Петля
Шрифт:
– Покажись, чтобы я смог отдать тебе еду…
– Нет. Ты оставишь еду там, где стоишь сейчас.
Я, изрядно нервничая, выудил из рюкзака банку тушенки и осторожно поставил на землю.
– Это все? – спросил я.
– Да, сталкер. Ты можешь идти.
– Спасибо, Большой!
– Не появляйся здесь больше.
Контролер закончил разговор – я понял это, потому что почувствовал, наконец, свой разум полностью свободным.
– Ты сейчас сам с собой переговаривался, что ли? – ошалело спросил Фотограф.
– С контролером.
– Ого, - присвистнул мой спутник. – И что, вроде как тет-а-тет?
– Вроде как. Идем, пока он добрый.
– А тушенку ты, значит, ему оставил?
– Да.
Фотограф хмыкнул и зашагал со мной.
– А зачем такое обращение – «Большой»?
– Контролерам нравится. Залог хорошего разговора.
– А если я его просто контролером назову?
– Обидится.
– Вон как…
– Ага. Так, судя по карте, мы скоро из этого леса выберемся.
– Спроси у Большого дорогу, - усмехнулся Фотограф.
Меня же после контакта с контролером шутить не тянуло вовсе:
– Лучше его не доставать.
– Куда мы вообще идем-то, если не секрет?
– Не секрет. В Мертвый город. А оттуда на Милитари. С этим, как его… Тиесто. Вот с ним потолкуем.
– Ясно, - Фотограф понял все-таки, что я не слишком расположен языком молотить, и умолк.
Лес закончился.
7. На пределе
Панорама Мертвого города – зрелище довольно удручающее. И даже не потому, что все здания покосились, асфальт испещрен трещинами, а на улицах очень не хватает дворников. Совсем не из-за этого, а оттого, что здесь все равно присутствует уродливое подобие прежней человеческой жизни до Первой катастрофы.
Мертвый город – это город зомби. Причем тут они ведут себя достаточно странно, нетипично. Они имитируют самих себя до зомбирования: ходят «на работу», «по магазинам», гуляют, ночью закрываются в своих квартирах, ложатся на кровати и закрывают глаза. Спать зомби не нужно, но они все равно продолжают так делать…
Пару месяцев назад Мертвый город подвергся бомбардировке военных, потому что мертвецов стало слишком уж много. И популяция зомби после этого значительно уменьшилась, но полностью они истреблены не были.
Вечерело. Солнце уже коснулось горизонта, и это означало, что нам предстоит переночевать здесь. А найти безопасное укрытие в Мертвом городе – задача нетривиальная, ведь зомби, завидев человека, мигом забывают про имитацию жизни. Чем это чревато, думаю, понятно.
Я собирался идти маленькими переулками и дворами, попутно изучая дома на предмет пригодности ко сну. В одних были сломаны дверные замки, в других, напротив, нельзя было войти даже в подъезд, где-то меня не устроило еще что-нибудь. В общем, когда солнце окончательно ушло на запад, мы все еще были на ногах.
– Почему бы не включить фонарик? – неуверенно поинтересовался Фотограф.
– Потому. Нас же за километр видно будет!
– А так мы дальше метра ничего не видим…
– По крайней мере, нас издалека не снимут. Хоть какие-то шансы есть.
Где-то вдалеке раздался одиночный выстрел из обреза. Значит, мы не одиноки в Мертвом городе… Но не факт, что это хорошо.
Ночи в Зоне почти всегда темные, беззвездные и безлунные. Тучи практически круглые сутки заволакивают небо. Собственно, мы видели не закат солнца, а скорее исчезновение светлого пятна среди туч за горизонтом.
Начался дождь – мелкий, моросящий, противный. К тому же, стало еще опаснее: теперь сложно было ориентироваться и на слух. Надо срочно где-то остановиться…
Мы выскочили из-за угла одного из зданий и наткнулись на зомби. Он сидел, прислонившись спиной к стене, и держал в руке стеклянную бутылку. Я очень не хотел шуметь и попытался было осторожно пройти мимо, но зомбоалкоголик резко открыл глаза.
Смотреть в глаза трупа – то еще испытание. Жутко покрасневшие, бледно-серого цвета, с маленькими зрачками-пикселями… Я не отводил взгляда, а потому вынужден был лицезреть этот ужас, - и продолжал пятиться в сторону. Зомби начал медленно подниматься с земли. Я приподнял автомат, и обитатель Мертвого города бросился на меня.
Вообще-то я планировал в случае чего снести его короткой очередью в голову. Но гад так проворно вскочил, что я банально не успел. Мы повалились на асфальт, при этом я довольно сильно проложился головой. Зомби схватился своими холоднющими руками за мое горло, явно намереваюсь придушить. К счастью, какими-то особенными бойцовскими данными он не отличался, в отличие от зомбированных, скажем, солдат, и я быстро сумел сбросить его с себя. Но как только я попытался ткнуть дулом автомата в его переносицу, он ударил коленом мне в живот. Я согнулся пополам, а он снова принялся душить меня.
Решив, что автомат в данном случае лишь усложняет ситуацию, я вытащил нож и пырнул куда-то в область ребер. Но зомби словно и не почувствовал. Я повторил удар и ощутил текущую по моим рукам гнилую кровь, к тому же, не слишком приятно пахнущую. Одновременно с этим я снова отбросил мертвеца в сторону. Прозвучал одиночный выстрел из «Винтореза».
– Не стреляй, идиот! – рявкнул я на Фотографа.
Я, конечно, понимал, что он пытается помочь. Но так он скорее меня пристрелит…
Воспользовавшись моментом, я с размаха вонзил нож в горло зомби. Тот издал короткий хрип, но все еще не окочурился. Тогда я взял рукоять ножа обеими руками и саданул прямо в лоб. Зомби пробулькал что-то перед смертью и застыл.
Я перевел дух, поднял отлетевший в сторону в пылу драки автомат и, пошатываясь, подошел к Фотографу.
– Все понял? – выдавив из себя кривую ухмылку, спросил я.
– Ага. Бить сразу в голову…
– Вроде того.
Я сложил нож и убрал в карман. Оглядевшись по сторонам – не подоспели еще зомби? – потопал дальше. Фотограф не отставал.
Я шел, протянув руки перед собой, - дождь смывал с них мертвяцкую кровь. Кто-то снова пальнул из обреза, но уже ближе к нам и дважды.
Навстречу нам шел зомби с зонтом. Хотя зонт – одно название, на нем остались два жалких лоскута ткани. Решив не испытывать судьбу снова, я пустил ему три пули между глаз. Разумеется, это подействовало.
– Чьи выстрелы я слышу посреди ночи?! – громыхнул на полгорода зычный хрипловатый голос.
Мы с Фотографом переглянулись, насколько это возможно было в темноте.