, окрасив серую воду в грязно-рыжий цвет. Туман не рассеивался даже днем, и сырая дымка заставила девушку зябко поежиться. После нравоучительного сообщения вампира о классификации местной нежити гонору у нее поубавилось, как и желания сбежать, лишь бы ему не достаться. Жить все-таки очень хотелось, а там... как знать, вдруг возможность удрать представится позже, когда они уберутся подальше от проклятого леса...

Вернулась Ашасси быстро, умылась из фляги, переплела растрепавшуюся косу и только тогда достала из сумки мясо. Предложила вампиру, но тот брезгливо отказался, сообщив, что лучше поест позже. Ему не так часто требуется еда, и свежее мясо предпочтительнее, лучше усваивается. Она не настаивала. Ей одной едва хватило остатков, чтобы насытиться.

Вытирая пальцы о чистый уголок ткани, в которую было завернуто мясо, Ашасси робко спросила:

– А... источник очень далеко?

– А зачем тебе?
– удивленно поднял бровь вампир.

– Воды не так много осталось, - пояснила девушка.
– И я бы хотела ополоснуться, не в этой реке же...

Он скептически посмотрел на нее.

– Не замерзнешь?

– Нет, я часто поутру в пруду плавала, да и водой из ручья споласкиваться приходилось. И белье в проруби стирать. Хотя это редко, с тех пор как в обучение поступила, мне черной работы не поручали...

Вампир взглянул на нее с искоркой интереса.

– То есть у травницы положение привилегированное?

– Чего?

Он возвел глаза к небу и пояснил:

– Говорю, травницам лучше живется, чем другим? Работы меньше?

Ашасси неожиданно улыбнулась.

– Да нет, больше. Просто она другая. Сами травы надо знать, как собирать, высушить, правильно применить, где цветки, где стебли, где листья, а где и корни. Что растереть, что заваривать целиком. Сколько положить, чтобы вылечить, а не навредить. Тут и учить, и в лес ходить, и в доме пучки вязать; часть в тени сушить, часть на солнце; перебирать, мыть, да еще людей лечить... Поэтому от другой работы травниц освобождают.

– Не все болезни травами вылечить можно.

– Не все, - спокойно согласилась Ашасси, - так ведь и маги-целители не в каждой деревне имеются. Но в этих случаях можно обратиться к лорду...
– она сжала губы, но заставила себя выговорить: - Иногда он даже помогал.

– Н-да? Тем, у кого денег хватило или дочки красивые имелись?

– Нет!
– выпалила Ашасси, а потом задумалась. А вообще-то верно... Кому лорд на помощь приходил, тех по пальцам одной руки пересчитать можно. Дед Хавак, у него внучку тогда какой-то странный зверь укусил, и рука зеленеть начала, а из раны вонючий гной сочился... там семья богатая была, и Хази исцелили... У Сторкаса пять дочерей было, три на выданье, семья бедная, а тут отца, охотника, сильно зверь порвал, так, что живот был весь распорот, кишки наружу вылезали. Какие тут травы, какое лечение... госпожа Иварро только и смогла боль снять и погрузить его в забытье... А без него семья бы с голоду умерла, единственный кормилец ведь, не дали боги сыновей. Маг приехал, да только средняя их дочь, Ланка, после этого в услужение в замок пошла, Ашасси тогда значения не придала, но родители, обсуждавшие происшедшее, вздохнули и замолчали оба, переглянувшись. А на племянницу тетки Луссии, говаривали, кто-то порчу наслал, вот она струпьями отвратительными и покрылась, но тетка женщина не бедная, сразу к лорду пошла, на что неприятная баба, злобная, крикливая, а племянницу любила - наверное, немало денег заплатить пришлось... А больше никому не повезло.

– Да, - тихо признала Ашасси.
– Либо деньги были, либо дочери красивые. Ланка... у них семья бедная, но она первой красавицей была...

– Мне истории вашей деревни не интересны, деточка, - прервал ее вампир.
– Я просто указал тебе на правду жизни. Пойми, люди вовсе не такие добрые и хорошие, как ты считаешь. И если кто-то тебе вдруг предлагает помощь - задумайся, чего он может потребовать взамен.

– Неправда!
– возмутилась девушка.

– Угу, конечно, неправда. От кровавого убийцы правды же не услышишь, верно? Ладно, Вечность с этим. Ты поела? Тогда кости завяжи в тряпку, скормим по пути к роднику кой-кому. Лишняя осторожность не повредит.

– Кому скормим?
– с ужасом спросила девушка.

Вампир с наслаждением потянулся и только тогда соизволил ответить:

– Там вороны сидят по дороге. Меня не тронули, а на тебя могут и кинуться, наполовину нежить же.

Ашасси, которая как раз поднималась на ноги, услышав эту новость, села обратно.

– Да что ж такое-то!
– с отчаянием воскликнула она.
– В этом лесу вообще нормальная живность водится?!

Вампир коротко, обидно хохотнул.

– А чего ты хотела, какой лес, такая и живность.
– Он повернулся к выходу, странно принюхался, раздувая ноздри, и скомандовал: - Пошли, травница. Солнце село.

Девушка выглянула наружу. И правда село, но стемнеть еще не успело, сумерки едва начали сгущаться. И она вдруг вспомнила...

– А как тебя зовут?
– спросила она.

Вампир помрачнел и, ничего не ответив, тенью выскользнул наружу.

***

Аэтана проснулась от яростного стука в дверь и тут же ощутила негодование. Может, она и бессмертная, но надо же ей когда-нибудь спать! Какого демона произошло...

– Аэтана, проснись!
– заорали за дверью, и она поняла, что угадала. Это был демон.

– Как ты посмел?!
– разгневанно прошипела госпожа, поднимаясь и набрасывая халат, намереваясь устроить наглецу показательное наказание. Дверь резко распахнулась, повинуясь сердитому рывку запястья, и Эндар влетел в спальню. С трудом удержался на ногах, повернулся к ней и, не дав ей и слова вымолвить, воскликнул:

– Актар исчез!

Она не сразу поняла, что он имеет в виду, а потом...

– Как исчез?
– глупо переспросила Аэтана.

– Совсем исчез!
– заорал Эндар, заставив ее невольно поморщиться. Впрочем, о дисциплине можно будет поговорить позже, а пока нужно разобраться с проблемой.

– Скорее всего, кристалл дал сбой. Сейчас перенастрою...
– женщина зевнула, прощаясь со сном. А ночь так хорошо начиналась...

Эти слова успокоили Эндара, и он наконец сообразил извиниться. Аэтана завязала пояс шелкового халата и не спеша направилась на вершину башни, в свой кабинет.

Перенастраивать следящий кристалл - та еще скука, но пришлось вытерпеть эту процедуру. Наконец, она выдохнула в него имя искомого... но дымка так и не развеялась.

– Что?
– удивилась она. Повторила. Безрезультатно.