Побеги божественного пламени
Шрифт:
— Нет. Не краска.
16 Восточная Верность
Звонко лязгнула дверная щеколда.
Руслана с головой скрылась под одеялом, свернувшись калачиком.
— Ваше Высочество, — первой зашла Камалия, — Вы позволите?
Она поманила пальцем послушника. Мальчик зашёл с тяжёлым ведром, из которого поднимались клубы пара.
— Только быстро, — разрешил Ал.
Камалия низко поклонилась.
Жрецы. Знают же правила приличия, но намеренно игнорируют.
Вереница юных послушников потянулась из коридора за деревянную перегородку в углу комнаты. Послышался плеск переливающейся воды.
— Владыка будет ждать в трапезной через пол часа, — объявила служительница и вышла вслед за послушниками.
Они снова одни.
Девушка выглянула из-под укрытия. Ал задумчиво смотрел в сторону. Его ночь началась с того момента, как Руслана закинула дрова в камин. Она вела себя ровно так, как ему бы хотелось, но при этом была собой. Ни на секунду у него не закралось сомнение в искренности происходящего.
«Когда я думала, что тебя больше нет, я будто сама умерла, не хочу, чтобы завтра наступало, пусть будет только сейчас…» — одна из её фальшивых фраз. Он поднял с пола рубашку и повязал на бeдра.
«… а сейчас я хочу быть твоей».
Прогулявшись к деревянной ширме, он обнаружил там громоздкую каменную ванную, чудом пережившую столетия. Скорее всего, её приволокли из другого здания.
Вода в меру горячая.
Судя по мокрому снегу за окном, в храме также холодно. Просто… он теперь этого не чувствует.
Пытаясь дотянуться до валяющийся на полу рясы и при этом не раскрыться, Руслана чуть не упала с кровати. Ал подбежал вовремя и подхватил её, подняв на руки.
Одеяло соскользнуло, зацепившись за торчащий сучок на царге.
— Не нужно, — она, как могла, прикрылась руками.
— Не переживай, я уже всё видел, — лучше бы он подшучивал. От ледяного голоса бросало в дрожь.
Не спуская девушку с рук, Алоис пронeс её за ширму и опустил в воду. Сам сел на пол, оперев руки на широкий край ванной.
Руслана обняла колени, спросив:
— Всё ведь нормально?
— Это я должен спрашивать, — наконец-то, подобие улыбки.
— Значит… Забудем?
Он усмехнулся в голос.
— И не мечтай, — притянув девушку, он оставил мягкий поцелуй на щеке, — ты моя.
Руслана пока даже не представляла, насколько буквальными были его слова.
Воспользовавшись тем, что Алоис ушёл за одеждой, девушка попыталась как можно быстрее смыть с тела все следы бурной ночи. Мочалка нашлась на приставленном табурете, тут же и кусок мыла.
Из-за спешки получилось громко и мокро. Руслана залила пол в радиусе метра.
Он ждал за ширмой, пока нервные всплески не закончились. Может, не стоит ей пока рассказывать о сути ворожбы. Пусть переварит сначала то, что было ночью.
— Спасибо, что оставила мне немного, — он прошёлся по луже и расположился на прошлом месте.
Девушка выглядела уже спокойнее.
— Пришёл бы ещё позже, не оставила бы.
— Успела соскучиться?
— Очень, — она накрыла его руки мокрыми ладонями и приблизилась почти вплотную. В конце концов, это была чистая правда.
— Да, это заметно.
— Эй! — как же он заразительно улыбался. — Куда ты всё время смотришь?
— Ты красивая, — уставился, как кот на сметану.
Ладно бы он задержался взглядом ниже ключиц, но опять лоб… Она же только что умылась с мылом.
Руслана попыталась вглядеться в колышущееся отражение. Почти ничего не разобрать, но, кажется, по центру лба какое-то пятнышко.
— Стой, это не смоется, — он задержал её руку, вооружённую жёсткой мочалкой.
— Почему?
— Это метка.
Красная точка размером со среднюю горошину проявилась вместе с утренним солнцем. Алоис с первого взгляда понял, что это значит.
— Прямо здесь? И как это убрать?
— Никак, это на всю жизнь.
Руслана с подозрением прищурилась.
— Что они сделали со мной? Это приворот?
Ал раздумывал, как бы сказать помягче.
— Слышала о гаремах в восточных землях?
— Только то, что они есть.
— Раньше этот ритуал проводился повсеместно, но сейчас редко выходит за пределы дворцовых стен. Знаешь же, что после смерти правителя, его жeн хоронят вместе с ним? — Дождавшись кивка, он продолжил. — Восточная Верность.
— Чего?
— Так ворожба называлась в моём переводе.
Трактаты о чарах Древнего Востока Алоису попались этой весной. В то время он активно искал причины своего недуга, вызванного, как он потом узнал, русалочьим приворотом. Обычно книги о ворожбе сразу откидывались, но данный сборник заинтересовал. Тогда он подумал, что тамошние правители не дураки, и было бы неплохо внедрить подобную практику в Риинском царстве.
— В смысле… Теперь я могу выйти только за тебя?
— Близость с другим тебя отравит.
На испуг в карих глазах он ответил:
— Ты же как-то избегала мужчин двадцать лет, делай всё тоже самое.
Подобные чары имели множество граней и действовали непосредственно на женскую суть. Стать наложницей правителя — великая честь, плата за которую также велика. И верностью в классическом понимании дело не ограничивалось.
Обречённость во взгляде девушки ему не понравилась.
— А что ты, собственно, так расстроилась? Были планы на того аиста?
Руслана не ожидала подобного упрёка.
— Мы просто друзья.
— Лучше заведи подруг.
Брови девушки от возмущения чуть не столкнулись.
— Можно, я сама разберусь?
— Нельзя, — а его явно забавляла собственная наглость.
Она надула губы и попыталась отодвинуться, но в узкой ванной сделать это оказалось не просто.
— Не надо мной командовать! То, что произошло ночью, ничего между нами не меняет. Считай, это было только у тебя. Я всё равно всё забыла.
— Не переживай, тебе ещё будет, что вспомнить, — он приобнял её через край и, наклонившись, коснулся губами красной метки.