Чтение онлайн

Он присел рядом со мной на край кровати и аккуратно взял флакон из моих рук.

— Позволь мне, — сказал он тихо. — Нужно нанести очень точно.

Я наклонила голову, предоставляя ему доступ к шраму. Его пальцы были тёплыми и уверенными, когда он осторожно отвёл прядь моих волос от виска. Я почувствовала его дыхание на своей коже, и по телу пробежала волна мурашек.

— Это может быть… немного неприятно, — предупредил он, набирая каплю зелья на кончик пальца.

Я кивнула, готовясь. Но ничто не могло подготовить меня к тому, что произошло, когда его палец с зельем коснулся моего шрама. Жгучая боль пронзила висок, словно раскалённая игла. Я рефлекторно дёрнулась, но Хаталь удержал меня другой рукой.

— Терпи, Рен, — прошептал он, продолжая медленно втирать зелье в шрам. — Это нормальная реакция. Печать сопротивляется.

Я стиснула зубы, стараясь не вскрикнуть. Боль постепенно меняла характер — из острой, прожигающей она становилась пульсирующей, а затем… странно отстранённой, словно принадлежала не мне.

И тут пришли образы.

Не как воспоминания, а как яркие вспышки, мозаика из фрагментов той ночи, которую я так долго пыталась забыть.

…Я сижу за столом в своей комнате, готовлюсь к экзаменам. Глаза слипаются от усталости. Решаю прилечь «всего на минутку»…

…Просыпаюсь от странного запаха. Дым? Нет, что-то другое. Сладковатое, с горьким послевкусием. В комнате темно, только лунный свет…

…Фигура у окна. Высокая, неподвижная. «Кто здесь?» — спрашиваю я, но голос не слушается. Фигура поворачивается. Лица не разглядеть, но глаза… глаза светятся в темноте…

…Я пытаюсь встать, но тело не слушается. Словно свинцом налитое. Фигура приближается, в руке что-то блестит. Нож? Игла? Я пытаюсь закричать…

…Боль в виске, резкая, пронзительная. «Отмечена,» — произносит голос, и я наконец узнаю его. Не может быть…

…Жар. Внезапный, невыносимый. Огонь вспыхивает вокруг меня, но я его не вызывала. Он чужой, враждебный. Я кричу, пытаясь отогнать пламя, но оно не слушается…

…Взрыв. Осколки стекла. Один впивается в висок, прямо в место, где была боль. Кровь заливает глаза. Фигура отступает к окну, произносит что-то — заклинание? — и исчезает…

…Огонь повсюду. «Помогите,» — шепчу я, теряя сознание…

Видения прекратились так же внезапно, как и начались. Я обнаружила, что лежу на кровати, а Хаталь склонился надо мной с обеспокоенным выражением лица. Его рука поддерживала мою голову.

— Рен? Ты здесь? — в его голосе звучала тревога.

Я моргнула, пытаясь вернуться в реальность. Во рту был привкус металла, словно я прикусила язык.

— Я видела… — мой голос был хриплым, словно от долгого крика. — Ту ночь. Кто-то был в моей комнате. До пожара.

Хаталь помог мне сесть, его рука всё ещё поддерживала меня за плечи.

— Расскажи, — тихо попросил он. — Всё, что помнишь.

И я рассказала, пытаясь передать фрагментарные образы, мелькавшие перед глазами. С каждым словом лицо Хаталя становилось всё более мрачным.

— Значит, это был не просто пожар, — сказал он, когда я закончила. — Как я и подозревал. Это была попытка провести ритуал.

— Но кто? — я потёрла висок, где шрам теперь пульсировал тупой болью. — Я узнала голос, но не могу вспомнить, кому он принадлежит.

— Это нормально, — Хаталь встал и прошёлся по комнате. — Метка всё ещё влияет на твою память. Она блокирует ключевые воспоминания, особенно об исполнителе ритуала.

Он повернулся ко мне, его лицо было решительным.

— Но теперь у нас есть зацепка. Ты видела фигуру, значит, сможешь узнать её. И голос тоже. Нам нужно провести полный ритуал очищения, чтобы снять блок с твоей памяти.

Я кивнула, чувствуя странную решимость. Впервые за два года у меня появилось ощущение, что я не просто жертва обстоятельств, а активный участник происходящего.

— Когда? — спросила я, встречая его взгляд.

— Сегодня вечером, если я смогу достать все необходимые компоненты, — он посмотрел на часы. — Но сейчас нам нужно подготовиться к другой битве.

Я непонимающе взглянула на него.

— К какой?

Хаталь хмыкнул:

— К объяснению с ректором, почему я провёл ночь в комнате студентки.

Только сейчас я осознала, насколько это выглядит неподобающе — преподаватель, ночующий в комнате студентки. Даже если причины были самыми невинными.

— О, — я невольно улыбнулась. — Думаешь, у нас будут проблемы?

— Определённо, — кивнул Хаталь. — Но, полагаю, это самая незначительная из всех наших проблем на данный момент.

Он подошёл к креслу и надел свой преподавательский жилет, мгновенно становясь более официальным, хотя лёгкая небритость придавала ему слегка растрёпанный вид.

— Я пойду первым, — сказал он, направляясь к двери. — Встретимся за завтраком через полчаса.

Я кивнула, наблюдая, как он снимает защитные руны с двери — быстрыми, уверенными движениями. Перед тем как выйти, он обернулся.

— Рен, — его голос стал серьёзным. — Будь осторожна сегодня. Не оставайся одна. И если почувствуешь что-то странное — любое изменение в ощущениях от шрама — немедленно найди меня.

— Хорошо, — пообещала я.

С последним кивком он открыл дверь и вышел в коридор. Я услышала его шаги, а затем… резкую остановку и голос ректора Рахрама:

— Господин Авельтан? Что вы делаете тут в столь ранний час?

Я невольно поморщилась. День начинался именно так, как и предсказывал Хаталь — с объяснений.

Я замерла, прислушиваясь к разговору за дверью. Голос ректора Рахрама звучал сухо и официально, но с явной ноткой осуждения.

— Я жду объяснений.

Голос Хаталя оставался спокойным, хотя я заметила в нём лёгкое напряжение.

— Доброе утро, ректор. Я понимаю, как это выглядит, но уверяю вас, всё имеет разумное объяснение.

— Я весь внимание, — в голосе Рахрама зазвучал тот особый тон, который он приберегал для провинившихся студентов.

Мгновение тишины, а затем Хаталь заговорил: