По ту сторону
Шрифт:
– Спасибо.
– Сохрани сюда, - подключает флешку.
Сохраняю. Выключаю компьютер. Свет. Выходим.
– Ну, все, я побегу. Пока.
– До понедельника. Хороших выходных.
– Спасибо. Тебе тоже.
Сбегаю по ступеням, прощаюсь с охранниками. Останавливаюсь на любимом месте в центре моста, смотрю на воду. Будто там есть ответы, решения. Блики успокаивают. Забыла под столом пакет с одеждой. Возвращаться не буду. Ветер освежает. Главное - не думать. Просто смотреть на рябь на воде. На смутные очертания коней вдалеке. На фонари, окна, крыши, решетки, гранит. А когда-то кони были настоящими и цокали копыта по булыжным мостовым. Мужчины ходили в цилиндрах, женщины - в длинном... Это тоже пройдет. Нужно позвонить Эдику. Проезжает машина. Оборачиваюсь. Черный "бентли". Набираю номер.
– Приветик! Что делаешь?
– спрашиваю.
– О, привет, извини, что раньше тебе не позвонил, весь в романе.
– Все нормально. Ну, что, когда мы в Москву поедем?
– Хоть сейчас.
– Да?! Да, давай сейчас!
Договариваемся о встрече. Возвращаюсь, забираю из офиса вещи, чтобы не заезжать уже домой. В пакете как раз все, что может понадобиться мне в другом городе. Как все удачно складывается. Обязательно нужно уехать на время. Развеяться. И, может, с Эдиком, все же, все будет хорошо. С логотипом же получилось... такое странное сравнение, конечно, Эдик - не логотип... и не... Рустам. Как иногда несколько часов могут перевернуть весь твой мир...
Анжелика
Просыпаюсь от того, что Макс бегает по квартире с криками: "Папа приехал!" Что-то рано он сегодня. Или я сейчас его увижу, или уже нет. Так, чего я хочу? Не знаю, но чего-то хочу... Улыбаюсь. Вскакиваю. Ловлю Макса уже на выходе.
– Слушай, будь другом, посиди немного с братом, я хочу поболтать с твоим отцом.
– О, Боже! А немного - это сколько?
– Может, полчасика... или больше.
– Ладно. А что мне за это будет?
– Ничего плохого.
Улыбается.
– Спасибо! Если захочет есть, дашь ему вот это. Подгузники в шкафу. Не оставляй его одного. Я скоро.
– Да можешь не объяснять, мам, не первый раз замужем. Но за подгузники мне должно быть много чего хорошего, - улыбается хитро.
– Ладно-ладно. Будет тебе то, что ты просишь.
– Ура! И уже иди, а то папа решит, что у нас семья тормозов.
Смеюсь. Одеваюсь, привожу себя в порядок и через пять минут выбегаю из дома.
Стоит возле машины. Солнце сияет. Может, быть, он привез его с собой. Хотя... это очень странное предположение, практически невозможное. Обычно все наоборот. Как же я рада его видеть! Теперь с ним все кажется таким простым. И не нужно притворяться, что ничего не чувствуешь. А то, что чувствуешь, не нужно скрывать.
– Привет!
– О, привет! Не ожидал уже тебя увидеть!
– Да, вот решила поболтать по-человечески.
– Наконец-то, - улыбается. Как всегда, великолепен. Все-таки, он другой. Намного искреннее. И с ним гораздо проще. Особенно теперь. Но мы же не ищем легких путей.
Идем в кафе на соседней улице. Садимся рядом, столик, как обычно, у окна. Народу еще не много. Мягкий полумрак. Какая-то слишком романтичная обстановка. Да что же это у него за имя - оно повсюду! Пью молочный коктейль. Он - кофе.
– Ну, как ты?
– спрашиваю.
– Хорошо. С работой все замечательно. В личной жизни - тоже.
Чувствует, что сейчас он уже может мне об этом говорить. Хотя и раньше было все понятно. И я очень за него рада.
– Молодец!
– А у тебя как дела? Чем ты расстроена?
Вспоминаю вчерашний вечер. Закрываю лицо руками. И впервые плачу, когда нельзя. Лучше бы осталась дома. Все равно я не буду посвящать его в свои дела. Хотя, возможно, он мог бы мне рассказать то, о чем я не знаю. Обнимает меня. Если бы мне кто раньше показал эту замечательную сцену, когда я лью крокодильи слезы на плече у бывшего мужа по другому, - я бы ни за что не поверила.
– Что случилось?
– Ничего. Не обращай внимания. И это... уже не из-за тебя, к счастью.
– Уже хорошо.
– Не могу не согласиться, - улыбаюсь.
– Правда, от этого не легче.
– Понимаю. Ну, может, не все так плохо, как кажется?
– Не знаю. Я ничего не знаю! Скажи, что делать, когда хочешь изменить прошлое, но не можешь?
– Просто посмотреть на это прямо. На то, что ты сделала. Без оправданий. Всякое в жизни бывает. Жалеть о прошлом не стоит. Важно - настоящее и будущее. И... ведь у всего есть последствия... и от тебя зависит, как ты их используешь. Даже в чем-то плохом можно найти хорошее. Можно превращать любые минусы в плюсы. Я, конечно, не имею в виду, что плохое - это хорошо. Я имею в виду, что при достаточном уровне разумности можно просто делать выводы, не повторять ошибок и управлять любыми ситуациями так, чтобы в итоге все было хорошо. Да и не ошибается только тот, кто ничего не делает - а это - худшее из того, что вообще можно себе представить.
– Ты прав. Спасибо, мне важно было услышать что-то подобное. А то когда тонешь в проблемах, забываешь о сути происходящего.
Смотрит мне в глаза. Улыбается. Я тоже.
– А как дела в бизнесе?
– спрашивает.
– Вообще здорово! Самая моя большая радость!
Ой, привираю. Самая большая радость сидит сейчас со второй радостью. Сказать ему о ребенке? Он души не чает в детях. Но он меня убьет. Но чем дальше, тем мне все более неудобно перед Данькой за то, что лишаю его отца. И... мало ли что, уж лучше я сама признаюсь в своих грехах, чем... Но я не могу ничего сказать! Молчу.
– Да, хорошо, когда есть любимое занятие, - он.
– Ага, это чудесно. Слушай, а вы еще, случайно, не собираетесь завести детей.
Улыбается.
– Да. Где-то в апреле родится.
Такой счастливый у него вид!
– Вот здорово! Поздравляю! Давно пора!
Наконец-то. Наверное, я ждала этого. Все, теперь уже нужно говорить. Сейчас или никогда. Ладно... ощущение, будто забираешься на высоченную вышку, чтобы прыгнуть в воду. И вот, уже стоишь на краю, смотришь с ужасом вниз, представляешь, как летишь туда, и не можешь сделать ни шагу.
– Ну, что еще у тебя происходит?
Я уже даже не пытаюсь скрывать мысли.
– Я должна тебе кое-что сказать. Но ты меня убьешь.
– Ты скажи, а я подумаю. Может, решу, что пока не стоит.
– Но я не могу тебе это сказать! То есть, мне, конечно, теперь уже придется, раз я начала. Но это ужасно тяжело!
– Да, теперь уже я тебя не отпущу, пока ты не скажешь. До вечера я совершенно свободен.
– Ужас! Но ты меня, правда, убьешь, ты понимаешь?
– Охотно верю, - улыбается.
– У меня есть последнее желание. Принеси мне, пожалуйста, фруктовый десерт.
– А ты не сбежишь?
– Нет. Честное пионерское.
Хоть пару минут еще есть перед казнью. Возвращается с десертом.
– Ну, все, говори уже!
Прыгаю с вышки.
– Когда мы расстались, я была беременна.
– Что?! И что ты сделала?!
Черт, нужно было не так начинать. Напугала только его зря.
– Ему сейчас девять месяцев.
А за аборт бы точно убил.
– Господи!
– улыбается. А почему ты молчала?