По ту сторону
Шрифт:
Звоню Анжелике.
– У меня к тебе одна просьба.
– Какая?
– Узнай по поводу жилья в Москве. Если кому-то из Питера будет нужно.
– Я поняла, что ты у друга. А я тут с Никой.
– Спасибо.
Отлично. Замечательно! А перед глазами Саша в слезах. А ей нельзя волноваться.
– Пап! Машина справа!
Жму на тормоза.
– Куда ты прешь, придурок?!
– А по-моему, мы должны были его пропустить...
– Да, ты прав. Извини, сынок. У меня был тяжелый день на работе.
– А что случилось?
– Ничего особенного. Обычные взрослые проблемы.
– Что-то глядя на тебя сейчас мне уже и взрослеть не хочется.
– Всякое бывает. Но обычно все же интереснее быть старше.
Правда... я бы не прочь с ним поменяться местами. Стараюсь сосредоточиться на дороге. Скорее бы уже увидеть Анжелику и обо всем забыть. Пусть хоть на несколько часов. По радио передают любимый трек Саши. Меняю волну.
– А мне та нравилась! Давай ее послушаем, пожалуйста!
Слушаем ее. На глаза наворачиваются слезы. Заставляю их убраться.
– Почему мы на красный проехали?!
Торможу у обочины. Выхожу курить. Подаю сыну хороший пример. Выходит ко мне.
– Пап, что у тебя происходит? Я тебя таким давно не видел!
– Я же сказал, был тяжелый день на работе! Что ты ко мне привязался?!
Садится в машину. Злость быстро сменяется раскаянием. Кидаю окурок на асфальт. Сажусь за руль.
– Прости меня, пожалуйста. Я не хотел тебе грубить. У меня проблемы дома. А я не могу туда сейчас вернуться. Вот, нервничаю.
– А, ясно. Ты не переживай, я думаю, ты сможешь решить все проблемы, ты же обычно знаешь, как лучше поступать.
– Спасибо за поддержку.
Да... обычно знаю. Но тот я, который знает, капитулировал вчера ночью. Бежал с тонущего корабля. Собака! Остались одни обломки у чужих берегов. Завожу мотор. Стараюсь ни о чем не думать.
Наконец, паркую машину у дома. Говорю, что приду чуть позже. Макс захлопывает дверцу. Звоню Юле.
– Ну, как там дела?
– Уже лучше. Я в кухне, Дэн с Сашей смотрят комедию. Ты можешь мне объяснить, что происходит?
Нет, конечно!
– Понимаешь, я не знаю, что происходит! Просто она ни с того ни с сего стала ревновать меня к твоей матери. А я вынужден торчать в Москве еще неделю, заменяю друга на фирме и не могу пока вернуться. Причем я предлагал ей приехать сюда, она отказалась.
Точно! Она сама виновата! Если бы только она приехала, все было бы хорошо! А если она приедет сейчас? О, нет! Я еще не готов к этой встрече.
– Эту историю я уже слышала. Она говорит, что ты ей почти не звонишь. И что ты какой-то другой.
– Не звоню, потому что очень занят. А другой... вряд ли. Ей кажется. Я сам хочу скорее домой, но пока действительно не могу!
– Ладно. Возвращайся быстрее. У меня нет причин тебе не доверять, но знай, если тот твой уход я могла понять, потому что видела, какие у вас были отношения, то если ты разрушишь брак с Сашей - я этого тебе не прощу. По той же причине.
Я сам себе не прощу. По той же причине. Как же повернуть время вспять? Как переиграть последние ходы?!
– Все будет хорошо. Я очень люблю ее. Я буду чаще ей звонить. Сейчас она может со мной поговорить?
– Пойду позову...
– Привет, - голос грустный.
– Привет, солнышко! Я скучаю! Я люблю тебя. Не переживай, пожалуйста, все будет хорошо. Почему ты расстраиваешься?
– Я не знаю. Просто не верю больше твоим словам. Если бы я могла хотя бы тебя видеть рядом... Мне очень плохо. Я чувствую, что что-то не так. И когда я об этом думаю, мне становится жутко. Ты не звонишь, делаешь вид, что веришь, когда говорю, что у меня все чудесно, хотя это не так. Ты до сих пор не ответил на письмо. Все это мелочи, но мне так не кажется.
– Солнышко. Это все беременность и твое воображение. Просто я здесь, действительно, сильно занят на работе, а потом с детьми. Я же не могу звонить тебе при Максе. А потом уже очень поздно. Анжелику я, кстати, почти не вижу. Она оставляет мне детей и уходит до позднего вечера. У нее бурный роман с кем-то.
Черт. Теперь нужно предупреждать ее о романе. Вдруг Юлька заинтересуется. А если она позвонит Максу?! Влип я, однако. Чем больше лжи, тем больше лжи. И можно даже удачно перефразировать название одного моего любимого произведения: "Над пропастью во лжи".
– Правда?
В голосе слышна надежда.
– Правда, солнышко.
Еще недавно так и было. А теперь у нее бурный роман со мной...
– Ну, ладно. И у нас все хорошо?
– Конечно!
– Извини меня, пожалуйста, тогда. Мне очень неудобно, что я в тебе стала сомневаться и даже Юле с Дэном рассказала о своих домыслах. Я такая дура. Просто я очень сильно тебя люблю, я не могу тебя терять.
Горе заполняет душу. Не могу слышать эти извинения! Закрываю глаза. Что бы я отдал за то, чтобы вернуться назад? Наверное, почти все.
– Не стоит извиняться. Все нормально, я понимаю. И ты меня прости! Вот я вернусь, и ты увидишь, что у нас все по-прежнему. Я тоже не могу тебя терять. Никогда!
– Хорошо. Ладно, я пойду тогда дальше фильм смотреть.
– Давай!
А мне куда пойти? Куда мне теперь пойти от себя?! Нужно что-то придумать. Чтобы перестать себя казнить. Мне бы Ромин цинизм. Мне бы безразличие многих. Мне бы другой взгляд на вещи. Но тогда это был бы уже не я. Тогда бы я не был ее достоин, ведь и она не такая, как многие. Она в свое время мне не позволила изменять жене. Не хочу становиться хуже, чем уже есть. Но не могу и смириться с таким положением дел. ...В конце концов, какая разница, с кем я сплю, если я люблю Сашу? Да... звучит ужасно. Это какой-то тупик.
Выхожу из машины. Увидеть другую и забыть обо всем. Очередная доза запретного кайфа. Как наркотик - притупляет разум и боль, заменяя осознание безответственности временной эйфорией. Открываю дверь. Играют в прятки по всей квартире. На ней - короткое серое платье с капюшоном. Проходит мимо в поисках детей, подмигивает, улыбается. Справляется со своей ролью на пять баллов. Оставляю Сашу с ее проблемами за порогом. Кажется, я делаю успехи. Успехи на пути вниз. Хорошо, хоть я пока это еще понимаю. Значит, еще не все потеряно. Переодеваю костюм на джинсы со свитером. Данька ползает по манежу, занят игрушками. Беру его на руки, выхожу в кухню. Теперь Ника водит. Стоит у окна с закрытыми глазами, заткнув уши. Считает до пятидесяти. Макс убегает в нашу комнату.