Пока ты не станешь моей
Шрифт:
Я сажусь прямо и натягиваю улыбку. Она снова вздыхает, признавая свое поражение.
— Отлично. Думаю, еще слишком рано. Я лишь хотела помочь. Я даже попросила Реми и Себастьяна приехать, чтобы они могли поехать с нами и выступить в роли твоих личных защитников.
— Ты все еще с тем парнем?
Она хмурится.
— А почему бы и нет?
Я ухмыляюсь и прикусываю нижнюю губу.
— Я просто спросила, без причины.
— Нет. — Ее глаза вспыхивают. — Что ты хочешь этим сказать? Он тебе не нравится? Ты его видела?
Я поднимаю руки, заявляя о своей невиновности.
— Да, да, он очень красивый. Я уверена, что он замечательный.
— Красивый? Он далеко не красавчик. Чертовски привлекательный, да! — Она выплевывает это слово, как ругательство. — И замечательный? Ты же его видела, верно? Он похож на гребаного греческого бога. — Она недоверчиво качает головой, фыркает, затем вопросительно смотрит на меня. — Он тебе не нравится?
Я смеюсь над тем, как она расстроена:
— Он просто не твой типаж.
— И каков же мой типаж, о всезнающая?
— Кто-то с характером.
— Эй! — Восклицает она с притворным возмущением. Затем откидывается на спинку стула. — Ладно, он немного скучный, но чертовски хорош в постели. Она шевелит бровями, словно это добавляет ей выразительности. — Кстати, о парнях… — Она позволяет этому слову повиснуть между нами.
— Что? — Сухо спрашиваю я.
— Реми очень беспокоился о тебе.
— Ты уже говорила.
— Он был таким, — настаивает она. — Я никогда не видела его таким раньше. Он все время спрашивает о тебе.
— Это мило.
— Тебе это ни капельки не интересно? Я знаю, что он мой брат и всё такое, и я действительно не горю желанием быть его сутенером, но он действительно беспокоился о тебе. Это было почти очаровательно.
— Ты единственный человек в мире, который считает нормальным обсуждать возможного бойфренда всего через две недели после того, как кто-то вернулся домой из плена.
— Значит, это означает «нет»?
— Да.
Она игриво нахмурилась:
— Это означает «да»?
— Нет. Это было «да» на мой отрицательный ответ. — Взяв в руки чашку с кофе, она улыбнулась, глядя поверх ее края:
— Теперь в твоих словах даже нет смысла. — Она шумно отхлебнула. — Ну, я уже договорилась с Реми и Себастьяном, чтобы они пришли ко мне на ночь, так что у нас есть выбор: либо провести приятный вечер в интимной обстановке за просмотром фильма или чем-то ещё, пока Реми будет сидеть и неловко пялиться на тебя весь вечер, либо мы можем пойти в бар, — пожала она плечами. — Твой выбор.
— Ты засранка, ты знаешь это?
Она улыбается, и пенка от кофе оседает на её верхней губе:
— Да, вообще-то, знаю.
***
Когда я вхожу в дверь, мама стоит у кухонной раковины.
— Ты хорошо провела день с Рокси? — Спросила она.
Я бросила сумку на диван и опустилась на одно из кресел вокруг стола.
— Она хочет, чтобы я сегодня куда-нибудь сходила с ней.
Мама прекращает свои дела и поворачивается ко мне.
— И что ты об этом думаешь? — Спрашивает она, вытирая руки кухонным полотенцем и усаживаясь напротив меня. Она наблюдает, как я опускаю голову на ладони.
— Я не знаю, — отвечаю я, мой голос звучит сдавленно. — Она говорит, что я должна встретиться лицом к лицу со своим страхом.
— И какой именно страх она имеет в виду? — Спрашивает она, разводя мои пальцы в стороны, чтобы привлечь мое внимание. — Она знает, что ты не станешь брать паука в руки?
Я улыбаюсь и убираю руки.
— Именно это я ей и сказала.
Мама откидывается на спинку стула, перебрасывая кухонное полотенце через плечо.
— Великие умы и все такое.
— Как ты думаешь, что мне следует делать? — Спрашиваю я.
— Я думаю, ты должна делать то, что помогает тебе чувствовать себя лучше. Ты всего несколько дней как дома, и нет смысла торопить события. Я уверена, что Рокси желает тебе добра, но она не знает, через что тебе пришлось пройти. Ты единственная, кто это знает.
— Значит, ты считаешь, что мне не стоит идти?
Мама встает из-за стола и, вернувшись к раковине, погружает руки в пену.
— Я этого не говорила.
— Ты думаешь, мне не следует этого делать?
— Мия, — она поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. — Только ты можешь ответить на этот вопрос.
Таймер издаёт звуковой сигнал, и мама, вынув руки из воды, открывает дверцу духовки. С тех пор как я вернулась, она без устали готовит. Я думаю, что ей пора вернуться к работе. По дому разливается аромат свежеприготовленных круассанов.
— Ты голодна?
Я качаю головой, поднимаясь из-за стола.
— Пожалуй, я пойду.
Мама никак не реагирует. Она не выглядит шокированной или удивленной, не кивает в знак одобрения. Просто ставит противень с круассанами в духовку.
— Хочешь, я пойду с тобой? Ты споёшь? На самом деле я никогда не слышала, чтобы ты пела где-нибудь, кроме церкви.
Я качаю головой, чувствуя панику даже при мысли о пении. Именно это привлекло его внимание ко мне. Я думаю, что, если бы я сделала это снова, это снова привлекло бы его внимание.
— Рокси приведёт с собой своего брата и парня, которые будут моими личными телохранителями. Со мной всё будет в порядке, — успокаиваю я себя и ее. Но затем паника охватывает меня с новой силой, и я опускаюсь обратно в кресло. — Может быть, мне не стоит идти? В глубине души я чувствую, что просто напрашиваюсь на неприятности.
Мама резко поворачивается ко мне.
— Никогда не говори так, Мия Купер! — Восклицает она.
— Что не говорить?
— Что ты напрашиваешься на неприятности. Ты никогда не была ни в чем виновата, даже не думай об этом.
— Я не это имела в виду, я просто хотела сказать, что, возможно, мне стоит сосредоточиться на том, чтобы оставаться в безопасности какое-то время.
— Я думаю, тебе стоит перестать думать о том, что тебе следует и чего не следует делать, и просто делать то, что ты хочешь. — Она снова садится за стол и берёт мои руки в свои. — Тебе нужно столько времени, сколько потребуется, чтобы прийти в себя, но ты также не должна позволять страху управлять твоей жизнью. Тебе нужно делать что-то, потому что ты этого хочешь, Мия. Не потому, что этого хочет Рокси, и не потому, что ты боишься. Ты знаешь, я всегда поддержу твой выбор, но я хочу, чтобы он был твоим, Мия.