Чтение онлайн

Дьявол не преминул откликнуться и тут же явился, раздвинув плечом кладку стен. Галантно улыбнувшись королю, он счел нужным уточнить:

— Что вы имеете в виду под эликсиром жизни?

— Я имею в виду вещество, концентрирующее целую жизнь в одной капле. Вещество, вобравшее в себя и вечную молодость, и мудрость старости. Вещество, способное наполнить любого жаждой жизни и открывающее все ее радости.

Дьявол понимающе улыбнулся, кивнул и протянул склянку, в которой перекатывалась одна единственная капля. Жадно поднес ее к губам Филимер, но выпив, выразил недоумение:

— Разве это эликсир жизни? Я почему-то ничего не чувствую.

— Выйди из подземелья, — посоветовал, улыбнувшись, дьявол.

Король поднялся по лестнице, и едва открыл тяжелую дверь, как сырой воздух закружил ему голову. Струи теплого дождя хлестанули в лицо и заставили засмеяться от счастья. Окружающий лес обрушил море шумов и мокрых свежих запахов, а на опушке посреди этого великолепия и буйства природы, танцевала под дождем девушка в промокшем платье, не ведая, что за ней кто-то наблюдает.

— Что это за вещество? — восхищенно ахнул Филимер, грудь которого одновременно распирали восторг, радость жизни и такая жажда прекрасного, которая возможна разве что в цветущей юности.

— Ты выпил яд, — спокойно пояснил дьявол. — Поэтому вся оставшаяся жизнь сконцентрировалась у тебя в нескольких последних мгновениях. Поэтому и проснулась в тебе такая жажда жизни, и открылись все радости, которых ты раньше не замечал. Ведь по-настоящему у вас ценится только то, что вы теряете. Ну что, а теперь пойдем… — улыбнулся дьявол, раздвигая плечом кладку подземелья.

71. Осада

Герт наголову разбил войско Бурдеса. А тот с оставшимися солдатами засел в крепости и защищался, благо припасов было в избытке.

— Хорошо! — заявил Герт после очередного отбитого штурма. — Я потерял много воинов, и больше не потеряю ни одного. Подожду, пока ты сам сдашься.

И началась осада. Минуло лет пятьдесят, а она еще продолжалась. Там, где стояли отряды Герта, выросли деревни, зазеленели сады и пашни. Солдаты переженились, наплодили детей и внуков. По вечерам к Герту сходились старики-офицеры, выслушивали очередной приказ на продолжение осады и разбредались по своим селениям, где дымились очаги, раздавался детский смех, и парни за кустами подстерегали девушек. Иногда делегация осаждающих ходила к крепости и предлагала Бурдесу сдаться. Выслушивала отказ и возвращалась. Старикам, не пойми зачем живущим в крепости и никого не пускающим к себе, детишки показывали языки, женщины сплетничали об их нравах, а молодежь сочиняла страшные небылицы и насмешливые частушки.

Но осажденных, как и тех, кто начинал осаду, становилось все меньше. Они старились, дряхлели и умирали. Когда похоронили последнего из прежних соратников Герта, он с кладбища завернул к вражеским воротам и увидел, что там тоже остался один только Бурдес. Герт еще раз предложил ему капитулировать, обещая место в общинной богадельне, но старый солдат Бурдес лишь красноречиво посмотрел на свое выцветшее знамя, вьющееся на башне. И тогда испугался Герт, что может умереть раньше Бурдеса, так и не взяв крепости. Разослал по деревням сыновей и собрал все население — всех потомков своего почившего воинства. Глянул с крыльца — и возрадовался. Раз в десять их было больше, чем прежних солдат. Где уж противиться такой силе старику Бурдесу?

И рассказал им Герт, как и зачем обосновались здесь их предки. Объяснил, что все они, в сущности, воины, и не просто живут тут, а держат в осаде крепость. А старик, в этой крепости обитающий — не просто чудак, выживший из ума, а их давний исконный враг. Загомонили жители, обрадовались — так вот, чего не хватало им в жизни-то! Вот он кто, их обидчик и оскорбитель, корень всех зол! Вот она — возможность покрыть себя славой и войти в историю!

На бой все вместе собрались, даже дети — разве откажешь соплякам в таком развлечении? Оружие ржавое из чуланов повытаскивали, кому не хватило — нового наковали. А как вооружились, сразу и не узнать — сильные стали, подтянутые, блестящие! Одно слово — воины, а не крестьяне какие-нибудь. Все женщины на шеях виснут, а потом и сами распалились, дреколье похватали, Бурдеса проклятого по-своему, по-бабьи поносят и на расправу требуют. Взяли сыновья и внуки Герта под руки, и огромное войско на приступ двинулось.

А Бурдес в это время часовым на башне стоял — больше-то ведь некому. Увидел атаку начавшуюся и, кряхтя, еле-еле ногами перебирая, начал спускаться вниз. Осаждающие до стен дошли, лестницы приставили и полезли. Кричат, пихаются — всем интересно. С шуточками баб подсаживают, за ляжки пощипывая. Забрались на стены, Герта кое-как втащили и возопили в честь желанной победы. А когда принялись старое линялое знамя на трофеи сдирать, Бурдес наконец-то добрел до пороховых погребов и взорвал крепость.

72. Высокая цель

— Я возьму штурмом и разрушу проклятый замок злого Тролля! — воскликнул могучий Хоттерн, отправляясь в поход с огромным войском. Гиблые леса поглотили воинов Хоттерна, болезни унесли одних, звери искалечили других, непогода доконала третьих. Лишь с небольшой дружиной дошел Хоттерн до стен замка.

— Я не смогу взять штурмом замок злого Тролля, но хотя бы истреблю его солдат! — выкрикнул отчаянный Хоттерн, бросаясь в атаку, Камнеметные машины и туча стрел встретили рыцарей Хоттерна, и не стало у него дружины.

— Я не смогу истребить солдат злого Тролля, но буду рубить их, пока хватит сил! Все же кому-то другому будет легче! — прорычал упрямый Хоттерн, направляя коня на самых сильных вражеских рыцарей. Камни сломали его оружие, а стрелы убили коня и ранили его самого.

— Я не смогу рубиться с войском злого Тролля, но я убью хотя бы одного его воина! — прохрипел обессилевший Хоттерн и с обломком меча побрел к ближайшему тщедушному солдатику. Но силы покидали его, и обломок меча он тоже выронил.

— Я не смогу убить даже одного воина. Но я искалечу его, все же кому-то другому будет легче, — прошептал израненный Хоттерн, с усилием делая шаг за шагом. Солдат бросил копье и пронзил Хоттерна. И последнее, что увидел он, упав на землю, был здоровенный паук, копошащийся в луже его крови.

— Ну хоть это я смогу сделать! — выдохнул умирающий Хоттерн и раздавил паука. Он уже не видел, как из сплетения паутинок вырвалась большая зеленая муха…

Вскоре злой Тролль и весь гарнизон его замка вымерли от жестокой дизентерии.

73. Статуя

Одна девушка мечтала о большой любви, сильной, чистой и благородной — такой, о которой обычно рассказывают книги. Но в обыденности ей встречались лишь гораздо более слабые образцы этого чувства, и девушку охватил страх, что она так и состарится, не встретив своего избранника. Тогда она обратилась к колдунье — нельзя ли ей как-то сохранить молодость и красоту до того момента, как она отыщет настоящую любовь. Колдунья долго думала, чесала в голове и копалась в старых заплесневелых фолиантах. Наконец, она пришла к выводу, что это возможно — нужно лишь превратить девушку в статую. А заклинание настроить на определенную силу любви, как только у какого-нибудь человека, увидевшего статую, чувства превысят заданную величину, колдовство спадет, и она вновь оживет.