Чтение онлайн

========== 3.7. На пустоши ==========

У нас с Трандуилом и Леголасом снова все стало хорошо. Однако, потеря подруги не способствовала моему безоблачному счастью, так что даже несмотря на то, что теперь муж меня холил и лелеял, как было еще до того, как родился наш сын, я не чувствовала себя очень хорошо. Конечно, потом прошло время, и стало легче. Однако, как и всегда, счастливое время тянулось очень недолго.

Тьма опять заворочалась в Дол Гулдуре. На большую часть леса снова упал непроглядный мрак, и мы опасались, что в этот раз Некромант восстал еще с большими силами. Но меня тревожило не только это.

Недавно Трандуил посетил гномье королевство Эребор. Он предлагал мне поехать с ним, но в те дни я была занята другими делами и отказалась, хотя мне и было интересно посмотреть на знаменитую подгорную страну. Взволновало меня то, что из Эребора Трандуил вернулся странно увядший и задумчивый. Я пыталась выяснить, что произошло, но муж упорно отмалчивался. Впрочем, я и так догадывалась. Причиной расстройства Трандуила была, увы, обыкновеннейшая зависть. И неудивительно – сокровищ у Короля-Под-Горой тогда было куда больше, чем у лесного короля. Слава о богатстве и роскоши Эребора гремела на все Средиземье. Это восхищало многих, но Элронд и Митрандир считали, что такая молва может только повредить гномам. К сожалению, так все и вышло. Меня же расстраивала тяга мужа к чужим сокровищам. Но тогда я еще не знала, что не только обычные самоцветы стали причиной его грусти…

Кое-что все же объединяло Трандуила и с королем гномов Трором, и заодно со всеми остальными жителями нашей части Средиземья. Нас всех коснулась одна беда, многих же она совсем сразила. Я никогда не задумывалась о том, куда делись все драконы Мелькора. Считала, что их всех перебили во время Войны Гнева, и была удивлена тому, что некоторые из них чудом пробудились в середине Третьей Эпохи и стали совершать набеги на чужие земли. Один дракон уже убил гномьего короля пару сотен лет назад, другого видели над Ривенделлом, но тогда все обошлось. Самым же ужасным из их племени был Смауг. Услышав это имя, я почувствовала легкий холодок, потому что прекрасно помнила его (и помнила, сколько раз он грабил мои шкатулки с украшениями). К концу нашего знакомства этот дракон уже порядочно вырос, и его можно было называть угрожающим и ужасающим без всяких скрытых смешков. И теперь этот заносчивый змей без всякой опаски летал по Средиземью, жег все, что только хотел, и никто не мог ему помешать! Я на целые дни запиралась в кабинете и вспоминала заклинания Мелькора. Опасения, что Смауг обратит внимание на королевство эльфов, были весьма велики, правда, я была совсем не уверена, что при всем желании могу что-то сделать дракону – слишком многое вложил Мелькор в свои любимые детища, слишком сильными их сделал. Такого, как Смауг мог уничтожить только великий воин, но мог ли это сделать великий волшебник?.. Я ждала приезда Митрандира, чтобы попросить совета.

Надежды на то, что новая гроза Средиземья не обратит на нас внимание, не оправдалась. Понятно, что хотел доказать Смауг - однажды он выжег целый кусок леса где-то между нашим дворцом и логовом Некроманта. Ситуация становилась опасной – мы могли быть сожжены заживо, и произойти это могло практически в любой момент! Это пугало и угнетало. Я даже не могла просить помощи у волшебников – Радагаст был слишком бесхитростен, чтобы знать, как подступиться к дракону, а Митрандир был занят чем-то на западе Средиземья. И я решила действовать. Тайком, ведь это не понравилось бы Трандуилу, но сделать что-то, полагаясь на лишь старое смутное знакомство. Да, это было слишком рискованно; так глупо, что даже безумно. Но все же это было лучшим решением. Ни одного Трора считали богатым и могущественным королем, и у меня были нехорошие подозрения, какую цель наметил дракон. Он кружил вокруг Лихолесья, но пока не летал к Одинокой Горе.

Так получалось, что нам грозили две большие опасности. Некромант и Смауг. Кто же был хуже? И что каждый из них выберет? Лихолесье или Эребор?

Я была наслышана о том, в каком месте находится драконье лежбище, где Смауг отдыхает, пока не выжигает окрестности. И знала, что эти твари – неисправимые одиночки, то есть на другие неприятные встречи мне рассчитывать не пришлось бы (Смауг к тому же раньше считал всех остальных молодых драконов недостойными даже его внимания). Наконец, я прекрасно помнила некоторые из уроков Мелькора и помнила самого Смауга – наверняка с годами дракон стал только заносчивее и самовлюбленнее, так что подход к нему у меня есть.

Я долго думала обо всем этом. Пыталась поговорить с Трандуилом, но он не хотел обсуждать со мной дракона. А я не могла показать ему, насколько много знаю о Смауге. Меня пугала мысль о том, что дракон хочет завладеть огромными лесными территориями и превратить их в выжженную пустошь. Муж снова отказывался от моей помощи. Придется не только снова взять дело в свои руки, но и попытаться оставить это при себе.

Мне не пришлось далеко ехать – дракон облюбовал себе место рядом с южной границей леса, что меня с одной стороны радовало, ведь при желании ему было бы легче сжечь Дол Гулдур, чем наш дворец, а с другой стороны – нет, ведь мне самой пришлось проехать мимо логова Некроманта. Это я проделала с огромной осторожностью, однако не теша себя надеждами, что осталась не замечена.

Избавиться бы от этой проклятой крепости… «Я уничтожу Дол Гулдур, прогоню твою омерзительную Девятку и сделаю так, чтобы ты позавидовал Мелькору за Краем Мира», - вспомнилась мне моя самая глупая записка Саурону. Было бы прекрасно все это осуществить.

Всю дорогу я перебирала в уме заклинания, которые смогли бы хотя бы ненадолго остановить Смауга, если тот все же попытается меня сожрать. Моргот, я сотню раз успела пожалеть о том, что вообще вышла из дома, но что можно было сделать? У меня был долг, и я хотела защитить наши земли.

Дракон даже здесь, на огромной поляне, некогда бывшей зеленой, а теперь сожженной дотла, не мог обойтись без золота. Вокруг него были разбросаны в кажущемся беспорядке и монеты, и кубки, и разные украшения. Однако я знала, что отсюда нельзя взять ни единой золотой крупинки, пусть даже от нее зависела бы вся жизнь – драконы помнят каждый украденный пустячок и могут за него жестоко отомстить. А у Смауга когда-то была прекрасная память на это. Я так давно не видела столь великолепного зрелища - живого дракона! На минуту я забыла, как дышать. Это было прекрасно, и величественно, и… безумно опасно. Большой красный дракон казался дремлющим, огромная голова лежала на лапах, но пока я стояла и, раскрыв рот, смотрела на него, и мне казалось, что я вернулась на Эпохи назад, он поднял голову, принюхался, и его глаза раздраженно сузились.

– Эльф? – спросил он. Эру, какой чарующий голос… напоминает голос Саурона. От этого еще больше хочется убежать…

– Эльфийка, - я храбро выступила из-за деревьев и зажмурилась, опасаясь открыть глаза уже в Чертогах Мандоса.

– Хммм, - задумчиво сказал дракон, - я тебя помню, - я открыла глаза. – Что привело тебя в мои владения, Сильмариэн?

Что ж. Это уже неплохо. Пора было начинать.

– Я пришла к тебе с просьбой о дружбе, если мне будет позволено так сказать, о великий Смауг, гроза Средиземья! – на одном дыхании произнесла я. – Я пришла к тебе от имени лесного короля и от своего, и надеюсь, что ты не оставишь нашу скромную просьбу без внимания, о Темнейший!

Интересно, работает ли еще это с ним? Я готова была, если понадобится, льстить еще отчаяннее и придумывать еще более напыщенные восхваления! Кажется, все получалось – Смауг снова положил голову на лапы, в его взгляде вспыхнул интерес.

– А твои речи сладки, как и прежде, эльфийская дева! – довольно сказал дракон.

Я, сдерживая вздох облегчения, скромно улыбнулась. Еще бы они были не сладки!

– Очень боишься меня? – спросил вдруг Смауг. Его пасть изогнула усмешка. Из ноздрей вырвался дым. Он играл.

– Я сильно боюсь тебя, величайший, - честно ответила я. – Глупо не бояться столь могущественное сознание. Один твой вздох может обратить меня в пепел!

Дракон польщено ухмыльнулся. Он выглядел невероятно довольным, что не могло меня не радовать.

– Да, это так. Я могу убить тебя одним вздохом, и одним махом крыла, да даже просто пошевелив лапой. Но… – он задумался, и я затаила дыхание, - не сегодня. Ты совсем не вызываешь желания убить тебя, Сильмариэн, ты вызываешь память о счастливых временах. Глупо, но это так. К тому же, зачем мне убивать тебя, если ты сама ко мне пришла? Это было бы глупо вдвойне. Да я и не любитель эльфов, ваше мясо отдает тленным унынием. Так что же ты хочешь найти здесь, Нолдиэ? Не ограбить же меня ты пришла? – его желтые глаза снова опасно сузились, мое сердце пропустило пару ударов.