Чтение онлайн

– Ска-а-ай, я с таким парнем вчера познакомилась! – радостно воскликнула Минт, упав на диван рядом со мной.

– Минт, мне это неинтересно, веришь? – произнесла я, когда читала сообщение от мамы Айзека.

– Ты серьезно? – удивилась она, толкнув меня в плечо. – Он такой… такой горячий, а то, что он делал с моим телом… крышу сносило от каждого прикосновения. А его поцелуи, м-м-м.

– Меня. Это. Не. Интересует.

– Жаль, – с грустью вздохнула она, подняв телефон к своему лицу. – Ну тогда хоть посмотри на него. – Она выставила перед моими глазами фотографию, и я потеряла сознание. Вместе с самообладанием.

Снова он.

Снова… с другой.

И на этот раз это была моя соседка по квартире.

– Ты чего? – спросила брюнетка, наклонившись и посмотрев на меня снизу вверх, а потом сама взглянула на экран. – Не нравится? Я думала, ты оценишь…

– Красивый, да…

Необъятное чувство непонимания разъедает меня сейчас. Мне становится дико интересно: знал ли он с кем спит? Знал ли, что это моя соседка? Специально ли или это вселенская случайность, подбрасывающая мне очередной ледяной сюрприз? Одна мысль разрезает другую, и у каждой острый, едкий вкус.

К счастью, внешняя сторона категорически игнорирует взбушевавшуюся внутреннюю. Она выдает громкий, наверное, неуместный смех, который мне тут же приходится прятать за кашлем.

– Простите, мне надо выпить воды, – говорю я, легко постукивая себя по грудной клетке. – В горле пересохло.

Я прохожу мимо Тео и направляюсь на кухню, решая оставить их наедине. Им есть, что обсудить. А вот мне…

Меня не должна волновать ни деловая, ни личная жизнь Теодора Каттанео. Если он принял решение все-таки пополнить медицинскую карту венерическими заболеваниями, трахаясь со всеми подряд, желаю удачи. Мне плева-а-ать!

Беру с полки стеклянную бутылку воды и, открыв зубами металлическую крышку, наливаю в стакан. Делаю глоток. Еще один. Еще. Достаточно.

Холод воды скользит по горлу, но не заглушает мыслей: глаза снова и снова возвращаются к ведущим этой сцены, которые имели друг друга некоторое время назад…

Ничего нового…

Но если он ее сейчас поцелует… я…

Черт!

Стакан выскальзывает из моей руки, и я не успеваю среагировать. Он падает, ударяясь о плитку, и тонкий звон разрывает комнату – стекло разлетается по полу, не позволяя мне досмотреть до конца это представление.

Криворукая.

Я опускаюсь на колени, рука автоматически сгребает осколки, которые впиваются в кожу, прикусывая ее. Собираю частички разбитого стакана до тех пор, пока передо мной не появляется его обувь.

Поднимаю голову, выгибаю бровь и смотрю на него с легким вопросом в глазах. Он приседает напротив меня на корточки, и в его лице играет чуть откровенная, чуть издевательская улыбка.

– Что же ты не сказала, что живешь не одна? – спрашивает он с притворным удивлением. – Я бы приоделся.

– Я тебя не приглашала, – отвечаю ровно. – И вы, насколько мне известно, уже очень близко знакомы. Может, пригласишь ее на мероприятие, красоваться перед каким-то ублюдком? И подаришь это чертово платье ей? Размер одежды у нас немного отличается, но я думаю, что в этом нет ничего страшного.

Он остается серьезным, но в глазах пляшут бешеные огоньки, и это делает все еще хуже – в них живет игра.

– Хорошая идея, Скарлетт, – говорит он, собираясь подняться.

– Постой… – требую я, вынуждая его снова присесть напротив. – Не забудь выписать мне предупреждение за нарушение твоих правил.

– Ты начинаешь меня радовать своей мозговой активностью, – произносит он с улыбкой.

– А ты мне мешаешь, – отрезаю я, кивая на осколки. Он отходит, но делает это намеренно лениво, кажется, что каждая попытка сделать мне как можно хуже только сильнее заряжает его.

Он подходит к Минт и, слегка наклонившись, спрашивает в своей фирменной манере:

– Детка, ты не хочешь сходить на свидание?

Мне достаточно. Не хочу больше слушать их диалог. Я убираю созданную собственноручно проблему и решительно направляюсь в свою комнату.

Закрываю за собой дверь, стягиваю толстовку и смотрю на плечо. Там, где расположена фистула и натянута тугая повязка, слегка болит. Надеюсь, все в порядке.

– Скарлетт… – раздается мужской голос, и дверь резко распахивается.

– Выйди из моей комнаты! – выкрикиваю я, понимая, что сейчас его рот воспроизведет слишком много вопросов, на которые мне нужно слишком быстро придумать ответы.

Стою к нему спиной, взглядом ищу свою одежду. Вспоминаю – толстовка валяется на стуле у двери. Чтобы забрать ее, мне нужно повернуться и предстать во всей красе перед Тео, который игнорирует мое требование и подходит ближе – чувствую кожей его тесное присутствие.

Оборачиваюсь, держа ладонь на повязке, и замечаю то, как нагло он смотрит на оголенные участки моего тела, переводит взгляд чуть ниже топа, на область живота, а потом и на руку.

– Что с рукой? – придав своему голосу интонацию обеспокоенности, спрашивает он. Но я готова поклясться, что ему все равно.

– Порезалась, – спокойно отвечаю, хотя внутри становится не по себе. – Стучать нужно, прежде чем вламываешься в чужую комнату. А еще лучше – просто свалить отсюда.

Он лишь едко усмехается на мои слова, возвращается к двери, но не уходит, а лишь закрывает ее и идет обратно ко мне.

Стою. Не двигаюсь. Даже не планирую отступать.

Его пальцы обхватывают мою ладонь, убирая ее от повязки, а глаза внимательно рассматривают полученную «травму». Он переводит на меня нахмуренный взгляд, в котором больше нет намека на игривость – ложь, это все маска.

– Ты вроде бы пальцами осколки собирала, разве нет? – уточняет он. – Или ты за две минуты моего отсутствия успела себя изрезать из-за душевного отчаяния?

Я вздрагиваю от этой фразы так, будто чья-то костлявая ладонь сдавливает мое горло.