Поэзия. Все в одной книге, Цветаева Марина Ивановна

Поэзия. Все в одной книге

Цветаева Марина Ивановна

Шрифт:

Жизни

Не возьмёшь моего румянца — Сильного – как разливы рек! Ты охотник, но я не дамся, Ты погоня, но я есмь бег. Не возьмёшь мою душу живу! Так, на полном скаку погонь — Пригибающийся – и жилу Перекусывающий конь Аравийский.

Не возьмёшь мою душу живу, Не дающуюся как пух. Жизнь, ты часто рифмуешь с: лживо, — Безошибочен певчий слух! Не задумана старожилом! Отпусти к берегам чужим! Жизнь, ты явно рифмуешь с жиром: Жизнь: держи его! жизнь: нажим. Жестоки у ножных костяшек Кольца, в кость проникает ржа! Жизнь: ножи, на которых пляшет Любящая. – Заждалась ножа! 1924

Крестины

Воды не перетеплил В чану, зазнобил – как надобно — Тот поп, что меня крестил. В ковше плоскодонном свадебном Вина не пересластил — Душа да не шутит брашнами! Тот поп, что меня крестил На трудное дело брачное: Тот поп, что меня венчал. (Ожжясь, поняла танцовщица, Что сок твоего, Анчар, Плода в плоскодонном ковшике Вкусила…) – На вечный пыл В пещи смоляной поэтовой Крестил – кто меня крестил Водою неподогретою Речною, – на свыше сил Дела, не вершимы женами — Крестил – кто меня крестил Бедою неподслащенною: Беспримесным тем вином. Когда поперхнусь – напомните! Каким опалюсь огнем? Все страсти водою комнатной Мне кажутся. Трижды прав Тот поп, что меня обкарнывал. Каких убоюсь отрав? Все яды – водой отварною Мне чудятся. Что мне рок С его родовыми страхами — Раз собственные, вдоль щек, Мне слезы – водою сахарной! А ты, что меня крестил Водой исступленной Савловой (Так Савл, занеся костыль, Забывчивых останавливал) — Молись, чтоб тебя простил — Бог. 1 января 1925

«Демон во мне…»

Демон во мне! В теле как в трюме, В себе как в тюрьме. Мир – это стены. Выход – топор. («Мир – это сцена», Лепечет актер). И не слукавил, Шут колченогий. В теле – как в славе. В теле – как в тоге. Многие лета! Жив – дорожи! (Только поэты В кости – как во лжи!) Нет, не гулять нам, Певчая братья, В теле как в ватном Отчем халате. Лучшего стоим. Чахнем в тепле. В теле – как в стойле. В себе – как в котле. Бренных не копим Великолепий. В теле – как в топи, В теле – как в склепе, В теле – как в крайней Ссылке. – Зачах! В теле – как в тайне, В висках – как в тисках Маски железной. 1925

Аля

Ах, несмотря на гаданья друзей, Будущее – непроглядно. В платьице – твой вероломный Тезей, Маленькая Ариадна. Аля! – Маленькая тень На огромном горизонте. Тщетно говорю: не троньте. Будет день — Милый, грустный и большой, День, когда от жизни рядом Вся ты оторвешься взглядом И душой. День, когда с пером в руке Ты на ласку не ответишь. День, который ты отметишь В дневнике. День, когда летя вперед, – Своенравно! – Без запрета! — С ветром в комнату войдет — Больше ветра! Залу, спящую на вид, И волшебную, как сцена, Юность Шумана смутит И Шопена… Целый день – на скакуне, А ночами – черный кофе, Лорда Байрона в огне Тонкий профиль. Метче гибкого хлыста Остроумье наготове, Гневно сдвинутые брови И уста. Прелесть двух огромных глаз, – Их угроза – их опасность — Недоступность – гордость – страстность В первый раз… Благородным без границ Станет профиль – слишком белый, Слишком длинными ресниц Станут стрелы. Слишком грустными – углы Губ изогнутых и длинных, И движенья рук невинных — Слишком злы. – Ворожит мое перо! Аля! – Будет все, что было: Так же ново и старо, Так же мило. Будет – с сердцем не воюй, Грудь Дианы и Минервы! — Будет первый бал и первый Поцелуй. Будет «он» – ему сейчас Года три или четыре… – Аля! – Это будет в мире — В первый раз. 1913

В гибельном фолианте

Нету соблазна для Женщины. – Ars Amandi* Женщине – вся земля. Сердце – любовных зелий Зелье – вернее всех. Женщина с колыбели Чей-нибудь смертный грех. Ах, далеко до неба! Губы – близки во мгле… – Бог, не суди! – Ты не был Женщиной на земле! 1915

Стенька Разин

Ветры спать ушли – с золотой зарёй, Ночь подходит – каменною горой, И с своей княжною из жарких стран Отдыхает бешеный атаман. Молодые плечи в охапку сгрёб, Да заслушался, запрокинув лоб, Как гремит над жарким его шатром — Соловьиный гром.

А над Волгой – ночь, А над Волгой – сон. Расстелили ковры узорные, И возлёг на них атаман с княжной Персиянкою – Брови Чёрные. И не видно звёзд, и не слышно волн, Только вёсла да темь кромешная! И уносит в ночь атаманов чёлн Персиянскую душу грешную. И услышала Ночь – такую речь: – Аль не хочешь, что ль, Потеснее лечь? Ты меж наших баб — Что жемчужинка! Аль уж страшен так? Я твой вечный раб, Персияночка! Полоняночка! . . . . . . . . . . . . А она – брови насупила, Брови длинные. А она – очи потупила Персиянские. И из уст её — Только вздох один: – Джаль-Эддин! . . . . . . . . . . . . А над Волгой – заря румяная, А над Волгой – рай. И грохочет ватага пьяная: – Атаман, вставай! Належался с басурманскою собакою! Вишь, глаза-то у красавицы наплаканы! А она – что смерть, Рот закушен в кровь. — Так и ходит атаманова крутая бровь. – Не поладила ты с нашею постелью, Так поладь, собака, с нашею купелью! В небе-то – ясно, Тёмно – на дне. Красный один Башмачок на корме. И стоит Степан – ровно грозный дуб, Побелел Степан – аж до самых губ. Закачался, зашатался. – Ох, томно! Поддержите, нехристи, – в очах тёмно! Вот и вся тебе персияночка, Полоняночка.

(Сон Разина)

И снится Разину – сон: Словно плачется болотная цапля. И снится Разину – звон: Ровно капельки серебряные каплют. И снится Разину дно: Цветами – что плат ковровый. И снится лицо одно — Забытое, чернобровое. Сидит, ровно Божья мать, Да жемчуг на нитку нижет. И хочет он ей сказать, Да только губами движет… Сдавило дыханье – аж Стеклянный, в груди, осколок. И ходит, как сонный страж, Стеклянный – меж ними – полог. . . . . . . . . . . . Рулевой зарёю правил Вниз по Волге-реке. Ты зачем меня оставил Об одном башмачке? Кто красавицу захочет В башмачке одном? Я приду к тебе, дружочек, За другим башмачком! И звенят-звенят, звенят-звенят запястья: – Затонуло ты, Степаново счастье! 1917 г.

Руан

И я вошла, и я сказала: – Здравствуй! Пора, король, во Францию, домой! И я опять веду тебя на царство, И ты опять обманешь. Карл Седьмой! Не ждите, принц, скупой и невеселый, Бескровный принц, не распрямивший плеч, Чтоб Иоанна разлюбила – голос, Чтоб Иоанна разлюбила – меч. И был Руан, в Руане – Старый рынок… – Все будет вновь: последний взор коня, И первый треск невинных хворостинок, И первый всплеск соснового огня. А за плечом – товарищ мой крылатый Опять шепнет: – Терпение, сестра! — Когда сверкнут серебряные латы Сосновой кровью моего костра. 23 августа 1917

П. Антокольскому

Дарю тебе железное кольцо: Бессонницу – восторг – и безнадежность. Чтоб не глядел ты девушкам в лицо, Чтоб позабыл ты даже слово – нежность. Чтоб голову свою в шальных кудрях Как пенный кубок возносил в пространство, Чтоб обратило в угль – и в пепл – и в прах Тебя – сие железное убранство. Когда ж к твоим пророческим кудрям Сама Любовь приникнет красным углем, Тогда молчи и прижимай к губам Железное кольцо на пальце смуглом. Вот талисман тебе от красных губ, Вот первое звено в твоей кольчуге, — Чтоб в буре дней стоял один – как дуб, Один – как Бог в своем железном круге! 1919

Психея

Не самозванка – я пришла домой, И не служанка – мне не надо хлеба. Я страсть твоя, воскресный отдых твой, Твой день седьмой, твое седьмое небо. Там, на земле, мне подавали грош И жерновов навешали на шею. Возлюбленный! Ужель не узнаешь? Я ласточка твоя – Психея! 1920

«Суда поспешно не чини…»

Суда поспешно не чини.. Непрочен суд земной! И голубиной – не черни Галчонка – белизной. А впрочем – что ж, коли не лень! Но всех перелюбя, Быть может, я в тот черный день Очнусь – белей тебя! 1920

«И на листочках вееров поблеклых…»

С.Э.

И на листочках вееров поблеклых, И на речном, и на морском песке, Коньками по льду, и кольцом на стеклах, — И на стволах, которым сотни зим, И, наконец, – чтоб всем было известно! — Что ты любим! любим! любим! любим! — Расписывалась – радугой небесной. Как я хотела, чтобы каждый цвел В веках со мной! под пальцами моими! И как потом, склонивши лоб на стол, Крест-накрест перечеркивала – имя… Но ты, в руке продажного писца Зажатое! ты, что мне сердце жалишь! Непроданное мной! внутри кольца! Ты – уцелеешь на скрижалях. 1920

1-30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Поэзия. Все в одной книге

Цветаева Марина Ивановна

Шрифт: