По ту сторону грусти
Шрифт:
Словно в подтверждение его слов до них донеслось глухое эхо артиллерийских залпов. Стреляли далеко, но это не особо обнадёживало.
– А лодку найти можно?
– спросила Алеся.
– Это уж как повезёт, - покачал головой незнакомец.
– А к реке путь всего короче вон через тот квартал.
И он вкратце объяснил им дорогу - где свернуть, где обойти. Они поблагодарили и пошли восвояси.
– Чем дальше в лес, тем больше дров, - проворчал Андропов.
– Знакомая ситуация, чертовски...
– Зато с тобой не страшно, у тебя уже опыт есть, - попыталась пошутить Алеся.
– И ведь правда, ты вспомни: главное было до посольства добраться, а нам теперь - до речки.
А с лодкой как повезёт. И лишь бы с берега не обстреляли. Они опять синхронно подумали об одном и том же, но предпочли не озвучивать.
Они петляли в лабиринте подворотен, глухих стен, водосточных труб, кирпичных обломков, мусора, железных калиток и чахлых деревьев. С каждым шагом нарастало напряжение, нервы были на пределе.
– Тихо!
– шепнула вдруг Алеся и пихнула Андропова в какую-то нишу, он даже запротестовать не успел, а следом втиснулась сама.
Раздались голоса и хруст тяжёлых ботинок по щебню и асфальту.
Алеся на самую малость отклонилась, выглянув из ниши, и скосила глаза в просвет между домами. Она мельком увидела тёмные фигуры в болотном камуфляже, с автоматами и гранатомётами за спинами - и тут же снова вжалась в нишу, чувствуя, как впивается в спину дверной молоток.
Её начало поколачивать, от страха и какой-то электрической, пружинистой злости, казалось, приблизятся ещё - и она выскочит из укрытия и... Что будет дальше, она не знала, но догадывалась: она отдастся во власть той мощной и страшной стихии, что спасла её когда-то от предводителя ассасинов.
Но нет, нельзя, нельзя, твердила себе Алеся - это было бы слишком опасно, безумно, она ведь сопровождает Юрия Владимировича. Нет, нельзя. Не время для геройства. И она, с трудом разлепляя губы, начала неслышно начитывать формулу незаметности. А вот это было совсем не лишним. Она ведь ощущала, что каждый из этих тёмных вояк чувствителен как зверь, как пиранья, идущая на кровь. Нужно исчезнуть с радаров. И она тщательно наводила вокруг выгнутый силовой щит, а потом закрепила молитвой. Неизвестно, сколько они ещё провели в укрытии неподвижно, как ниндзя, только у Алеси затекли ноги и спина. Пальцы чуть подрагивали. У Андропова, наверное, тоже, потому что он был бледен как полотно, и тихо, напряжённо произнёс:
– Алеся, мне показалось или это вообще не люди?
Она передёрнулась: его способности тоже проснулись и обострились, и он увидел то, вселило такую жуть в неё саму. У этих солдат под масками, казалось, были не лица, а просто сгустки тьмы. Да и в руках, ногах, грудных клетках. Привычные очертания, тела, органы, кожа - для отвода глаз. "Старослужащие", - почему-то подумалось Алесе. Стряхнув скользкое, холодное ощущение, она повела плечами и схватила Андропова за руку:
– Пошли!
Они перебежали улицу, пригнувшись, и нырнули в новый переулок. Просвет между домами (распогодилось, солнце вышло из-за туч) манил к себе. И они выскочили прямо к парапету, нависающему над узенькой набережной.
– Да!
– ликующе прошипела Алеся.
Они сбежали вниз по ступеням и увидели несколько пришвартованных в тени лодок. Алеся шагнула, было, к синей, как роспись на саксонском сервизе - но Юрий Владимирович окинул судёнышки намётанным взором и покачал головой:
– Нет, она киваться будет с борта на борт. Вон ту возьмём.
Алеся оглянулась и увидела её - чёрную, вытянутую, с узенькой белой полоской по борту - и затрепетала.
Кто бы ни патрулировал улицы разорённого предместья, кто бы их ни преследовал, но момент показался не допускающим спешки. В конце концов, можно ведь уделить лишних четыре секунды - красоте?
И она сделала мягкий предупреждающий жест рукой: "Не спеши, постой". Андропов послушно замер. Алеся прошагала к ялику и осторожно, со всем возможным изяществом спустилась в него, и с гордым разворотом плеч посмотрела на своего спутника. Солнце зашло за тучи, и теперь цвет её мундира сливался с цветом лодки - они казались одним целым. Юрий Владимирович залюбовался ей, и почему-то лёгкая дрожь прошла у него по спине. А Алеся протянула ему руку и тихо сказала:
– Прошу.
Он молча спустился в лодку, та мягко качнулась раз, другой, Алеся устроилась на корме, Андропов уселся ближе к носу и, чуть поколебавшись, хотел что-то сказать, но Стамбровская предупредила:
– Вёсла не трожь.
Она откинула чехол, запихала его под лавку - перед ней лежали два ладных чёрных весла. Робея и краснея, вставила одно в уключину, надеясь, что не слишком неловко это делает. Затем потянулась, отвязала лодку и как можно аккуратнее смотала конец. Конечно, Юрий Владимирович мог бы справиться с этим более сноровисто, вспомнив молодость на реке. Но он улавливал Алесино настроение, и всё же спросил деликатно:
– Может, помочь? Ну, ты скажи, если что.
– Спасибо, я сама, - выдохнула Алеся, с силой отталкиваясь веслом. Течение потихоньку подхватывало их ялик, она вставила весло во вторую уключину и сделала пару гребков, чтобы приловчиться.
Не сказать, чтоб это был первый раз, но гребная практика у Алеси была весьма скудной. Однако сейчас она ощутила, что каким-то образом сразу нашла свой ритм, попала в такт. Ей нравилось, как от её старательных, длинных взмахов лодка плавно и быстро скользит по лёгким волнам. Алеся чувствовала себя очень сильной и проворной и не могла скрыть улыбки. Глядя на неё, Андропов радовался.
– Гляди-ка, есть у тебя кой-какая школа, - улыбнулся он.
– Да какая там школа, первый раз, - гордо засмеялась Алеся и озорно прибавила: - Может, я просто создана для этого? А талант дремал до поры до времени.
– А кто его знает, - добродушно хмыкнул Юрий Владимирович, - только ты всё равно не части, спокойно, спокойно. Никого ведь кругом.
– Ты прав, - отозвалась она и чуть перестроилась.
Ялик заскользил глаже, да и дыхание выровнялось.
Людей и правда было не видать: на том берегу, от которого они отчалили, предместье сменилось запущенным парком. Но вскоре Юрий Владимирович негромко воскликнул:
– Гляди, Леся, там кто-то за кустами!
Она вздрогнула. Но это были не повстанцы. Алеся различила тонкий силуэт бледной русой девушки, из-за её спины выглядывали дети - двое или трое. Девушка замахала робко, а затем отчаянно.
– Причалим?
– нерешительно спросила Алеся.
Андропов засомневался и задумался.
– Нет, - наконец сказал он, - все не поместятся, да и опасно.
Алеся продолжала молча выгребать на середину реки.
– А всё-таки жалко, - сказала она наконец.
– Нет, я б не причалила. Сам знаешь. А только нехорошо, что людям вот так с приключениями добираться приходится. Может, перевезёт кто, может, до моста переться доведётся.
– Да уж.
На другом берегу стали чаще попадаться строения. Засветилось своими стенами другое предместье, более опрятное, чем то, из которого они вышли. Но до домов оставалось ещё много. Ширина реки была для Алеси непривычной. Но она не беспокоилась и продолжала своё дело, сосредоточенно и молча. В плечах уже накопилась лёгкая усталость, впрочем, приятная. Да и китель оказался такой хороший, строгий, красивый, а движений почти совсем не стеснял.