Чтение онлайн

– Не хочу слушать рассказы, которые усыпят меня прямо сейчас, – отвечает он, показательно зевая. – Отвезешь в прачечную, – добавляет он, бросая взгляд на ступеньки.

Я делаю шаг в сторону, обращая внимание на пакет, который стоит на том месте, а потом снова смотрю на Тео, пытаясь сконцентрироваться на чем-то другом, но взгляд то и дело цепляется за отметину, оставленную мной:

– А ты не мог сразу сказать?

– Ты ушла, я не успел, – отвечает он, пожимая плечами. – Спокойной ночи, Скарлетт Скай, – подмигнув мне, он направляется к своей машине и уезжает.

Испытывая зарождающуюся в глубине души симфонию злости, я подхожу к пакету и заглядываю внутрь.

Поражение. Шок. Ступор.

Рука тянется за содержимым, выуживая не брючный костюм, а еду. Еду в контейнере, на котором прикреплен стикер: «Здесь из мясного только слово «мясо», которое я сам написал. Это тебе за мой нос. Ешь еду, а не людей, Скарлетт Скай».

Тео помнит, что я не ем мясо. Но уже ем…

И почему у меня нарастают какие-то непонятные проценты радости от этого поступка?

Бросаю контейнер обратно и вхожу в дом, решив наконец-то улечься в кровать и настроиться на встречу со своими любимыми демонами, которые, вероятно, соскучились по мне с прошлой ночи, ведь давно не кричали в моей голове фразу: «Это ты во всем виновата, Скай».

Этому идиоту нужно было передать пакет с одеждой в прачечную, которая находится на другом конце города, потому что… с его слов: «так хорошо чистят одежду только в одном месте».

Удивлена ли я? Больше нет. И я с уверенностью заявляю, что его умственная активность скоро начнет давать сбои и он будет продвигать наши деловые отношения по пути декоративных ритуалов и абсурдной логистики. Проще говоря: каждое новое задание от Теодора будет тупее предыдущего.

Закончив с этим идиотским поручением, я приезжаю на работу и… Господь, ты услышал мою утреннюю молитву?

Теодор Каттанео, как мне сообщили на входе, сегодня чертовски занят и просил передать мне чрезвычайно важную информацию: сидеть в кабинете и нихрена не делать.

Что ж, он думал, что я расстроюсь? Ха-ха, посижу, посплю, возможно, проведу время с большей пользой, чем работа ассистента-курьера.

Как выяснилось из разговора с девушкой, с которой он в прошлый раз целовался при мне (кажется, ее зовут Лекса), Тео – потрясающий специалист, гениальный начальник и невероятно талантливый человек. Она перечисляла еще крышесносные качества моего бывшего, но, увы, после третьего я перестала слушать.

Я не сомневаюсь в том, что он отличный руководитель, ведь тот человек, которым он был восемь лет назад, славился своими талантами не только в правовой сфере, но и в музыкальной, которой в итоге предпочел заниматься.

Его ум и смекалка очень хорошо развиты, если не брать во внимание что-либо относящееся ко мне, и он прекрасно осведомлен о том, в какое время и какие направления будут популярными.

Почему он решил создать свое место, где он собирает людей, желающих проявить себя в сфере музыки, – я не знаю. И вряд ли мне когда-то удастся выяснить это, потому что я – не тот человек, которого посвящают в личные подробности. И меня это не задевает.

Чтобы сэкономить время, за три часа до конца рабочего дня я пролистываю сайты цветочных магазинов, находясь в поиске идеального букета. Я была настроена на то, что этот день будет тяжелым, но… проведя большую часть времени наедине со своими тараканами, я поняла, что он выдастся по-особенному ужасным.

С самого утра я готовила себя ко встрече, которая случается лишь один раз в год только потому, что более частых посещений я не выношу. Слишком болезненно находиться рядом с тем, кто больше никогда не обратиться к тебе по сокращенному имени, не обнимет и не скажет, что любит. И в этом только моя вина.

Найдя идеальный букет, я оформляю доставку прямо к своему кабинету и жду заявленные полчаса. Полчаса, которые пролетают слишком быстро.

Курьер привозит цветы, и я ставлю их в самый дальний угол, чтобы моя аллергия не проявилась раньше времени и мое лицо не стало похожим на лицо человека, пропустившего несколько сеансов диализа – слишком отекшим и жутко выглядящим.

Мой взгляд падает на циферблат – десять минут до конца рабочего дня. И когда я собираюсь встать и уйти, дверь без стука распахивается. Перед моими глазами предстает слишком красивый, но не менее уставший Тео. Его взгляд быстро смещается с моего лица на цветы, заостряя на них внимание и вынуждая его бровь вопросительно изогнуться.

Я мечтаю, чтобы эта встреча прошла спокойно, но, к сожалению, мои желания и мечты летят в плетенную корзину, обшитую буквами «п.р.о.в.а.л».

– Отойдешь? – спокойно прошу я, подняв на него уверенный взгляд.

— Цветы? – удивленно спрашивает Тео, решив проигнорировать мою просьбу. – У тебя же аллергия на цветы, Скарлетт Скай. Или это очередная ложь?

– Частично, – отвечаю я, стараясь дышать исключительно ртом, чтобы не надышаться своими аллергенами. Но рядом с Тео все идет наперекосяк – я начинаю часто моргать, чувствуя пощипывания в глазах. – У меня аллергия на цветы от тебя.

– По твоему лицу так и не скажешь, что только на те, которые от меня.

Он подходит ко мне ближе, поднимает пальцы к моей щеке, и я отдергиваюсь, чтобы избавить себя от нужных мне прикосновений.

– От кого цветы, Скарлетт? – настоятельно интересуется он, прыгая взглядом с моего левого глаза на правый.

– Тебя это не должно волновать, – хмыкаю, позволяю себе ленивую, язвительную улыбку и задерживаю взгляд на его шее, где расплываются едва заметные, но неприлично красноречивые следы. – Я же не спрашиваю, откуда у тебя засосы на шее. Вот и ты не лезь в мою жизнь.

Уголки его губ дергаются, усмешка скользит тенью. Он отводит глаза, коротко облизывает губы – и в следующую секунду вырывает букет из моих рук. Крафтовая бумага трещит, стебли жалобно хрустят.

Я только раскрываю рот, готовясь взорваться, – поворачиваюсь и застываю: он стремительно подходит к мусорному ведру, к тому, куда в мой первый рабочий день выбросил трусы той девушки, и швыряет туда цветы.

Цветы для Жасмин. Ее любимые гортензии. Какой же придурок…

В грудь ударяет горячая волна. Как-то больно и одновременно злостно наблюдать то, как человек, который был готов для тебя лично собирать букет из орехов в прошлом, сейчас безжалостно обращается с цветами.