Чтение онлайн

Странник: Дочь моя, в этом мире необходим только нос, ибо без него легко спутать дерьмо с повидлом.

Актриса: Знаете, я действительно начинаю верить вам, как святому…

Странник: Вера — великая вещь. Одна моя знакомая монашка так поверила в непорочное зачатие, что, проживая в полном одиночестве, каждую ночь предохранялась.

Актриса: Ах, святой отец! Мне приходилось играть принцессу, которую вызволяет рыцарь, рушащий царство дракона…

Странник: Очень любопытная сказка! Меня всегда интересовало, со сколькими головами у рыцаря родился первенец?

Актриса: Святой отец! Подскажите! Научите нас, как жить дальше! Я готова стать вашим апостолом, вашей прилежной ученицей…

Странник: Дочь моя, все прилежные ученицы — набитые дуры и ябеды. Все!

Актриса: Вы подарили мне луч света в темном царстве! Совесть! Всего только совесть — и нет царства Паука!

Странник: К совести неплохо прибавить еще ум и честь — персональные, а не единственные на всю эпоху.

Актриса: Да, мы великие грешники! Святой отец, я хочу покаяться…

Странник: Мой долг — удовлетворять желания паствы. На колени, дочь моя!.. Лучше на мои колени. Положи руку на сердце. Да не мою, свою… Хотя, можно и мою. Чувствуешь ли ты умиротворение?

Актриса: Да. Меня наполняет чувство свободы. Наверное, вы — очень сильный человек.

Странник: Сегодня малость уже подустал, но на святое дело еще сгожусь. Пойдем, дочь моя. А паутинку ты отвяжи…

Актриса: Можно не отвязывать, я сегодня выходная.

Странник: Нет уж! Знать, что тебя в самый интересный момент могут выдернуть…

(Странник уносит Актрису за кулисы. Входит Студент. Навстречу ему — Трактирщица.)

Трактирщица: Ну что, очухался?

Студент: А кто это был?

Трактирщица: Постоялец мой. Уж такой мудрец! Он-то не даст в обиду одинокую женщину.

Студент: Что вы, разве я когда-нибудь…

Трактирщица: То-то же! Ваши профессора против него — мелочь!

Студент: Интересно было бы с таким побеседовать. Он что, занят?

Трактирщица: Он? Сейчас гляну… (направляется вслед за Странником за кулисы и замирает, что-то там заметив) …Действительно. Занят.

Студент: С кем-то беседует? Или трудится?

Трактирщица: С кем-то… трудится.

Студент: А можно, я его подожду?

Трактирщица: Ну-ну… Подожди-подожди. (Трактирщица уходит. Появляется Актриса).

Студент: Он… свободен?

Актриса: О, да! Он совершенно свободен!

Студент: Простите, у вас паутинка отвязалась. Позвольте, я помогу…

Актриса: Да, все люди помогают друг другу вязать паутину, и лишь он один способен от нее избавить!

Студент: Это он вас так научил?

Актриса: Он подарил мне крылья! (Актриса убегает. Вваливается Странник).

Странник: О, сын мой! Ты пришел, чтобы я поздравил тебя с облегченьицем? Или еще разок поврачевать тебя методами нетрадиционной медицины?

Студент: Нет, я просто наслышан о вас и пришел поговорить.

Странник: А где дамочка, которая здесь была?

Студент: Упорхнула. Сказала, что вы подарили ей крылья.

Странник: Удивительно. Я всегда считал, что крылья растут в другом месте. Ну, слушаю тебя, сын мой.

Студент: Видите ли, я посвятил жизнь науке…

Странник: Похвально. Наука — сила! Не зря же любое правительство, прежде чем сделать очередную глупость, научно ее обосновывает.

Студент: Вы — приезжий, и я вижу, что вы не заштампованы ортодоксальной паучьей идеологией. А я — критически мыслящий человек…

Странник: Это же прекрасно! Ибо догматик скажет, что в наших стаканах что-то есть. Мы же, мысля критически, можем прийти к выводу, что через минуту там ничего не будет.

Студент: Ваш ход мысли нравится мне тем, что в конечном итоге ведет к удовлетворению насущных потребностей.

Странник: А чем занята твоя мысль, сын мой?

Студент: Я, как критически мыслящий человек, ищу ключ к совершенствованию нашей экономики. Чтобы крови сдавать меньше, а отдачу получать больше.

Странник: Достойно. Если над этой проблемой подумать еще лет двадцать, то можно прийти к ее предельному варианту — а что, если вообще обойтись без крови?

Студент: Очень ново. И оригинально. Вот что значит свежий взгляд! Но вы не учли специфику нашего общества. Как без крови будет жить Паук?

Странник: Потеря, достойная скорби всей мировой прогрессивной общественности.

Студент: Давайте разберемся. С одной стороны, жрет он куда больше, чем производит благ. Но он сожрал диктатора, который правил страной раньше.

Странник: А потом принялся за остальных?

Студент: Но ведь это потом. И по ошибке. Нужно же ему было набираться сил для борьбы с многочисленными врагами. Поймите, любое общество, ставящее во главе себя человека, автоматически порождает неравенство. Как бы его ни называли, это разновидность монархии. А у нас перед Пауком все равны. Поэтому именно у нас — общество равных возможностей. Самая полная демократия, самая подлинная.

Странник: Да уж, подлятинкой попахивает.

Студент: Что поделать! Естественная приспособляемость человека к окружающим условиям.

Странник: Во-во! Естественная привычка человека окружить себя окружающими условиями, а потом к ним приспосабливаться.

Студент: По-моему, это так тривиально.

Странник: Загадочно другое. Люди почему-то никак не могут приспособиться друг к другу, и из-за этого им приходится приспосабливаться к разным верблюдам, шакалам и паукам.

Студент: Вероятно, из-за того, что паук проще человека.

Странник: Уж кто может быть проще человека, вскармливающего своей кровью Паука!

Студент: Да, народ у нас простой, душевный. Не успеют за паутинку дернуть, а он уже и сам бежит — то кровь сдавать, то к очередному кардинальному улучшению жизни, а раньше — и на сожрание. Конечно, такой энтузиазм трогателен, но критически мыслящему человеку существовать в этих условиях очень нелегко.

Странник: Что уж там, занятие не из легких — в знак протеста портить себе кровь.

Студент: Не только себе, но и окружающим! Пусть он по вкусу догадается о необходимости реформ!