Чтение онлайн

На тарелках нашелся плотный сыр, весь в мелкую дырку. Странно, что с ним могло случиться? И пахнет не так, как тот, что готовят у нас. Может, давно лежит, оттого и затвердел? Впрочем, сыр оказался весьма вкусным. Молочная белая пена свисает из пришибленных кубков. Вкусно и сладко. На подносе лежат кусочки коричневых не то деревяшек, не то твердого масла. В руках они тают, лизнул, тоже вкусно.

– Ни одного знакомого блюда, но мне очень понравилось.

– Демоница оказалась прекрасной кухаркой. И все же, мне интересно, что произошло с сыром.

– В смысле?

– Он очень твердый и в дырках.

– А, у нас такой варят специально, чтобы хранился как можно дольше. Его продают за море. Ценится очень высоко. Отец раньше таким торговал.

– Ясно, я так и подумал, что он просто успел засохнуть.

– Его не сушат. На него кладут гири.

– Даже так? Любопытно, я и не знал.

Летти

Дворец выглядит будто ларец для сокровищ, дорогая безделица, а то и вовсе игрушка. Позолота, балконы, зелень диковинных растений, а одновременно с этим тепло и уют.

– Сейчас, как войдем, веди себя спокойней, мы еле нашли прислугу сюда. Кухарку Виктор и вовсе притащил из какого-то нашего уездного городка. Она кстати еще и бухгалтер или экономист, я точно не помню. Вдруг пригодится.

– Не люблю всех этих управляюще-считающих, пусть готовит и все. А почему были проблемы с персоналом? Я им мало плачу? Кто им, вообще, платит?

– Все расходы по содержанию морского дракона делят между собой Эмир и Властелин. Тебя вопрос золота касаться не будет. Идти работать во дворец просто боятся. Ты же дракон.

– Ты тоже.

– И это прекрасно!
– Милена широко улыбнулась.

– Соглашусь.

– Ты уже чуешь самые главные свои сокровища? Безликих?

– Я чувствую двух парней, которые мне очень дороги, хотя я их совсем не знаю. Я будто бы скучаю по ним. Им обоим сейчас очень страшно, и мой зверь пытается вырваться на свободу, поглотить этот отчаянный страх.

– Безликие, ты их чуешь. Хорошенькие оба! До ужаса. Я их уже видела. Наверное, твои ровесники, может, чуть старше.

– Это как у тебя? Мужья?

– Любимцы. Мужей у нас не бывает. Это другое. Они наполняют, насыщают зверя, утоляют великую жажду. Дракон - он холоден, мудр, суров и совсем не имеет эмоций кроме жадности. Чувства зверь получает от своих добровольных жертв. Моего зверя питают Виктор и Тревор, твоего питать будут Бэй и Дербеш. Чистые душой, помыслами, гордые, смелые. Только они не знают суть ритуала который будет вершиться каждую ночь.

– Я тебя правильно понимаю про ритуал? А как же любовь? И потом, их же двое!

– Если я сейчас заберу у тебя одного или перережу кому-то из них двоих горло, что будет?

Сердце замерло, из обеих человеческих ноздрей повалил пар. В голове не осталось мыслей, кроме одной - убить эту тварь! Мои ребята! Не трогать! Сожру живьём любого, кто только рискнет их обидеть.

– Ну! Да не нужны они мне!
– тряхануло Милена меня за плечи.

– Точно?
– кто-то внутри меня прищурил мой собственный глаз и выразительно оскалил клык.

– У меня свои есть! Ты видела. Не делай так больше, смотрится глупо.

– Прости, это не я. Это кто-то другой.

– Твой зверь. Он взял власть над человеческим телом, просто потому, что очень голоден и расстроен моим предложением. Сейчас ночь, время дракона. А эти парни созданы для вас.

– Я могу на них посмотреть?

– Это твой мир. Здесь ты можешь делать все, что считаешь возможным. Но я бы сегодня их не будоражила. Ты можешь не сдержать зверя, соблазн будет слишком велик. Поверь, я знаю, о чем говорю. Дождись следующей ночи. Тем более, что Бэй совсем недавно был ранен. Его отпаивали моей серебряной кровью.

– Ждать тяжело. Давай взглянем хоть только одним глазком!

– А мне можно?

– Р-р-р. Мои сокровища! Прости. Оно само получается.

– Обернись, и я покажу место в стене, там есть небольшая решетка - посмотришь на них. А пролезть не сможешь. Иначе, точно, доконаешь парней своим видом в обороте.

Мы приблизились ко дворцу, оттуда навстречу, словно джин из восточной сказки, вышел статный мужчина в чалме, шароварах, с закругленной саблей, притороченной к широкому поясу. Завидев нас, он дернулся и поклонился практически до земли. Отчетливо слышу его испуганные мысли. Страх, что пытается взять верх над разумом, и командует ему бежать, что есть сил. Несгибаемую волю, которая вынуждает мужчину остаться, а еще что-то похожее на хрупкий белый бутон. Какое-то очень нежное чувство к другой восхитительной женщине. И острое чувство, подобное чувствую моего зверя, к безликим. Желание защищать ту, что питает бутон от всех горестей этого мира.

– Двуликие, - шепчет он еле слышно.

– Твоя госпожа Летти, Ибрагим. Служи ей, и беда никогда сюда не проникнет.

– Так и будет.

– Ступай во дворец, ник чему смотреть на наш оборот сегодня.

– Как прикажете, двуликая госпожа, - мужчина спокойным шагом отправился к дворцовым воротам. Хотя, сам мечтал побежать и запереться изнутри на все имеющиеся засовы.

– Славный, правда?

– Влюбленный в кого-то.

– Это не мой родной мир, я тут значительно слабее читаю мысли и чувства.

Подними голову - видишь ту крохотную решетку? Она выходит в их спальни.

– А почему они безликие?

– Потому, что свои сокровища дракон бережет ото всех. Одежда шита согласно местных традиций. И пока твой зверь не привыкнет к ним, не насытится, пока ты сама их не приручишь, они будут вынуждены скрывать свои лица. Да и потом их лица никто не сможет запомнить кроме драконесс и других таких же, как они сами. Магия. Особая магия бережет нас от ревности и злобы. Сложно ревновать того, чье лицо и фигуру никто не может даже запомнить.

– Кроме тебя.

– Я чту твое право двуликой, но и ты чти мое.

– Договорились. Прости, ждать я никогда не умела. А тем более, сейчас не могу.

Оборот произошел моментально. Одежда разлетелась на сотню тряпиц, когти приятно утопают в мягком податливом камне. Откуда-то я теперь точно знаю, что магией потом смогу заживить эти раны моего собственного дворца. Это вам не сырая плесневелая гостиничка, памятник допотопной архитектуры, это мой прекрасный дворец из восточной сказки, стоящий на самом берегу глубокого безбрежного моря. Решетка скручена из стальных остролистых лилий. Как бы не растерзать такой лапу. Даже поддеть коготком отчего-то не хочется. Придётся заглядывать так.