Чтение онлайн

– Потише беги, - негромко попросил я усиленно топочущего Фотографа.

– Хорошо, - пропыхтел он и смягчил шаг.

Ох, не зря Гуманист снизу шел! Медленно, но верно. А я жутко сглупил. Он же живет на Милитари! И уж наверное, знает здешние опасные места лучше меня.

В принципе, ничего страшного с нами не случилось. Мы всего-навсего попали в машину времени. Сами не заметили, как это случилось. Шли себе и шли, да я, в очередной раз посмотрев в бинокль, обнаружил, что Гуманист шагает с невероятной скоростью. Но на самом деле это мы замедлились, поскольку находились во временной аномалии.

– Да черт бы ее побрал!.. – воскликнул я, поняв, что нам, скорее всего, уже не догнать нашу цель.

– Что? – не понял Фотограф.

– Мы в машине времени.

– Аномалия?

– Да. Побежали!

Я бежал и видел, как земля ползет под моими ногами со скоростью черепахи. Я ускорился, но мне не дано было управлять временем. Как жаль…

Фотограф несся рядом. И одновременно с этим тоже двигался невыносимо медленно.

– Что… - проговорил Фотограф, тяжело дыша. – …происходит?

– Время здесь заторможено. То есть для нас нормально, а со стороны… - я не закончил, но, полагаю, Фотограф мою мысль понял.

Машина времени – зона замедленного течения времени. Так написано в справочнике. Размеры этой аномалии напрямую зависят от ее возраста. За свою короткую «жизнь» - от выброса до выброса – она успевает занять довольно обширную территорию, тогда как сразу после образования она располагается на небольшом пятачке земли. Центром машины времени является артефакт «мамины бусы». Стоит поднять его с земли, как аномалия прекратит свое существование. Если учесть, что последний выброс произошел пару дней назад, то в нашем случае машина времени может быть крупной. Черт.

– Увидишь похожую на ожерелье фиговину – хватай, - сказал я Фотографу, выбиваясь из сил.

Тот коротко кивнул.

Я на ходу глянул в бинокль – пока что Гуманист еще был в поле моего зрения. Но это ненадолго, если мы не выберемся из аномалии…

– Феникс!..

Я оглянулся. Фотограф показывал пальцем куда-то чуть правее себя. Неужели… Да!

– Молодец! – обрадовавшись, похвалил я спутника за внимательность. – Подбери с земли!

Фотограф осторожно поднял мамины бусы с земли.

– И чего? – спросил он.

– Все! Сломалась машина времени! – ухмыльнулся я. – Давай быстрее, надо догнать этого придурка!

Но это было уже намного проще, ибо мы наконец-то бежали с нормальной скоростью. Хоть бы не встретилась на холме еще какая-нибудь ловушка…

– Все, теперь время стандартное? – уточнил Фотограф, догнав меня.

– Ага.

– Я ничего и не почувствовал…

– А ты и не должен был. Теорию учи! – пошутил я.

– Так это не ощущаешь? Только из теории и известно?..

– Вроде того. А тебе спецэффекты подавай…

Фотограф не ответил.

Мы достаточно приблизились к Гуманисту, чтобы немного притормозить. Собственно, он и сам уже замедлился, и, судя по тому, что он убрал «Дашку», вышел из коридора аномалий. Мы подошли еще поближе, и я негромко сказал:

– Стоп.

Фотограф послушно остановился.

– Сможешь его отсюда снять?

– Да, - кивнул мой спутник и схватил «Винторез».

Честное слово, я снайперками пользуюсь просто ужасно. Руки дрожат, глазомер никакой. Я привык даже с больших расстояний лупить из своего «Абакана». В общем, лучше уж Фотограф. У него хоть шансы есть. А если не попадет – ну, тогда придется еще побегать. Не впервой. Опять же, Гуманист будет убегать от нас, следовательно, мы сможем следовать его пути, а вот ему придется оперативно обходить аномалии.

Фотограф лег на землю и прильнул к прицелу «Винтореза». Я отошел, чтобы не мешать… и почувствовал у затылка сталь дула автомата.

– Попался? – произнес насмешливый голос.

– Хренушки, - ответил я и произвел подсечку.

Поскольку целились мне в голову, сделать это не составило труда. Я лишь пригнулся, чтобы мне не пальнули по мозгам, и сшиб противника с ног. Автомат, который он уронил в падении, я отпихнул подальше.

– Фотограф, вали его быстрей! – поторопил я спутника и навел на напавшего на меня сталкера ствол «Абакана». – Ты еще кто такой?

Поверженный враг предпочел промолчать.

– Молчим?

Каркнула ворона.

– А в ответ тишина, - произнес я.

Прозвучала короткая приглушенная очередь из «Винтореза». Через секунду Фотограф спокойно объявил:

– Снял.

– Хорош, - сказал я. – Давай теперь этого колоть.

– О, да это просто, - хитро улыбнулся Фотограф. – Я ему колени прострелю… - он прицелился нашему противнику в ногу.

А я в очередной раз подивился своему спутнику.

– Тебе какую сначала: левую или правую? – надавил Фотограф.

Молчание.

– Ну, как знаешь… - пожал плечами Фотограф и приник к прицелу с такой решимостью и артистичностью, что даже я ему поверил.

– Эй, нет! Стой! Не надо! – протараторил наш противник.

– Опаньки. Заговорил, - прокомментировал я.

– Скажу я, скажу! – перепугался не на шутку поверженный.

– Ну, давай. Какого черта напал?

– Вы за поставщиком следили…

– А, так это ты покупатель! – порадовался я нашему везению. – Тогда понятно. Ты мне скажи, полудурок, нафига тебе куча боеприпасов?

– Я их перепродаю… дороже…

– Кому?

– «Монолиту».

– Ух ты, - присвистнул я. – С монолитовцами, значит, дружбу водим? Кто ж ты такой, чудило?

– Тиесто меня звать. Я…

– Твою мать! – перебил я его. – Вот это называется «повезло»! Слушай, урод, а ты меня не узнаешь даже?

– А с чего я должен…

– С того! Ты меня Яндексу заказал?!

– Яндексу… Ты Феникс? – удивился он.

– Я самый. И чем же я тебе так насолил, что ты меня убивать решил, да еще через посредников?