Чтение онлайн

Лика трогает меня за руку.

– Пошли прятаться!

Идем в комнату детей. Так, куда тут можно деться? За штору? Увидит. Под кровать - с сыном на руках неудобно, а поодиночке - неинтересно. Лика открывает шкаф, зовет за собой, делает знак "выключи свет". Выключаю. Залезаем за пальто, закрываем дверцу. Данька смеется. Затем, будто понимая всю серьезность ситуации, замолкает. Обнимаю ее за талию. Целую в губы. Проходит минут пять. Слышим скрип комнатной двери. Отодвигаемся на почтительное расстояние, насколько позволяет место. Свет ударяет по глазам.

– Ага! Вот вы где! Вылезайте! Макс водит.

Дальше кладем Даньку в манеж. И он даже не против, возвращается к разламыванию машинки. Выключаем свет. Прячемся под кроватью в нашей комнате. Хорошо, там ковровое покрытие. Вообще идеальное место. Возвращаемся к тому, что делали в шкафу. К разламыванию моей жизни. Но такому волнующему! К сожалению, дверь быстро открывается, зажигают свет. Приходится принять вид людей приличных. Ходит по комнате. Наконец, заглядывает под кровать.

– Попались!
– Макс.

Да пока еще, к счастью, не попались...

– Мама водит! Я тебя первой заметил.

Вылезаем. Лика уходит в кухню считать. Успеваю в последний момент встать между входными дверями. Идет искать. Первым находит меня. Опять оказываемся вдвоем в темноте...

– Ну, когда же они уже заснут?!
– я, шепотом.

– Еще не скоро. Всего девять вечера.

– Ужас!

– Да и не говори! Ладно, пойдем, а то заподозрят неладное.

Вместе отыскиваем детей.

Моя очередь считать. Интересно, куда теперь она спрячется?

– Один, два, три, четыре...

Берет меня за руку, отводит вглубь кухни. Обнимаю ее... Продолжаю считать. Спокойным голосом. Пятьдесят наступает слишком быстро. Открываю дверь в ванную. "Нахожу" там Анжелику. Затем обнаруживаем детей под нашей кроватью. Конечно, вместе прятаться веселее.

– Все, а теперь давайте ужинать, а на десерт у нас торт, пирожные и фруктовый салат!
– Лика.

– Ура!
– остальные хором.

Ужинать, а потом спать, - хочется мне добавить. Но потом они идут делать уроки, что тоже, конечно, неплохо.

Мы же играем в комнате с малышом. Дверь закрыта. Не слышны шаги в коридоре. Целуемся, как воры. Нервы напряжены, и все ждешь, что кто-то залетит сюда с каким-нибудь русским или математикой. Затем Данька засыпает. Кладу его в кроватку. Отходим в дальний угол комнаты, к окну. Обнимаю ее.

– Я сказал Саше, что у тебя с кем-то бурный роман. И ты с ним, пока я сижу с детьми по вечерам. Так что, если Юлька будет интересоваться, подтверди.

– Хороший ход, ты делаешь успехи.

– Определенно.

– А если я скажу что-нибудь другое?

– Я тебя убью.

Улыбается. Звонит Юля. Лика крестится в шутку. Слышу весь разговор.

– Привет, дорогая!

– Привет, мам! Мне тут сорока на хвосте принесла, что у тебя кто-то появился! Я очень рада! А кто он?

– Один знакомый, с работы.

– И давно вы вместе?

– Несколько месяцев.

– Отлично! А как вообще у тебя дела?

– Все хорошо. А вы как там?

– У нас тоже все в порядке.

– Чудесно. Дэну привет передавай.

– Хорошо!

– Ну, все, пока, целую.

– Пока-пока, целую.

У всех все в порядке! Потрясающий способ создавать видимость беззаботной жизни. Юля у меня уже гораздо больше ассоциируется с Сашей, чем с Анжеликой. Они подруги. А я не хочу, чтобы Саша сейчас врывалась без разрешения в мою жизнь! С некоторых пор это слишком больно. Целую Анжелику. И образ жены удаляется и рассыпается мелкими блестящими осколками. В конце концов, Лика мне тоже жена, не чужой человек. И она была раньше. И гораздо дольше. И у нас трое детей. А Саша могла бы и не влюбляться в женатого мужчину.

– Нифига себе!
– на пороге стоит Макс и не знает, радоваться ему, удивляться, или огорчаться.

– А стучаться тебя не учили?
– Лика, гневно сверкая глазами.

– Учили. Но я не думал, что... извините, - уходит.

Она бежит за ним. Берет за руку, тащит обратно в комнату, закрывает дверь. Садится рядом на диван.

– Слушай, солнышко, пожалуйста, не говори никому-никому, что ты видел!

– А что будет, если скажу? И почему я должен молчать? Не, я не против, мне просто интересно узнать подробности этого темного дела. И почему, если это что-то, о чем следует молчать, вы все равно это делаете? Но больше всего я не понимаю, почему тогда папа все равно не может к нам вернуться!

– Будет очень плохо. Делаем, потому что дураки. А вернуться не может, потому что у него там другая семья. И он не может их бросить! У него скоро родится еще дочь.

– А почему он нас смог бросить, а их не может?

Замечательный разговор!

– Макс, я тебе все объясню, когда ты станешь старше. Давай договоримся, когда тебе исполнится шестнадцать, мы поговорим с тобой обо всем. Но это, если ты не проболтаешься никому, о том, что ты видел. Никому - значит никому. Ты понял?

– Понял.

– Хорошо. А что ты хотел?

– Да я... уже забыл. Ладно, я пойду. Можете не беспокоиться, я умею держать слово.

– Молодец!

Не то, что твой папаша, как выяснилось.

Уходит.

– Ну, что, доигрались?
– Анжелика, нервно смеясь.

Закрываю дверь на ключ. Выключаю свет.

– Зато теперь больше нас не будут беспокоить. На чем мы остановились?

...Просыпаемся от стука.

– Мам, мы сегодня в школу не едем?
– в голосе Макса из-за двери слышна надежда.
– Даша уже пришла...

Лика вскакивает, набрасывает халат. Я тоже одеваюсь.

– Едем, не надейся. Вы завтракали?
– Лика.

– Мы только встали.

– Ясно.

Удаляющиеся шаги по коридору.

– Ужас! Уже восемь!
– смотрит на меня, улыбается.
– Это все из-за тебя! Я забыла обо всем!

– Аналогично!

В спешке носимся туда-сюда, много смеемся, пропускаю ее первую в душ, Даша смотрит на нас понимающе. Ну, ладно, она не в счет. Кормит детей завтраком, в том числе мелкого. Хорошо, что она пришла. В десятом часу удается выбежать из квартиры. Макс с Никой довольные. У него на первом уроке контрольная по английскому, и участь сия благополучно его минует, но самое примечательное, что Макс тут как бы и ни при чем, а моя записка для грозного преподавателя отведет праведный гнев. Ее еще сочинять. Вспоминаю, как в старшем классе писал объяснительную у директора, почему разрисовали баллончиками стены в женском туалете. Эх, красиво получилось. Но великого искусства не оценили. Тормозим у школы. Пишу: "Уважаемый Александр Николаевич! Максим Ковальски не пришел сегодня на Ваш урок по причине удивительной забывчивости его родителей в вопросах постановки будильника. Это больше не повторится. С уважением, Рустам Ковальски. (Отец)". Дата, подпись. Сын с хитрым выражением на лице уходит, аккуратно сложив листок.