Чтение онлайн

– А нездоровая конкуренция?

– Да что за ерунда, она же не миллионными капиталами ворочала. Могу, конечно, представить, что ей завидовали, переманивали у нее талантливых авторов в другие салоны. Думаю, Наташа многих раздражала: слишком активно работала локтями, везде вперед других лезла. Но не убивать же человека за то, что он более удачлив или обладает деловой хваткой? – пожала плечами Кира.

– Так. Хорошо. Ну а как насчет дочери?

– Я тебя умоляю. Оля? Это совершенно рафинированное создание, которую всю жизнь кто-то опекал. Сначала бабушка, а потом отчим под чутким руководством Наташи.

– Может быть, девочка выросла и устала от опеки? Такое тоже бывает. В тихом омуте… Дальше ты знаешь.

– Ну нет, – чуть поразмыслив и оценив еще раз поведение подруги, затрясла головой Кира, отгоняя бредовые мысли. – Ты бы видел, как она плакала. Там была такая дикая истерика, что я даже испугалась, как бы не пришлось скорую вызывать.

– Так любой бы убивался и волосы на себе рвал, чтобы не возбуждать подозрения. Она же не клиническая идиотка, чтобы надувать воздушные шары и откупоривать шампанское после звонка из полиции.

– Слушай, прекращай уже. Версия, конечно, забавная, но совершенно нежизнеспособная. Оля плотно сидит, вернее, сидела на маминой шее и в силу воспитания никогда бы с нее не слезла по доброй воле. Кто убивает курицу, которая несет золотые яйца?

– Тот, у кого эти золотые яйца уже в горле застряли. Ты пойми, стратегически мыслить могут не все. Оттого и о последствиях не задумываются. Сначала что-нибудь сделают, а потом орут: «Ой! Ай! Как же так? Что теперь делать?!» Ты лучше понаблюдай, как твоя Оля будет приспосабливаться к новой парадигме. Вот тогда и поговорим.

– Обязательно. Только ты меня сбил. Я совсем о другом хотела рассказать. Оля предположила, что эти события как-то связаны между собой.

– Заметь, Оля подкидывает идеи. Сбивает со следа? – брат уже начал откровенно подтрунивать, видя, как заводится Кира.

– Тормози. Я уже поняла, что она у тебя – подозреваемый номер один. Но постарайся быть выше предвзятостей, ломай шаблоны. Между прочим, я склонна с ней согласиться.

– Почему?

– Все произошло почти одновременно. Сначала – Андрей, потом, буквально на следующий день, – Наташа. Случайное совпадение? Так не бывает…

– Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам[5]… – задумчиво изрек Кузьмич.

Его как всегда неожиданное появление на сцене сбило ход мысли брата с сестрой. Они уставились на приятеля в расчете, что тот продолжит мысль. Но этого не произошло. Молодой человек явно обращался к собаке, которая сидела у его ног и преданно смотрела в глаза. Еще бы: псу в этот момент скармливали гибаницу. Кира очнулась, быстро выхватила лоток с остатками блюда и спрятала в холодильник, пока волосатый кашалот все не сожрал.

– Дай посмотреть бумагу, – протянул руку Кирилл, выйдя из транса.

Внимательно изучив копию документа, он продолжил:

– Интересно, но совершенно непонятно. Буквы английские, но ни одного знакомого слова. Абракадабра какая-то.

– Может, текст в интернете забить и так попробовать перевести?

– Приди в себя! Ты же даже не знаешь, на каком языке это написано.

– Ну и что? Сейчас программы сами пытаются подобрать язык. Давай попробуем?

– Ну пробуй, раз тебе так хочется в этом копаться.

Самойлова тут же сбегала в комнату и вернулась с ноутбуком. Быстро выбрав нужную программу и введя отрывок текста, Кира начала гипнотизировать монитор. Агрегат тихо жужжал и отчаянно грелся, но результат на гора выдавать отказывался. Самойлова уже было подумала, что он впал в анабиоз от нервного истощения. Но вот в окне перевода наконец появилась заветная строчка. К сожалению, выглядела она точно так же, как та, что набрала девушка. Искусственный интеллект потерпел поражение.

– Вот зараза! – Она не смогла скрыть досаду. – Не нашел. Что же теперь, выбросить бумажку?

– Можно отнести ее в полицию, – предложил брат. – Пусть следователь морщит мозг и зарплату отрабатывает.

– Да прям. Он ее помнет и использует по назначению.

– Дай-ка взглянуть, – протянул руку Кузьмич.

Он так долго изучал протянутый листок и щурил глаза, что хозяйка наконец не выдержала:

– Ну что, разобрал? Что там написано?

– Нет, конечно.

– А что тогда так долго молчал?

– Думал.

– О чем?

– О языке. Если переводчик его не опознал, значит, редкий. При этом алфавит латинский. У меня есть только одно предположение. У этого языка не было своей письменности, поэтому позаимствовали латиницу.

– Ничего не поняла. Это где? Это как?

– В Африке, например. У многих народов письменности просто не существовало. Когда она потребовалась, велосипед изобретать не стали, взяли готовую. Там же многие страны – бывшие Британские колонии. Поэтому и латиница.

– Гениально! Но нам от этого не легче. Все равно непонятно, какой именно язык.

– Слушайте! – внезапно воскликнул Кирилл. – У моего приятеля отец – преподаватель в Институте стран Азии и Африки. Давайте ему покажем?

– Ура! – завопила радостно Кира. – А когда?

– Не знаю. Надо позвонить договориться.

– Хорошо. Только я еду с тобой!

Брат кивнул и спрятал бумагу в карман. Кузьмич в течение всего разговора не проронил больше ни слова. Кажется, происшедшие события не произвели на него никакого впечатления.

Пафосное здание на Моховой оказалось внутри обычным старым институтом, как и многие другие. Обшарпанные коридоры, тесные аудитории с дешевой казенной мебелью. Пока бродили в поисках нужного кабинета, брат решил полюбопытствовать:

– Ты всерьез решила поиграть в следователя?

– Что значит поиграть? Человека убили. Какие тут игры?

– Послушай. Давай не будем приятные разминки для ума за чашкой чая превращать в фанатичные поиски убийц с беготней по городу. Пусть такими вещами занимаются профессионалы.

– Как будто виновных кто-то станет искать.

– Ты не веришь в нашу правоохранительную систему?

– Не то чтобы не верю. Скорее, не доверяю. Найдут кого-нибудь, кто в это время мимо проходил, и назначат виновным. Никто толком разбираться не будет. Им же важно не преступника найти, а показатели раскрываемости не испортить.