Чтение онлайн

Существует традиция – если сталкера вдруг заграбастали защитники правопорядка – а об этом непременно узнает Сидорович, заведующий сетью на пару с Барменом, - то анкета того неудачливого ходока тут же удаляется. Новую составить всегда не проблема, а вот за рейды в Зону могут неслабый срок впаять. Власти ведь тоже могут в Интернет залезть и сравнить подсудимого с его фотографией…

Свободовец, проверявший меня, поступил точно так же – вбил в поиск мое имя и изучил фото. Убедившись в том, что я – одиночка, он, однако, не успокоился. Покосившись на моего спутника, он спросил:

– А этот?

– Это Фотограф. Он со мной.

– Какой еще фотограф? В Зоне?

– Это кличка.

– А имя?

– Имени он не помнит.

– Странно, - заметил свободовец и, пожав плечами, вбил «Фотограф». – «Извините, но по Вашему запросу ничего не найдено», - объявил он вслух.

Черт, как же я не подумал… Фотограф ведь вряд ли регистрировался заново после того, как очухался амнезийным.

– И что Лукаш сказал делать с неизвестными? – поинтересовался я, опасаясь, что придется стрелять, и плакал тогда мой нейтралитет к «Свободе».

– Не пускать на Милитари, - ответил «проверщик».

Ну, хоть не убивать.

– А если я его под свою ответственность проведу? – предложил я.

– Об этом Лукаш ничего не говорил, - смутился свободовец.

Наверное, нахмурился, тугодум. Под шлемом и не разберешь.

– То есть можно?

– То есть не знаю.

– Свяжись с Лукашом, спроси.

– А что, мысль… - незадачливый сталкер снова стал ковыряться в ПДА. – Вот, отправил сообщение.

– Чего отправил-то хоть? – уточнил Фотограф.

Правильно. Все-таки его это в первую очередь касается.

– Что вроде как пришли двое сталкеров, один есть в базе, другого нет. Тот, что есть, - одиночка. Говорит, что берет второго под свою ответственность. Я и спрашиваю – пускать?

– Ясно, - кивнул мой спутник.

– Ждем ответа, - подытожил свободовец, и ПДА тут же пискнул, оповещая о принятом сообщении.

– Ну? – поторопил я его.

– Сейчас, сейчас… Ага, Лукаш пишет, что можно пустить, только пусть к нему забегут, он хоть посмотрит, чтобы в случае чего внешность знать.

– К нему мы, собственно, и собирались, - обрадовался я.

– Проходите, в общем. И вот еще что…

Но договорить свободовец не успел – пуля вошла в череп.

Я вскинул автомат и осмотрелся. Фотограф тоже схватился за «Винторез». Черт, вот ведь попали…

– Опусти оружие, сталкер, - приказал незнакомый мне голос откуда-то справа.

Я бросил взгляд туда – кустов на пригорке было немало, и там могла быть целая засада. Обороняться – себе дороже.

– Чтоб тебе… - процедил я и перестал водить стволом по округе.

– Вот так. Бросайте пушки перед собой.

Я нарочито лениво уронил «Абакан» на землю.

– Ты тоже, - негромко сказал я Фотографу. – Да брось ты, бесполезно…

Мой спутник послушался.

– Хорошо, - прокомментировал наши действия голос, и кусты зашевелились.

Из них вышло четверо долговцев.

– А вы-то что тут делаете? – удивился я. – Опять с этими воюете? – я показал на мертвого «проверщика».

– Ну, вроде того, - ответил один из долговцев. Видимо, главный.

– А мы не из «Свободы», - на всякий случай предупредил я.

– Да я уж догадался. Раз вас проверяли…

– Это в смысле «убивать не обязательно», - пояснил я.

– Хм… тогда, полагаю, свободовцы не узнают об этом трупе?

– Э… - растерялся я. – Чего?

– Ты будешь молчать, - раздраженно сказал долговец.

– А. Ну, значит, буду…

– И он тоже будет, - долговец выразительно показал «Калашом» на Фотографа.

– Да будет, будет. Ты ведь будешь? – обратился я к спутнику.

– Угу.

– Ну, вот и отлично, - кивнул наш «собеседник». – Тогда мы пошли.

Долговец усмехнулся и повел своих куда-то в сторону заброшенной фермы.

– Вот уроды! – воскликнул я, поднимая «Абакан», когда те, кому я адресовал эту фразу, удалились.

– Да уж, - согласился Фотограф.

– Новичков вербуют, рассказывая про какие-то высокие цели и мотивы, а сами…

Фотограф сокрушенно вздохнул.

– Ладно, пошли. Я, вообще-то, не стукач, но сейчас назло этим дятлам Лукаша предупрежу.

– И правильно сделаешь.

…База свободовцев, поскольку прежде она являлась военной, была обнесена трехметровым бетонным забором и имела лишь один видимый вход, который тщательно охранялся. Когда я попытался было внаглую пройти мимо троих последователей Лукаша, один из них резво перегородил мне дорогу.

– Чего прешь напролом? – поинтересовался он, для пущей убедительности ткнув мне автоматом в живот. – А поздороваться?

– Привет. Дай пройти.

– Да подожди ж ты… Ишь какой резвый. Что надо-то? Куда торопимся, а? – свободовец выдержал паузу. – Что, даже не поделишься?

– Дело есть. К Лукашу.

– Что за дело?

– Важное.

– Да ты не секретничай, тут все свои…

Вот ведь назойливый, зараза!

– Твою налево, тут опять долговцы ошиваются, и я не против сообщить об этом Лукашу! И мне почему-то кажется, что он сильно расстроится, когда узнает, что ты не давал пройти и передать эту информацию!

– На понт меня брать не обязательно, хорошо? – в свою очередь повысил голос свободовец. – Если бы ты то же самое сказал без хамства и наглости, не было бы и конфликта. Ага?

– Ага. Тороплюсь просто.

– Да я понял. Ладно, мир тебе. Топай.

– Благодарствую... Идем, Фотограф.

Тот поспешил за мной.

– Здравствуй, сталкер… - пролепетал встретившийся нам по дороге к штабу Лукаша очередной свободовец с бутылкой в руке. – А ты вот знаешь, что такое закон подлости?..