Чтение онлайн

Обскуриан что угодно бы отдал, лишь бы увидеть рожу святоши, когда тот понял, насколько попал впросак. Его жалкие фанатики потеряли всякий авторитет и ничего лучше узурпации стихии не смогли придумать. А какие сказки они пели своим прихожанам, выстраивая новые правила… И если в одно ушко дворян тёк сладкоголосый елей, то в другое уже нашёптывал цепной пёс церкви — маг-инквизитор. Как тут не послушаться, когда за тобой могут прийти из ниоткуда? И аристократия послушалась, навела порядок в своих уделах, запрет заработал, а потом и вовсе стал чем-то обыденным.

Впрочем, бог света и сам стал чем-то нематериальным, соблюдая баланс сил, но долго так отсиживаться не смог. Обскуриан сделал на это ставку, ведь клятва камелии обоюдна: один жертвовал своей свободой, чтобы заточить другого.

Чем больше Клирикрос вмешивался в жизнь людишек, тем больше свободы действий он давал своему оппоненту. Иначе Кел’Зоран никогда бы не попал в мир людей. Мальчишка Барятинский серьёзно просчитался. Искусственное тело, сдобренное кровью абсолютного теневого мага, оказалось идеальным сосудом. Даже простофиля Клирикрос спутал его с гомункулом. Теперь осталось лишь ждать, скоро сын выполнит своё задание.

Тело Распутина оставалось невредимым под воздействием Ша’Руга. Пожалуй, это был единственный смертный, кто смог вот так просто прокатится на его спине. Личность же самого некроманта размыло до невозможности. Слишком безжалостен был бог смерти против строптивцев, вставших у него на пути. Впереди ещё снятие печати, ну а пока можно пустить в ход силы Девятого.

Наездник похлопал червя ладонью и тот взметнулся вверх, чтобы пробить крышу девятого слоя. Морда вклинилась в податливую магическую материю и зубы разорвали её ровно настолько, чтобы пролезть наверх. Сейчас наверху людишки получили свежую Брешь: каждый такой разрыв забирал у второго сына много сил. Второй не по важности, а лишь по порядку рождения.

Из всех детей Обскуриана этот был самым способным, потому у него и получилось найти лазейку в печатях камелии. Человечество за своё «избавление» жестоко поплатилось столетиями войн с иномирными тварями.

Обскуриан притормозил и велел Ша’Ругу ждать.

— Перекуси пока.

Пасть Червя вспахала землю, чтобы разом проглотить кучку гемов. Здесь их было великое множество, практически всe ими усеяно. Сквозь длинные зубы повалил магический пар, а внутри тела послышались приглушeнные хлопки от взрывов. Они заставляли тело Ша’Руга просвечиваться красным, будто кто-то внутри зажигал и тушил лампу.

Переварив «угощение», Великий червь без особого аппетита приступил к новой порции. Только так он мог рассчитывать на прорыв теневой материи. В этом и заключалась открытая им хитрость.

— Кушай-кушай, тебе сегодня много предстоит работы.

Место, где они находились, было западнее основного театра военных действий. Эту область императорские сволочи патрулировали меньше всего. Взор бога смерти чувствовал жизнь на многие километры и сейчас для него позиции врага как открытая книга. Как раз неподалёку малочисленная группа ликвидаторов сменила курс в сторону новообразовавшейся маленькой Бреши.

Александр Барятинский оказался в Воркуте не сразу. Он дождался когда пройдут первые рейды, чтобы не рисковать лишний раз. В его планы не входило погибнуть на какой-то третьесортной зачистке, не дождавшись генерального сражения. Нет, он не настолько глуп.

Поэтому, отсидевшись в Сыктывкаре, он прибыл позже положенного, сославшись на нападение отступников, коих на первой и второй линии обороны развелось как собак нерезаных. Что их манило на более опасную территорию, непонятно.

Подкупив главу одной паршивенькой ликвидаторской группы, Александр получил на руки липовый отчeт, заверенный печатью сыктывкарской администрации. Естественно, никто ни на кого не нападал и это была фикция.

Звучная фамилия сразу привлекла внимание одного из офицеров и Барятинского без объяснения причин отстранили от всех воинских обязанностей. Складывалось ощущение, что его наоборот отчего то охраняют, даже поселили в отдельный блок, а не в обычную шестиместную казарму.

Любой его выход за пределы жилища сопровождался в компании инквизитора. Сначала это раздражало Александра, но потом он привык. Развлечений в зелeном поселении было мало, но Барятинский быстро познакомился с нужными людьми. Чего только не делает рубль животворящий.

Вечером после всех летучек, младшие офицеры собирались вшестером, чтобы распить вкусный контрабандный бурбон. Да торговцы и не такое умудрялись сюда провозить, и пока остальные были заняты закрытием Брешей, средний сын Барятинских отоваривался на вечер выпивкой. В награду же получал срез слухов по штабу и истории с фронта. Имперские маги не особо его уважали, не понимая, почему тот слоняется в тылу, пока остальные батрачат, но открыто не борзели. Всe же выпивка дармовая.

Так, ниточку за ниточкой, он собрал полную картину и с предельной точностью знал все опасные участки. Сейчас приготовления были почти закончены, особо отличились его старшие братья Олег, Дмитрий и Никита, а также некий Бутурлин. Им были пожалованы новые титулы, а значит, по закону, теперь Александр мог смело называть себя графом Барятинским.

На слух ему очень понравилось, но ещe больше привлекала перспектива раздобыть новые земли лично для себя. Скорее всего получится прогнуть папеньку и Александр, наконец, отделится от семьи в собственное родовое поместье, а то даже у выскочки Артёма оно уже есть! Надо только дожить до этих дней…

Кстати, известие о награждении многих воодушевило, остальные дворяне тоже хотели отличиться перед Его Величеством и рвались в бой. Пока царит время перемен, надо хватать удачу за хвост.

Конечно, Александру нравилось новое положение, но он не забывал благодаря кому оно заработано. Всю жизнь он находился в позиции отстающего и теперь стало совершенно невозможно догнать не то что Артема, но и других братьев. Они недавно заглядывали к нему, звали с собой, но он знал, что те вечно лезут на рожон и отказался.

Чeрная неблагодарная зависть опутала его ум при виде того, как смотрят на них и как на него. Видит бог, у него может и не получится забрать себе землю… Вопрос наследства стоял остро как никогда. Сейчас отец отказался от стихии огня, полностью лишив себя былой силы. К этому подтолкнуло отсутствие обеих ног. Теперь старший Барятинский ходил при помощи искусственных земляных ног. Да, он сменил стихию и быстро переучился с помощью Ярополка.

Это был сигнал, что после войны глава рода готов уступить своe место. Только вот кому? К радости Александра, Артeм сейчас персона нон-грата. Разрушив города в Польше, он сильно разозлил русского императора, а значит не сможет выдвинуть свою кандидатуру.

Оставались только три старших братца и с ними надо было что-то делать. Он не говорил вслух что, но это решение требовало от него, кхм, некоторой решимости. Перед поездкой сюда он не считал это какой-то проблемой, но чем ближе подходило генеральное сражение, тем больше он вспоминал своe детство и всe хорошее, что для него делалось тем же Олегом. Тот всегда заступался за него перед близнецами и учил, как правильно себя вести.

Нелегко вот так отринуть родную кровь. А ещe Александр боялся. Да боялся посмотреть им в глаза и увидеть осуждение, проклятие, ненависть — да, что угодно! Убрать героев войны со своего пути практически нереально: братья сильны как никогда, а тут ещe муки совести…