ЖАНРЫ

Поэзия. Все в одной книге
Шрифт:
7
Нежно-нежно, тонко-тонко Что-то свистнуло в сосне. Черноглазого ребенка Я увидела во сне. Так у сосенки у красной Каплет жаркая смола. Так в ночи моей прекрасной Ходит по сердцу пила. 8 августа 1916
8
Черная, как зрачок, как зрачок, сосущая Свет – люблю тебя, зоркая ночь. Голосу дай мне воспеть тебя, о праматерь Песен, в чьей длани узда четырех ветров. Клича тебя, славословя тебя, я только Раковина, где еще не умолк океан. Ночь! Я уже нагляделась в зрачки человека! Испепели меня, черное солнце – ночь! 9 августа 1916
9
Кто спит по ночам? Никто не спит! Ребенок в люльке своей кричит, Старик над смертью своей сидит, Кто молод – с милою говорит, Ей в губы дышит, в глаза глядит. Заснешь – проснешься ли здесь опять? Успеем, успеем, успеем спать! А зоркий сторож из дома в дом Проходит с розовым фонарем, И дробным рокотом над подушкой Рокочет ярая колотушка: Не спи! крепись! говорю добром! А то – вечный сон! а то – вечный дом! 12 декабря 1916
10
Вот опять окно, Где опять не спят. Может – пьют вино, Может – так сидят. Или просто – рук Не разнимут двое. В каждом доме, друг, Есть окно такое. Крик разлук и встреч — Ты, окно в ночи! Может – сотни свеч, Может – три свечи… Нет и нет уму Моему – покоя. И в моем дому Завелось такое. Помолись, дружок, за бессонный дом, За окно с огнем! 23 декабря 1916
11
Бессонница! Друг мой! Опять твою руку С протянутым кубком Встречаю в беззвучно — Звенящей ночи. – Прельстись! Пригубь! Не в высь, А в глубь — Веду… Губами приголубь! Голубка! Друг! Пригубь! Прельстись! Испей! От всех страстей — Устой, От всех вестей — Покой. – Подруга! — Удостой. Раздвинь уста! Всей негой уст Резного кубка край Возьми — Втяни, Глотни: – Не будь! — О друг! Не обессудь! Прельстись! Испей! Из всех страстей — Страстнейшая, из всех смертей Нежнейшая… Из двух горстей Моих – прельстись! – испей! Мир без вести пропал. В нигде — Затопленные берега… – Пей, ласточка моя! На дне Растопленные жемчуга… Ты море пьешь, Ты зори пьешь. С каким любовником кутеж С моим – Дитя — Сравним? А если спросят (научу!), Что, дескать, щечки не свежи, — С Бессонницей кучу, скажи, С Бессонницей кучу… Май 1921

«Последняя дружба…»

Последняя дружба В после нем обвале. Что нужды, что нужды — Как здесь называли? Над черной канавой, Над битвой бурьянной, Последнею славой Встаешь, – безымянной. На крик его: душно! припавшая: друг! Последнейшая, не пускавшая рук! Последнею дружбой — Так сонмы восславят. Да та вот, что пить подавала, Да та вот. — У врат его царских Последняя смена. Уста, с синевы Сцеловавшие пену. Та, с судороги сцеловавшая пот, На крик его: руку! сказавшая: вот! Последняя дружба, Последнее рядом, Грудь с грудью… – В последнюю оторопь взгляда Рай вбросившая, Под фатой песнопенной, Последнею славой Пройдешь – покровенной. Ты, заповеди растоптавшая спесь, На хрип его: Мама! солгавшая: здесь! 1921

«Здравствуй! Не стрела, не камень…»

Здравствуй! Не стрела, не камень: Я! – Живейшая из жен: Жизнь. Обеими руками В твой невыспавшийся сон. Дай! (На языке двуостром: На! – Двуострота змеи!) Всю меня в простоволосой Радости моей прими! Льни! – Сегодня день на шхуне, – Льни! – на лыжах! – Льни! – льняной! Я сегодня в новой шкуре: Вызолоченной, седьмой! – Мой! – и о каких наградах Рай – когда в руках, у рта: Жизнь: распахнутая радость Поздороваться с утра!

«Некоторым – не закон…»

Некоторым – не закон. В час, когда условный сон Праведен, почти что свят, Некоторые не спят: Всматриваются – и в скры — тнейшем лепестке: не ты! Некоторым – не устав: В час, когда на всех устах Засуха последних смут — Некоторые не пьют: Впытываются – и сти — снутым кулаком – в пески! Некоторым, без кривизн — Дорого даётся жизнь. 25 июня 1922

«Руки – и в круг…»

Руки – и в круг Перепродаж и переуступок! Только бы губ, Только бы рук мне не перепутать! Этих вот всех Суетностей, от которых сна нет. Руки воздев, Друг, заклинаю свою же память! Чтобы в стихах (Свалочной яме моих Высочеств!) Ты не зачах, Ты не усох наподобье прочих. Чтобы в груди (В тысячегрудой моей могиле Братской!) – дожди Тысячелетий тебя не мыли… Тело меж тел, – Ты, что мне пропадом был двухзвёздным!.. Чтоб не истлел 9 июля 1922

Сивилла

1
Сивилла: выжжена, сивилла: ствол. Все птицы вымерли, но Бог вошёл. Сивилла: выпита, сивилла: сушь. Все жилы высохли: ревностен муж! Сивилла: выбыла, сивилла: зев Доли и гибели! – Древо меж дев. Державным деревом в лесу нагом — Сначала деревом шумел огонь. Потом, под веками – в разбег, врасплох, Сухими реками взметнулся Бог. И вдруг, отчаявшись искать извне: Сердцем и голосом упав: во мне! Сивилла: вещая! Сивилла: свод! Так Благовещенье свершилось в тот Час не стареющий, так в седость трав Бренная девственность, пещерой став Дивному голосу… – так в звёздный вихрь Сивилла: выбывшая из живых.
2
Каменной глыбой серой, С веком порвав родство. Тело твоё – пещера Голоса твоего. Недрами – в ночь, сквозь слепость Век, слепотой бойниц. Глухонемая крепость Над пестротою жниц. Кутают ливни плечи В плащ, плесневеет гриб. Тысячелетья плещут У столбняковых глыб. Горе горе! Под толщей Век, в прозорливых тьмах — Глиняные осколки Царств и дорожный прах Битв…
3

Сивилла – младенцу

К груди моей, Младенец, льни: Рождение – паденье в дни. С заоблачных нигдешних скал, Младенец мой, Как низко пал! Ты духом был, ты прахом стал. Плачь, маленький, о них и нас: Рождение – паденье в час! Плачь, маленький, и впредь, и вновь: Рождение – паденье в кровь, И в прах, И в час… Где зарева его чудес? Плачь, маленький: рожденье в вес! Где залежи его щедрот? Плачь, маленький: рожденье в счёт, И в кровь, И в пот… Но встанешь! То, что в мире смертью Названо – паденье в твердь. Но узришь! То, что в мире – век Смежение – рожденье в свет. Из днесь — В навек. Смерть, маленький, не спать, а встать. Не спать, а вспять. Вплавь, маленький! Уже ступень Оставлена… – Восстанье в день. 17 мая 1923
Поделиться с друзьями: