– Где лебеди? – А лебеди ушли.– А вороны? – А вороны – остались.– Куда ушли? – Куда и журавли.– Зачем ушли? – Чтоб крылья не достались.– А папа где? – Спи, спи, за нами Сон,Сон на степном коне сейчас приедет.– Куда возьмет? – На лебединый Дон.Там у меня – ты знаешь? – белый лебедь…9 августа 1918
«Белогвардейцы! Гордиев узел…»
Белогвардейцы! Гордиев узелДоблести русской!Белогвардейцы! Белые груздиПесенки русской!Белогвардейцы! Белые звезды!С неба не выскрести!Белогвардейцы! Черные гвоздиВ ребра Антихристу!1918
«Надобно смело признаться, Лира…»
Надобно смело признаться, Лира!Мы тяготели к великим мира:Мачтам, знамёнам, церквам, царям,Бардам, героям, орлам и старцам,Так, присягнувши на верность – царствам,Не доверяют Шатра – ветрам.Знаешь царя – так псаря не жалуй!Верность как якорем нас держала:Верность величью – вине – беде,Верность великой вине венчанной!Так, присягнувши на верность – Хану,Не присягают его орде.Ветреный век мы застали, Лира!Ветер в клоки изодрав мундиры,Треплет последний лоскут Шатра…Новые толпы – иные флаги!Мы ж остаёмся верны присяге,Ибо дурные вожди – ветра.1918
«Если душа родилась крылатой…»
Если душа родилась крылатой —Что ей хоромы – и что ей хаты!Что Чингис-Хан ей и что – Орда!Два на миру у меня врага,Два близнеца, неразрывно-слитых:Голод голодных – и сытость сытых!1918
«Дорожкою простонародною…»
Дорожкою простонародною,Смиренною, богоугодною,Идем – свободные, немодные,Душой и телом – благородные.Сбылися древние пророчества:Где вы – Величества? Высочества?Мать с дочерью идем – две странницы.Чернь черная навстречу чванится.Быть может – вздох от нас останется,А может – Бог на нас оглянется…Пусть будет – как Ему захочется:Мы не Величества, Высочества.Так, скромные, богоугодные,Душой и телом – благородные,Дорожкою простонародною —Так, доченька, к себе на родину:В страну Мечты и Одиночества —Где мы – Величества, Высочества.1918
«Царь и Бог! Простите малым…»
Дни, когда Мамонтов подходил к Москве – и вся буржуазия меняла керенские на царские – а я одна не меняла (не только потому, что их не
было, но и) потому что знала, что не войдет в Столицу – Белый Полк!
Царь и Бог! Простите малымСлабым – глупым – грешным – шалым,В страшную воронку втянутым,Обольщенным и обманутым, —Царь и Бог! Жестокой казниюНе казните Сашеньку Разина!Царь! Господь тебе отплатит!С нас сиротских воплей – хватит!Хватит, хватит с нас покойников!Царский Сын, – прости Разбойнику!В отчий дом – дороги разные.Пощадите Стеньку Разина!Разин! Разин! Сказ твой сказан!Красный зверь смирен и связан.Зубья страшные поломаны,Но за жизнь его за темную,Да за удаль несуразную —Развяжите Стеньку Разина!Родина! Исток и устье!Радость! Снова пахнет Русью!Просияйте, очи тусклые!Веселися, сердце русское!Царь и Бог! Для ради празднику —Отпустите Стеньку Разина!
«Я эту книгу поручаю ветру…»
Я эту книгу поручаю ветруИ встречным журавлям.Давным-давно – перекричать разлуку —Я голос сорвала.Я эту книгу, как бутылку в волны,Кидаю в вихрь войн.Пусть странствует она – свечой под праздник —Вот так: из длани в длань.О ветер, ветер, верный мой свидетель,До милых донеси,Что еженощно я во сне свершаюПуть – с Севера на Юг.1920
Взятие Крыма
И страшные мне снятся сны:Телега красная,За ней – согбенные – моей страныИдут сыны.Золотокудрого воздевРебенка – материВопят. На папертиНа стягПурпуровый маша рукой беспалойВопит калека, тряпкой алойГорит безногого костыль,И красная – до неба – пыль.Колеса ржавые скрипят.Конь пляшет, взбешенный.Все окна флагами кипят.Одно – завешено.1920
Об ушедших – отошедших…
Об ушедших – отошедших —В горний лагерь перешедших,В белый стан тот журавлиный —Голубиный – лебединый —О тебе, моя высь,Говорю, – отзовись!О младых дубовых рощахВ небо росших – и не взросших,Об упавших и не вставших, —В вечность перекочевавших, —О тебе, наша Честь,Воздыхаю – дай весть!Каждый вечер, каждый вечерРуки вам тяну навстречу.Там, в просторах голубиных —Сколько у меня любимых!Я на красной РусиЗажилась – вознеси!1920
«Есть в стане моём – офицерская прямость…»
Есть в стане моём – офицерская прямость,Есть в рёбрах моих – офицерская честь.На всякую муку иду не упрямясь:Терпенье солдатское есть!Как будто когда-то прикладом и стальюМне выправили этот шаг.Недаром, недаром черкесская тальяИ тесный ременный кушак.А зорю заслышу – Отец ты мой родный! —Хоть райские – штурмом – врата!Как будто нарочно для сумки походной —Раскинутых плеч широта.Всё может – какой инвалид ошалелыйНад люлькой мне песенку спел…И что-то от этого дня – уцелело:Я слово беру – на прицел!И так моё сердце над Рэ-сэ-фэ-сэромСкрежещет – корми-не корми! —Как будто сама я была офицеромВ Октябрьские смертные дни.1920
«Седой – не увидишь…»
Седой – не увидишь,Большим – не увижу.Из глаз неподвижныхСлезинки не выжмешь.На всю твою муку,Раззор – плач:– Брось руку!Оставь плащ!В бесстрастииКаменноокой камеи,В дверях не помедлю,Как матери медлят:(Всей тяжестью крови,Колен, глаз —В последний земнойРаз!)Не крадущимся перешибленным зверем, —Нет, каменной глыбоюВыйду из двери —Из жизни. – О чем жеСлезам течь,Раз – камень с твоихПлеч!Не камень! – УжеШиротою орлиною —Плащ! – и уже по лазурным стремнинамВ тот град осиянный,Куда – взятьНе смеет дитяМать.1921
Благая весть (В сокровищницу…)
1
В сокровищницуПолунощных глубинНедрогнувшуюОпускаю ладонь.Меж водорослей —Ни приметы его!Сокровища нетуВ морях – моего!В заоблачнуюПеснопенную высь —ДвумолниемОсмелеваюсь – и вотМне жаворонокОбронил с высоты —Что зб морем ты,Не за облаком ты!
2
Жив и здоров!Громче громов —Как топором —Радость!Нет, топоромМало: быкомПод обухомСчастья!Оглушена,Устрашена.Что же взамен —Вырвут?И от коленВплоть до корнейВставших волос —Ужас.Стало быть, жив?Веки смежив,Дышишь, зовут —Слышишь?Вывез корабль?О мой журавльМладший – во всейСтае!Мёртв – и воскрес?!Вздоху в обрез,Камнем с небес,ЛомомПо голове, —Нет, по эфесШпагою в грудь —Радость!