Чтение онлайн

– Думаю, здесь есть лишь один ответ. Таких неравнодушных людей, как мы с вами. А для народа… Для народа это будет принц Александр. Его высочество далек от власти, он готов прислушиваться к советам верных людей. И, уверен, будет думать о будущем своей страны.

– Я услышал вас, тей Барринз, – произнес Артур, понимая, что наконец-то нашел нить, которая выведет его к ответам на все вопросы. – А сам принц Александр…

– Его высочество любит и глубоко уважает брата, – ответил собеседник. – Он не имеет отношения к нашим планам, однако, я уверен, пойдет нам навстречу и спасет Лиммер.

Какие высокие слова! Сколько же лжи Алекс наплел в уши этим людям.

– И если я решу помочь?

– Приходите ко мне послезавтра, – ответил Барринз.

– Я приду, – заверил Донтон. – Каким бы не был мой ответ.

Однако произнес это так, чтобы Барринз поверил в саму возможность положительного ответа, посчитал его наиболее вероятным. Что же, пора вступать в ряды заговорщиков. Интересно, известно ли Александру, что его пригласили в этот круг? Может, это сделано с согласия принца? Или нет?

– Давайте вернемся к гостям, – предложил Донтон. – Они без меня, наверняка, заскучали.

– Да, конечно, – пробормотали оба мужчины и поторопились за ним, вот только даже выйти из кабинета не успели, потому что Арт, открыв двери, едва не ударил неожиданного визитера в форме тайной службы. За его спиной выстроились еще пятеро. Артур понял, что больше не слышит музыку из главного зала. Что происходит?

– Тей Артур Донтон? – уточнил мужчина в черной форме.

– Да. С кем имею честь?

– Тей Хилмор, заместитель главы тайной службы Лиммера. Вы обвиняетесь в государственной измене и шпионаже, прошу пройти со мной.

– Это ошибка! – возмутился Артур. – Какие глупости.

– Глупости или нет, а вам придется ответить на наши вопросы, и лучше сделать это в управлении. Обыскать здесь все.

Прежде, чем Донтон успел пошевелиться, его обездвижили заклинанием. Он мог бы его отбить, подумалось Арту, но смысл? Один против шестерых, все маги – других в тайной службе не держат. У него заведомо нет шансов выбраться отсюда. И лучше сразу узнать, в чем его обвиняют, чем бежать без оглядки. Фран разберется. Нужно только как-то сообщить ему о том, что удалось узнать.

Все эти мысли проносились в голове так быстро, что Арт не успевал сосредоточиться на какой-то одной, а его уже повели прочь, стащили по ступенькам, потому что быстро передвигать ногами из-за заклинания он не мог, втолкнули в черный экипаж со знаком тайной службы – серебристой змеей, кусающей себя за хвост. За ним будто следовала сама тишина. Гости таращились вслед, разинув рты, и никто не попытался помешать аресту, никто не спросил, что происходит. Что же, такова суть знати Лиммера. Зато, если удастся выбраться, Хоуп и Барринз будут уверены, что он ненавидит Ференца и действует против него.

Экипаж поехал прочь. Арт догадывался, куда его везут. Управление тайной службы находилось на улице Мостовой, в старинном особняке, в котором жил когда-то один из ее основателей. Однако его, вопреки ожиданиям, отвезли совсем в другое место. Это тоже был особняк, и Артура по лестнице стащили в подвал, а затем втолкнули в глухую камеру. Когда дверь закрылась, исчез единственный источник света, и он очутился в полной темноте.

– Вот ты и стал заговорщиком, Донтон, – произнес Арт шепотом, чтобы развеять тишину, нашел рукой узкую койку и сел, дожидаясь своей участи. Он был уверен: ждать придется недолго. Но каким окажется итог, не брался даже предугадать.

В этот вечер в трактире и не подозревали, что происходило с Артуром. Нэтти, как и всегда, проводила вечер с Джеем. Мальчик скучал без Арта, они сдружились, и Нэтти видела, что Джей доверяет Артуру куда больше, чем ей самой. Она не обижалась, нет. Наоборот, понимала, что в чем-то Джей видит в Донтоне своего отца, которого ему так не хватало.

– Как думаешь, праздник уже начался? – спросил мальчик, глядя, как садится солнце.

– Должен был начаться в шесть, – ответила Нэтти, – так что да.

– Мне бы так хотелось хоть одним глазком посмотреть, что там происходит! – Джей, прищурившись, смотрел на нее. – Наверное, дамы в роскошных платьях, кавалеры с напудренными волосами…

– Пудра сейчас не в моде, – хихикнула Нэтти.

– Это ты им скажи! Они-то об этом не знают.

Они дружно рассмеялись.

– Если честно, я переживаю, – признался вдруг мальчишка. – Надо было нам все-таки переехать. Сейчас бы присматривали за Артом.

Она склонила голову. Джей был прав. Но тогда они оба не посчитали переезд хорошей идеей. Ладно мальчик, он отстаивал свою независимость, а сама Нэтти? В последний момент испугалась. Чего? Того, что между нею и Артуром все станет более чем серьезно? Она и самой себе боялась признаться, что любит его. Влюбилась с первых дней знакомства, гнала от себя эти мысли, старалась поверить, что это лишь симпатия, не любовь. Но сейчас сердце замирало. Нэтти знала: прием неспроста. Арт хочет выведать, кто замешан в заговоре против Ференца, и надеется, что вино развяжет чужие языки. Получится ли у него? И не станут ли эти знания слишком опасными?

– А давай посмотрим, – предложил вдруг Джей. – Одним глазком. Мы даже близко подходить не будем.

– Не самая лучшая идея. – Нэтти покачала головой.

– Ну, пожалуйста!

И Джей посмотрел на нее так, что девушка согласилась. Они собрались так быстро, будто за ними гнались, и выскользнули в теплый летний вечер. Пришлось остановить экипаж, чтобы добраться побыстрее, иначе они рисковали добраться только к концу праздника. Экипаж полз мучительно медленно. Нэтти и сама не могла объяснить, почему так сильно нервничает. Это ведь всего лишь праздник, небольшое… хорошо, большое торжество для определенного круга людей, и все же сердце было не на месте.

Их транспорт остановился. Нэтти вышла первой, затем следом соскочил Джей. Дом Артура был перед ней. Она знала адрес, но само здание не видела, и сейчас любовалась строгими линиями, светом в окнах, новенькой отделкой внешнего фасада. Здесь было уютно. А изнутри долетали звуки музыки, и сквозь окна было видно силуэты приглашенных.

– Отойдем немного, – предложила она Джею, чувствуя себя глупо: и зачем приехала?

Они скрылись в нише, образованной домами напротив. С противоположной стороны их не должно быть видно. Зато сами могли наблюдать за входом, оставаясь незамеченными.