Чтение онлайн

– Мне нужно в город. – Я достал документы, протянул. – У нас раненая. Ей нужен лекарь.

Стражник взял бумаги, пробежал глазами, перевернул страницу, другую. Вернул.

– После заката никого не пускают. Даже по неотложным делам.

Я сжал документы в руке, но голос держал ровно.

– У нас девушка ранена. – В качестве доказательства я повернулся так, чтобы в свете факелов они смогли рассмотреть Нину во всех красках. – Она может умереть.

– Правила есть правила. – Голос его был безразличным, лицо – усталым. – Утром приходите. Ворота открывают в шесть.

Я смотрел на него. Внутри поднималось глухое, тяжелое желание ударить. Схватить за грудки, прижать к стене, заставить открыть.

Мозг уже просчитывал варианты – сколько их, с какой стороны заходить, сколько времени займет прорваться. Двое у ворот, трое в будке. Оружие – алебарды, у старшего, видимо, меч. Если рвануть быстро, с левого фланга…

– Саш, – Гриша тронул меня за локоть, – не надо.

Я выдохнул. Он прав. Скандал у ворот ничего не даст. Только привлечет внимание, которое нам сейчас меньше всего нужно.

– Спасибо, – сказал я стражнику сквозь зубы, развернулся и пошел обратно к отряду.

Постоялый двор нашелся в получасе ходьбы от ворот. Двухэтажное бревенчатое здание, конюшня, крепкий забор. На вывеске – красный петух с расправленными крыльями. Я толкнул дверь, вошел внутрь.

Хозяин – плотный, с заспанным лицом – поднялся из-за стойки.

– Комнаты нужны. На всех.

– Поздно уже, – он покосился на дверь, за которой остались остальные. – Места есть, но…

– Никаких «но», – отрезал я, больше не желая слышать отказы. – У нас раненая, – я положил на стойку деньги, – и ей нужен лекарь.

Он посмотрел на деньги, потом на меня. Кивнул, взял монеты.

– Комнаты в конце коридора. Лекаря поищу, но утром. Ночью никто не поедет.

– Тогда плевать. Мы с утра сами в город пойдем.

Он дал ключи, принес чистые тряпки, кипяток. Я отнес все в комнату, которую выбрали для Нины.

Мы уложили ее на кровать. Гриша занялся раной – снял старые бинты, промыл, наложил новые. Я стоял у двери, смотрел, как его руки работают быстро, уверенно. Нина лежала с закрытыми глазами. Лицо белое, губы серые. Дышала ровно, но слабо.

– Отвар давайте, – сказал Пудов, не оборачиваясь, – и тепло. Много тепла.

Зина принесла грелки, укутала Нину в одеяла. Слава развел в печи огонь. Я стоял, смотрел, и внутри все сжималось от желания остаться. Сесть рядом, ждать, пока она очнется.

– Саш, – Гриша подошел, вытирая руки, – иди отдохни. Я здесь побуду.

– Если станет хуже…

– Разбужу.

Я кивнул. Вышел в коридор, нашел свободную комнату, рухнул на кровать, не раздеваясь. Сон пришел мгновенно – черный, без сновидений.

Утром тридцатого июня ворота открылись.

Я вошел в Шуйск вместе с отрядом. Город был больше Морозовска, хотя и ненамного. Но сейчас мне было не до красот и достопримечательностей.

Мы остановились у ворот первой, достаточно презентабельно, но без переборов выглядящей гостиницы.

– Гриш, разбираешься здесь. Найдите, наконец, лекаря.

– А ты? – спросил Кирилл.

– В Академию, наконец-то.

Я развернулся и пошагал, так и не переодевшись после дороги. Куртка в пыли, сапоги стоптаны, под глазами круги. Плевать.

Главная академия Шуйска, как это явно было заведено, стояла в центре города. Здание из светлого камня, с колоннами у входа и широкой лестницей. Над входом – герб с молнией и мечом.

На этот раз меня пустили внутрь без вопросов после демонстрации паспорта и папки с приглашением на экзамен. Внутри было спокойно, тихо. Мраморный пол, высокие потолки, у стен – скамьи для посетителей. На стойке – табличка с расписанием, под ней – стопка бланков.

– Ваши документы, – сказал служащий за стойкой.

Я выложил все, что у меня было. Бумаги от Игоря, протекторат, особое приглашение, мои собственные документы, включая разрешение на Вирра, которое понадобится, чтобы зарегистрировать волка как часть «меня», сдающего экзамены.

Он пробежал глазами, перебирая листы, проверяя печати. Задал пару формальных вопросов: имя, возраст, место рождения. Я отвечал, стараясь говорить четко, не сбиваясь.

– Подождите.

Отошел к скамье, сел. Сердце колотилось, но я заставлял себя дышать ровно. В зале было прохладно, пахло воском и старыми бумагами. Где-то в глубине здания слышались голоса, шаги по каменным полам.

Дверь в приемную открылась через несколько минут. Служащий выглянул, кивнул.

– Проходите.

Чиновник за столом – пожилой, с седыми усами, в очках – изучал мои бумаги. Я стоял перед ним, чувствуя, как струится пот по спине. Он поднял голову, посмотрел поверх очков.

– Затянули вы с подачей, молодой человек. Еще день – и пропустили бы срок.

Я молча кивнул. Он взял печать, приложил к моей заявке. Звук удара прозвучал гулко в тишине кабинета.

– Готово. – Мне протянули бумаги. – Завтра в девять построение на плацу. Форму получите сегодня вечером.

Забрал документы, чувствуя, как напряжение последних дней – нет, недель – начинает отпускать. Пальцы чуть дрожали.

– Благодарю. Еще вопрос. У меня приглашение особого класса, и я привел с собой людей, которые станут моими сопровождающими. Но мы задержались в пути из-за непредвиденных обстоятельств, сейчас они на постоялом дворе в городе. К тому же одна из девушек серьезно ранена. Остальные могут подойти для подтверждения своих личностей в течение дня, но можно как-нибудь организовать, чтобы ее записали без личного присутствия? Вот все их документы, если что. – Я достал из кармана стопку паспортов. – Григорий Пудов будет просто сопровождающим, но остальные, мне бы хотелось, чтобы поступили в Академию Вязьмы.

– Вообще, конечно, не положено, – протянул чиновник. – Но для студентов особого класса в норме вещей делать небольшие поблажки. К тому же вы сказали, что девушка ранена. Вы из-за этого так опоздали?

– Да, к сожалению.

– Ясно. Что же, ладно. Пусть ваши люди придут сегодня после четырех-пяти. Я зарегистрирую всех и отправлю с ними обратно кого-нибудь, чтобы подтвердить личность девушки.

– Спасибо большое! – я расплылся в улыбке.

– Не за что. – Он уже переключался на следующую стопку бумаг. – Следующий.