Чтение онлайн

Живущие во тьме существа старались лишний раз не шуметь, но и таиться не собирались. Время от времени Ральф Меррик слышал разносимый ветром далекий вой, неясное сопение и глухое покашливание, доносящееся сквозь темные провалы окон. По его распоряжению, Блейк и Льюис не отрывались от тепловизоров. Термальных следов вокруг было немало, но тварей наблюдатели не засекали. Лишь однажды засветка выдала что-то плоское и бесформенное, спрятавшееся в огромной мусорной куче возле перевернутого контейнера с промышленными отходами. Меррик взял хлам и таящееся в нем существо на прицел. Стоило сообщить о находке на «Герион», как послышался озабоченный голос Астрид: огонь не открывать, глаз с твари не спускать. Меррик не удивился: как и Екатеринбуржцы, сотрудники «Корнета» приучились не шуметь в зоне карантина по пустякам. А неведомая тварь была именно пустяком, покуда не собиралась атаковать.

Вездеход давно миновал контейнер и уже выезжал из двора, когда мусорная куча вдруг взорвалась тряпьем, осколками стекла и ворохом пластика. Серые дома отразили могучий рев, эхо которого понеслось над крышами. Меррик едва успел заметить, как что-то огромное и костлявое, никак не меньше четырех метров ростом, рванулось в сторону и скрылось в подъезде с обожженной дверью. Изнутри раздался нечеловеческий визг, глухие удары, звуки ожесточенной борьбы, а потом тоскливый и болезненный вой, очень похожий на собачий. Над двором вновь повисла тишина.

Не опуская оружия, Ральф потянулся свободной рукой к лицу, чтобы стереть мигом выступивший холодный пот, но лишь выругался — рука наткнулась на тефлоновое покрытие шлема.

«Герион» вырулил на очередную черно-серую улицу. Как и по всему городку, здесь повсюду природа торжествовала над погибшей цивилизацией: все оказалось заросшим чем-то острым, цветущим чем-то ненатурально ярким, жирно блестящим. Стены домов покрывали колонии грибов и лишая.

На очередной улице почетным эскортом по флангам выстроились дорожные знаки и фонарные столбы. Сразу бросалось в глаза, что все они склоняются в сторону дороги, словно стебли травы под сильным ветром. Меррик пригляделся и понял, что нет, не все: некоторые конструкции из стали и бетоны оказались со страшной силой выдраны из земли и теперь валялись вдоль тротуаров.

— А вдоль дороги мертвые с косами стоят, — пробормотал Льюис, не отрываясь от странного зрелища. — И тишина…

— Что? — не понял Блейк.

— Это из фильма старого. Очень старого.

— Замолчали! — приказал Меррик. — За секторами смотрите!

После небольшой заминки «Герион» продолжил движение. Приборы не показали никаких аномалий электромагнитного поля, никаких температурных или иных отклонений от нормы.

Они проехали по этой странной аллее около километра и оставили за кормой два перекрестка, когда Меррик заметил изменения в окружающем мире. Бледный безжизненный свет месяца, до того неуверенно освещавший их путь, исчез. Его поглотил рыжий, необузданно скачущий по стенам домов блеск пожара. «Герион» добирался до горящего здания около двух часов. За это время огонь успел немного утихнуть, но чадило все еще нещадно. Смолистый дым грязно мазал забрезжившую на востоке лазурно-янтарную линию — вестника приближающегося рассвета.

Транспорт остановился. В наушниках зашуршало, послышалось театральное гортанное покашливание Тарика Хантера.

— Мы на месте. Ближе не подобраться. Дальше что?

Астрид слезящимися глазами вглядывалась в мониторы. Прошло около получаса с начала движения, когда она окончательно убедилась: организм категорически нуждается в отдыхе. Предшествующую отправке ночь девушка провела в бредовой полудрёме, день измотал ее донельзя, а поспать удалось лишь пару часов. С усталостью боролись бурлящий в крови адреналин и острое чувство беспокойства. Аллерсон не знала, отметил ли ее состояние Каравценко, с которым она работала над маршрутом, но понимала: еще немного, и отупевший мозг начнет совершать просчеты. Тогда, она понимала, придется засунуть гордость подальше и передать временное командование полковнику. Несмотря на недавний инцидент, несмотря ни на что. Все лучше, чем потерять людей.

Повернувшись к Каравценко, Астрид уже открывала рот, когда динамики гортанно прокашлялись голосом Тарика Хантера.

— Мы на месте. Ближе не подобраться. Дальше что?

Девушка коротко вздохнула. Мехвод был прав. Дорогу преградил решетчатый забор, метра два с половиной высотой. За ним вставала беснующаяся без человеческого ухода растительность, а дальше раскрывалась картина пожарища. Они и правда прибыли на место.

— Актер, слезайте с брони, — распорядилась Астрид. — Рассыпаться, следить за периметром. Готовься выступать.

Земля неприятно хрустела под тяжелыми сапогами. Меррику казалось, что он идет по кладбищу пластиковых отходов. Негнущаяся выглядящая острой трава поднималась почти до колен. В сотне метров впереди, сразу за старым, пожранным ржавчиной забором и разросшейся зеленью, гремел и гудел пожар.

— Выступать? — хмуро буркнул Блейк. — Она что, хочет, чтобы мы перлись туда?

Екатеринбуржец собирался резко осадить надзирателя, но вдруг понял, что солидарен с ним.

— Все будет в порядке, сержант, — неожиданно севшим голосом произнес он. — Прорвемся.

Остальные бойцы группы охранения промолчали.

Как оказалось, горело здание школы. Пламя вырывалось из дальнего от «Гериона» корпуса, пятиэтажной пузатой пристройки, явно появившейся позже главного здания. Крыша провалилась, огонь пожирал верхние два этажа, но до нижних, кажется, еще не добрался — их окна пока оставались черными пустыми провалами с растрескавшимися стеклами. Черное, рыжее и бьющее в глаза кроваво-красное — здание напоминало слоистый коктейль из кофейного, сливочного и апельсинового ликеров, который старательный бармен еще и поджег. Не хватало только трубы, которая могла бы сойти за соломинку. Видимо, она канула в бурлящую огненную геенну вместе с крышей.

Пока руководство миссии решало, что делать дальше, Меррик незаметно наблюдал за подчиненными. Льюис и Блейк, должно быть, чертовски устали. За минувшие сутки они потеряли двоих боевых товарищей, несколько раз чудом унесли ноги. Экспедиция оправдывала худшие ожидания и обещала стать еще опаснее. Мужчины об этом не говорили, но Ральф понимал: лезть ночью в горящее здание граничило с самоубийством во имя не вполне понятной цели. Мало ли из-за чего могла загореться школа.

«Вот именно, — подумал Меррик. — Мало ли».

— Братишка, — Кот как всегда подкрался незаметно. Именно у него Актер перенял это полезное умение. — Как работать будем?

— Нас четверо.

— Э-э, нет, — тихо засмеялся старший лейтенант. — Нас двое.

— Командиры не хотят отправлять на разведку слишком много человек.

— Может, ну их, надзоров? Пусть остаются, а работать будем нашей четверкой?

Меррик тревожно бросил взгляд на панель КПК, убедился, что они общаются по индивидуальному каналу связи.

— Нет, дружище. Нельзя Сестренку с ними одну оставлять. Пойдем с надзорами. Парни справятся.

Котин коротко кивнул, не стал спорить. Покосился на плывущее над пожаром зарево.

— Всегда доверял твоей интуиции, братишка. Надеюсь, она и теперь не подведет.

Меррик тоже на это надеялся.

Два корпуса школы — старый и новый — стояли друг к другу под прямым углом. Небольшую площадь, некогда образовывавшую внутренний двор учреждения, теперь заселил настоящий лес из страшно разросшегося кустарника и удивительно тонких узловатых деревьев с тяжелыми мясистыми шариками на ветвях — возможно, плодами. Деревья-то эти и не понравились Меррику. Они казались ему неестественно прямыми и неподвижными, не напоминающими привычную растительность ни видом, ни издаваемыми звуками. Несмотря на разыгравшийся ветер, деревья не раскачивались, не шуршали. Мелкая мясистая листва, странно поблескивающая в свете фонарей и зареве пожара, соприкасалась с влажным шлепком. Росли деревья очень близко друг от друга, между светло-серыми стволами оставался совсем небольшой зазор. Словно из высокой травы не деревья росли, а торчали узкие зубья чьей-то гигантской расчески.