Чтение онлайн

– Прости, но я не мог рисковать. Я чуть не потерял то, что для любого представителя разумной расы дороже жизни. Ты травница, ты привыкла спасать здоровье и эту самую жизнь. Вас не учат лечить разум и сущность, девочка. И ты права, людям сложно понять вампиров, мы гораздо спокойнее относимся к крови, считая его закономерной частью жизни - что течет, то имеет свойство проливаться. Магия крови - наш конек. Я мало что помню, правда, но к ней смог бы обратиться даже инстинктивно. По этой же причине вампирам доступно целительство - мы умеем не только пить кровь, но и заговаривать, очищать, останавливать.

– Так ты меня и вылечил, да? После укуса?

Вампир невесело усмехнулся.

– Слишком доброе название для того, что я сделал. Я тебе оставил шрамы, которые вряд ли можно убрать без сложнейшей целительской магии, Ашасси. Прости, я бы постарался все поправить, но я не помню, как... Рану я залечил, потому что тело помнило примерно, что делать, и откликнулось на намерение. Но разум не помнит.

– Ничего... раз ты не собираешься меня убивать на месте, к шрамам я как-нибудь привыкну.

Они помолчали, глядя в огонь, и спохватились, только когда мясо начало подгорать. Торопливо и бестолково провернув вертел в четыре руки, коротко посмотрели друг на друга и снова отвели взгляды.

– Ты сказал, что был не лучше дикого зверя, - вдруг произнесла Ашасси.
– Это правда?

– Да, блокировка разума и сущности выпускает то звериное, что есть в каждом из нас. В людях меньше, в вампирах больше. В демонах больше всего, они ближе других рас стоят к нежити.

– А почему тогда ты укусил меня, но не стал пить кровь тех... егерей?

Он видел, что вопрос дался девчонке нелегко. И при этом понимал то, что вряд ли успела осознать она. Она задавала вопрос не из праздного, а из научного любопытства, пытаясь выяснить как можно больше о незнакомом явлении, всесторонне изучить его, даже если те или иные его стороны ей крайне неприятны.

Интересное открытие. Девочка не так уж проста, как ему показалось. Интересно, кто ее обучал и как... Слишком она странная для невежественной деревенской лекарки. Аркхана, Аркхана...

Нет, воспоминания уворачивались, путались, не желая всплывать из глубин памяти. Вампир поморщился и наконец ответил:

– Не знаю. Твой запах вызывал у зверя аппетит, а тех ему хотелось убивать, как других хищников, посягнувших на его добычу. Логика зверя мне не слишком понятна, если честно.

Он не сразу понял, почему девчонка побледнела, а потом сообразил.

– Прости, - он вымученно улыбнулся, пожимая плечами.
– Я же говорил, вампиры к кровопролитию относятся спокойнее.

Беседа что-то не задалась.

Но Ашасси поняла вдруг одно: в компании вампира ей стало гораздо спокойнее, чем раньше.

– А что мы будем делать дальше?
– спросила девушка, когда они устроились на ночлег в неглубокой каменистой пещере у ручья.

Он долго молчал, и наконец прошептал:

– Не знаю.

– Но ты же куда-то шел? Ты ведь не просто так бродил по берегу?

Снова в памяти всплыло видение узкого ущелья.

– В голове есть изображение цели... Оно манит, притягивает к себе. Я тебе говорил о нем, помнишь, ущелье в скалах, треугольником? Меня тянет туда, но я думаю, это ловушка и она напрямую связана с заклятьем. Я... мне не хочется туда идти, но другой цели у меня попросту нет.

Ашасси помолчала, размышляя.

– Может, это веха на пути? И когда ты придешь туда, тебе передадут новую цель?

– Это вполне возможно, - задумчиво отозвался вампир.
– В конце концов, заклятье подразумевало чью-то смерть, должны же мне были рассказать, чью именно...

– Наверное, тот, кто дал тебе этот амулет, сейчас сам не свой...
– пробормотала девушка, когда рука вампира привычно обняла ее за талию.

Он тихо хмыкнул.

– Да уж. Я бы тоже был не в восторге, если бы рыбка вдруг сорвалась с такого крючка. Интересно, как они вообще меня смогли подловить. С вампиром провернуть такой фокус непросто.

– А сегодня, когда тебя... скрутило... это что такое было, а?

– Какой-то обряд на крови... Судя по всему, это был пламенный привет от создателя амулета.

– И какой была цель?

– Вернуть контроль. Заново привязать амулет ко мне, а меня - к амулету. Они думали, что тот по-прежнему где-то рядом. У меня было такое чувство, что в голове раскаленной кочергой ворочают, пытаясь разрушить то, что едва начало восстанавливаться. Это явно какой-то ритуал подчинения. Но я не знаю, как они ухитрились сделать это на расстоянии.

Девушка вдруг села на жестком лежаке.

– У них есть что-то твое!
– выдала она.
– Часть тебя. У тебя открылись раны, для этого надо ворожить на крови или на волосе, да хоть на ногте! Иначе они не смогли бы отыскать твою кровь в ягодах в амулете, а мне кажется, она стала для них маяком, чтобы воздействовать на твое тело! Я мало знаю о магии, но если бы их возможности ограничивались связью с амулетом, без крови, вряд ли они бы смогли провести этот ритуал.

Вампир резко дернул ее вниз и снова уложил на постель.

– Скорее всего, ты права...
– протянул он.
– Но амулет здесь определенно был при деле - мне приказывали его надеть.

– Хорошо, что он сгорел!
– вырвалось у девушки.

– Спорить не буду, - хмыкнул вампир. А потом с нехарактерной для него нерешительностью уточнил: - Что ты сама думаешь? Как будет лучше поступить? Куда пойти?

Ашасси прикусила губу, повернувшись на спину и глядя на темный свод.

– Я думаю, стоит попробовать пойти туда, куда тебя зовут. Тот, кто сделал это с тобой... наверняка захочет узнать, что происходит. Амулета теперь нет, вряд ли что-то сможет предупредить его о твоем приближении. Мы слишком мало знаем для того, чтобы решить эту загадку.

Вампир выдохнул - как ей показалось, с облегчением.

– Согласен. Тогда пойдем дальше по течению - к морю?

– Попробуем, - согласилась Ашасси. Сердце сжалось от неведомого предчувствия - или же просто от страха перед неизвестным.
– Это нельзя так просто оставлять.

Вампир не ответил, но его рука чуть крепче сжалась на талии девушки. А затем исчезла.

– Ты что?
– удивилась она.

– Спи уже, - проворчал вампир, повернувшись к ней спиной.

Он же...

Она его предала, а он...