Чтение онлайн

– Вот как… – Один шаг назад. Грусть играет улыбкой на губах, в ее взгляде пробегает мираж неразгаданных чувств. – Я поняла. Спасибо, что не стал тянуть с этим решением, – тихо, почти без пафоса.

– Пожалуйста, – отвечаю ровно, контролируя дрожь в голосе. – И да, Скарлетт Скай, постарайся на этот раз исчезнуть так, чтобы я действительно увидел представителя другой галактики, нежели тебя.

Она почти незаметно кивает и идет к двери. Ни вопросов о заработанных деньгах, о расчете за отработанный период, ни попыток забрать оставленные вещи, ни возмущений – ни-че-го. Как будто все, что было, распалось на тихие, аккуратные осколки, которые не шуршат и не режут, потому что падают в теплую воду, именуемую словом «прощание».

Я смотрю на ее спину и убеждаюсь: я поступаю правильно. Я должен был отпустить. Нельзя заставлять человека делать что-то, если он этого не хочет. Тем более она ничего мне не должна. А вот я…

Рука тянется к телефону. Переворачиваю его и снимаю блокировку с экрана, который светится незавершенной транзакцией. Палец нажимает на кнопку подтверждения, и ее мобильный выдает звук входящего сообщения.

Она останавливается у двери, ныряет в сумку и достает телефон. Не оборачивается и говорит ровно, без эмоций:

– Спасибо, Тео.

И уходит.

Спасибо, Тео…

А затем – тишина.

Больше ничего.

Она отдельно. Я – сам по себе.

Уже знакомые мне горизонты с ощущением временной тяжести, которая исчезнет, если я начну с новой страницы.

А начну я… завтра. Или через неделю.

Не знаю…

СКАРЛЕТТ СКАЙ

Я чувствую…

…то же, что и восемь лет назад.

Жасмин однажды сказала: «Если ты не решишь одну проблему, она притянет к себе десятки других».

Так и есть…

Из проблемы под названием «здоровье», я получила проблему «нехватка денег». Из проблемы «нехватка денег» я получила проблему «встреча с Тео».

Из-за последней все пошло наперекосяк.

Случайность? Не верю.

Все происходит так, словно где-то наверху или, наоборот, внутри меня сидит сущность, которая тщательно прорабатывает каждый шаг, каждое решение, каждую секунду моей жизни. Прописывает ходы, но чаще всего допускает несуразные оплошности, от которых я готова бесконечно долго лежать на спине под дождем и думать о том, что я ничтожество.

Дорогой создатель, если ты вдруг меня слышишь или читаешь мои мысли, пожалуйста, хватит отравлять мою жизнь драмой. Мне кажется, с меня уже достаточно. Ты так не думаешь?

Полмиллиона долларов.

Пятьсот тысяч.

Пять сотен.

Деньги на возрождение нормальной жизни.

Тео перевел мне больше, чем изначально было указано в соглашении. Но то, как они мне достались… Можно сказать, что утверждение, которого я придерживалась на протяжении всего этого времени, – что ни на есть верное.

И мое простое «спасибо, Тео» – яркое подтверждение тому…

Я не смогла обернуться к нему и заорать во все горло, чтобы он забрал их и не смел так обо мне думать. Ведь они нужны мне.

Я не смогла сказать ему, что этого слишком много. Не хотела, чтобы он видел мое лицо, которое уже в ту секунду было искажено гримасой боли и отвращения к самой себе.

Я не смогла повернуться и, глядя в глаза, сказать ему простое «спасибо».

Я не смогла, потому что… это я.

Я такая.

Лживая, черствая, бесчувственная. Слабая. Ненормальная.

Вчера мое состояние и эмоции были на самом дне после встречи с двумя людьми. Первый человек – женщина, которая решила, что имеет право называть себя моей матерью. Не имеет.

Второй человек – Тео. Я глупо полагала, что буду терпеть и молчать до последнего рабочего дня, но я не ожидала, что все сложится вот так – он устанет от меня, ему станет скучно.

Я знаю, что это не так. Точнее, я чувствую, что это не так.

Но, если он так сказал, пусть все так и будет.

Я постараюсь жить дальше без мыслей о нем… если получится.

Идиотка… глупая пустышка.

Как только я вышла из его кабинета, слезы сами покатились по лицу. Я прикусила ладонь и позволила эмоциям вырваться наружу, но облегчения не пришло.

Мне не стало легче от мысли, что я получила то, что хотела.

Мне не стало легче, потому что я больше не увижу его.

Мне не стало легче… потому что на этот раз выбирал он.

И его выбор – его жизнь.

И я выберу свою. Позже.

Сейчас я могу лишь чувствовать эту боль – такую, будто под кожу вживили дефибриллятор, и каждый вдох пробивает ток, который пытается заставить меня жить, но при этом убивает.

Я плакала, выходя из здания.

Плакала, бросив последний взгляд назад.

Плакала по пути домой.

Плакала, когда открыла дверь.

Плакала… беззвучно кричала… ненавидела себя. Сильнее, чем в ту ночь, когда предала его. Сильнее, чем тогда, когда пришла в себя. Все сильнее и сильнее.

И даже если я смогу полноценно жить, я не смогу больше быть счастливой. Я не знаю, как пробить эту серую пленку реальности и вернуть яркие цвета.

Желудок сводит тугой петлей, тошнота подступает к горлу, и я вскакиваю и бегу к унитазу. Падаю на колени и меня выворачивает. Стресс, страх, отрицание – внутренние органы не выдерживают боли и выталкивают наружу остатки непереваренной еды.

Я не могу встать. Опускаюсь боком на кафель и поджимаю колени к груди. Смотрю в одну точку, под туалетный шкафчик – сплетенные ниточки паутины, на которых лапками играет паук. Не играет… затягивает в кокон муху, которая уже не сможет выбраться, потому что ее судьба решена: удушье, без шанса на спасение.

Она задохнется, как и я, от мысли о том, что все кончено.

Хотя, постойте, чему кончаться, если ничего не было начато?