По ту сторону
Шрифт:
– Вот сейчас ты уже не слушаешь.
Как он это увидел? Я же только чуть-чуть улетела и киваю, кажется, вовремя.
– Извини, отвлеклась.
– Что у тебя случилось?
– Да ничего такого. Просто настроение что-то не очень. Пройдет. Не обращай внимания.
Ну, вот, опять. Два предложения из четырех - ложь. Будто уже не могу свернуть с этой спутанной колеи, однажды на нее ступив. И чем дальше - тем больше.
– Саш, я вижу - ты не хочешь мне говорить. Ладно, - смотрит внимательно. Отвожу глаза.
Не ладно. Не ладно. Но и говорить я действительно не могу. Теперь между нами стена, пока еще тонкая, но лучше было бы признаться, что не болела. Почему, ну почему - я, вроде бы, все понимаю, но поступаю наоборот? Не всегда, конечно, временами мне удается быть целостной - не двоиться, не идти против здравого смысла - в мыслях, эмоциях или действиях, не лгать - себе и другим. Я же смогла уйти от Артема с Эдиком... Смогла не остаться в Бердянске с Олегом, потому что не считала это правильным, хоть мне и хотелось противоположного. И... тут дело даже не в том, что следовать тому, что подсказывает разум - верно, а эмоции - нет. Ошибки могут быть на каждом из уровней. Вопрос в том, насколько ты можешь различать - что будет более хорошим - для тебя и тех, кого это касается, что принесет улыбки, счастье и новые возможности; а что - больше горя, проблем, разочарований, боли, и далее, по всему списку людских несчастий. И вот, иногда, в системе бывают сбои. Ты думаешь одно, хочешь - другое, а делаешь - третье. Или вообще не думаешь...
Его взгляд обжигает.
– Все будет хорошо, - улыбаюсь, с оттенком грусти.
– Все зависит от тебя. Что ты делаешь или не делаешь.
– Знаю.
Иногда забываю. Вываливается в дырки в голове.
Улыбается.
– Вспоминай об этом почаще.
Он, что, уже читает мои мысли? Где официальное разрешение?!
– Вот только что об этом и думала.
От его улыбки становится легче. Туман прошлого рассеивается, пусть и лишь на время. И вот, мы сидим здесь вдвоем, болтаем о чем-то кроме дизайна, хотя и он интересен... украсть у судьбы несколько минут счастья, правда - оно ведь тоже под запретом, и я уже решала этого не делать, ведь эта линия может завести нас на край пропасти, но, об этом лучше пока не вспоминать. И... еще не все так плохо.
– Так что там с плакатами?
– спрашиваю.
Отвечает...
Спустя минут двадцать захожу в наш офис. Здороваюсь. Вокруг царит атмосфера оживленного доброжелательного безделья - перерыв. Светы еще нет. Кладу сумку, включаю компьютер, подхожу к чаевничающим.
– Как здоровье?
– Дэн, весело. Сегодня он в клетчатом черно-белом пиджаке нараспашку, светло-серых вельветовых брюках, черной футболке и белых ботинках.
– Спасибо, хорошо, - с оттенком досады и притворной искренности.
– Вот и молодец. Ты уж не болей, это же неприкольно.
– Согласна, - улыбаюсь.
– Как вы тут, без меня?
– Мы тут, видишь, работаем, как черти, - Сергей, запивая шоколадное печенье зеленым чаем.
– Бедняги!
– Не то слово! Начальник ведь зверь, - Дэн.
Смеются.
– На самом деле, скоро лавочку прикроют, выставка крадется, - Дарина. В черном платье по колено, с рукавами по локоть, эффектно оттеняющим пепельные косички и яркие фенечки.
– Я уже слышу, как она дышит, хоть и старается быть незаметной. А потом - как набросится на тех, кто вовремя не сделал свою часть дизайна. Меня в прошлый раз чуть не растерзали! Ох уж эта чертова привычка, еще с Мухи, все делать в последний момент, - Дэн, улыбаясь.
– Да уж, привычка ужасно заразная - передается от студента к студенту, воздушно-капельным путем. В среднем, после первого курса - до этого пока боятся чудить и ведут себя прилично. А у меня во время выставки еще и сессия, - вот весело будет, - улыбаюсь.
– Думаю, ты справишься!
Появляется Света. В коротком вязаном платье, опять зеленом, и высоких замшевых зеленых же сапогах со стервозными носами и на шпильке. Черные прямые волосы распущены по плечам. Бросает зеленую сумку на стол, подходит.
– Всем привет! О, Александра соизволила почтить нас своим присутствием! Чем обязаны такому счастию? А мы так скучали, вот, Даринка до сих пор в трауре ходит. Как здоровьечко? Не шалит больше?
Представляю, как лью ей зеленый чай зашиворот. Правда, жаль чая, уж больно хорош.
– Хвост отваливается, и лохматость повышенная, а так - в норме. Не скучай без меня, пей валерьянку.
– Кстати, давно хотела спросить, по секрету, между нами, девочками - ну как, ты еще не влюбилась в шефа? Или уже началось?
Ненавижу эту стерву. Главное - не краснеть. И ответить что-то вразумительное. И вообще, к чему она спрашивает? Неужели так заметно, что у меня от него крыша едет (пока это именно так называется, надеюсь, дальше не зайдет). И, я, конечно, понимаю, что вопрос в духе Светы, но все-таки странно... или я уже ничего не понимаю.
– А что, нужно?
– В принципе, на твое усмотрение, дорогая... одной больше, одной меньше - какая разница?
– Вот уж действительно.
– Вас иногда послушаешь и ужаснешься. И хватит в таком тоне о Рустаме! По-моему, это некрасиво. Не понимаю, как он тебя терпит! Я давно бы выгнал и плевать я хотел на родственные связи, - сверкая глазами, Дэн.
Обидно, что эта тирада будто и ко мне тоже относится, а я - просто пытаюсь отвечать в том же духе, чтобы мымра от меня отстала. А так - Дэн прав. Отвратительный разговор. И не жена она Рустаму. Как я раньше не догадалась?
– А гладким мозгом этого и не понять, - Света, улыбаясь.
– У меня он хотя бы есть.
– Ребята, вы достали уже ругаться!
– Дарина.
– Ну бесит меня эта стерва!
– Раньше ты говорил мне совсем другое и даже умолял вернуться, дарил цветы, страдал, бедняжка - так трогательно, - смеется в гробовой тишине.
Неожиданный поворот.
– Какая же ты все-таки тварь!
– выходит, хлопает дверью в сердцах.
– А я согласна с Дэном. Тебе плевать на чувства других, ты все выворачиваешь наизнанку и готова насмехаться над тем, что для них свято. Ты обожаешь доводить людей, и твоя улыбка - лишь убогая попытка скрыть свою ненависть.
– Смотрите, как она заговорила! Сколько эмоций - вот-вот заплачет, как один раз уже было, или сбежит со страху, вслед за Денисом. Да я могу пошевелить одним лишь пальцем, и тебя уволят, девочка моя. Так что, на твоем месте, я бы сидела тихо.
Показываю ей подходящий для таких случаев жест. Остальные смотрят, раскрыв рты. Молчат. Боятся. Придурки.
Воздух наэлектризован, вот-вот вспыхнет бумага рядом с принтером.
Дверь открывается. Поворачиваемся. Рустам.
– Да, мы вот как раз собирались продолжить работу, - Сергей, садясь за компьютер. Даринка мигом вылетает из нашего офиса.
– Просто... Саша рассказывала нам всякие истории из личной жизни, и было неудобно ее прерывать, - Света, улыбаясь.
Сергей молчит. Паши еще нет. "Мышь" как сидела, так и сидит за компьютером возле двери - в противоположном конце офиса, в наушниках, и ее вообще не волнует жизнь офиса.