Чтение онлайн

— Ни на что. — Я стараюсь не поддаваться своим страхам. Снаружи стоит полицейский, и, конечно, если бы было о чём беспокоиться, они бы уже разобрались с этим.

— Ты уверена? Ты выглядишь бледной, как привидение.

Я смеюсь, но на этот раз мой смех звучит натянуто, и Рокси хмурится, понимая, что я обманываю её.

— Я просто немного взволнована, — говорю я ей.

— Ну да. Ты выглядишь так, будто только что вернулась домой после похищения. — Она смеётся, но потом её лицо становится серьёзным, и она протягивает руку, чтобы положить её мне на колено. Этот момент заставляет меня остановиться, и то жаркое и тяжёлое чувство, которое я испытала на заднем сиденье полицейской машины, снова накрывает меня, перекрывая доступ воздуха. Я встаю на ноги и начинаю ходить по комнате, стараясь не смотреть на машину, всё ещё припаркованную у дороги, но безуспешно.

Рокси встает и подходит к окну.

— О! — восклицает она, заметив мой взгляд. — Я не подумала. Мне следовало бы упомянуть об этом. Это моя машина. Папа купил мне новую, потому что он всегда беспокоился о моей безопасности и… — она улыбается, — просто так.

Я знаю, что должна чувствовать облегчение, но я его не ощущаю.

— Кто этот человек внутри? — Спрашиваю я почти шепотом, чувствуя, как меня охватывает паника.

Рокси кладет руку мне на плечо.

— Это всего лишь Реми, — говорит она. — Он действительно хотел приехать и увидеться с тобой. Он так переживал, но я сказала ему, что ему нельзя заходить внутрь, пока я не удостоверюсь, что с тобой всё в порядке, и так далее.

Я смеюсь над ее прямотой, и меня охватывает облегчение, когда я понимаю, что позволила своей паранойе взять верх надо мной.

— Он может войти, — говорю я.

— Ты уверена? Он вполне может подождать в машине. Он знает, что… — она пожимает плечами, решив не заканчивать предложение.

Я заверила Рокси, что не возражаю против того, чтобы ее брат вошел в дом, и она вышла к нему. Реми неловко обнял меня, задерживаясь чуть дольше, чем требовалось. Хотя они близнецы, они не являются точной копией друг друга, и каждый раз, когда я вижу их вместе, меня поражает, насколько они похожи. И не только из-за их природных особенностей, но и благодаря одинаковым блондинистым волосам и необычному чувству стиля.

Мама зовет меня, сообщая, что завтрак готов, и мы все направляемся на кухню. Она уверяет, что приготовила достаточно еды для всех нас. Реми садится на стул рядом со мной, и его близость заставляет меня чувствовать тепло его тела. Мне требуется вся моя сила воли, чтобы не отодвинуть свой стул и не увеличить дистанцию между нами. Я знаю, что мне нечего бояться его, но в глубине души меня всегда мучает вопрос.

Что, если?

Но я отбрасываю эти мысли. Вчера вечером я рассказала полиции всё, что могла, о мужчине из бара и о том, что произошло в кафе. Я даже упомянула мужчину с бассейна, хотя и сомневалась, что он мог быть моим заказчиком. В его поведении было слишком много простоты.

На мгновение, когда я смотрю на знакомые лица за столом, меня охватывает умиротворение. Наверное, такого умиротворения я не испытывала с тех пор, как сбежала. Это вселяет в меня надежду, что, возможно, однажды я смогу сидеть здесь и думать, что мой плен был лишь ужасной частью прошлого.

ГЛАВА 15

МИЯ

— Давайте начнем с того, кого, как вы сказали, зовут Райкер. — Художница сидит передо мной, частично скрытая экраном компьютера, на коленях у нее лежит блокнот для рисования. — Есть ли в нем что-то особенное, что выделяет его из толпы? Просто скажите мне первое, что придет вам в голову.

— Его глаза… — начинаю я, но не могу закончить предложение.

После того, как Рокси и Реми ушли, мама отвезла меня обратно в полицейский участок, чтобы завершить допрос. Закончив разговор со мной, детектив отвел меня в комнату к художнику, надеясь, что моя память поможет мне вспомнить физические данные людей, которые держали меня в плену. Часть меня хотела сказать ему, что он сосредоточился не на тех людях, что им нужно искать моего заказчика, а не Райкера. Но я понимаю, что любая информация о Райкере и Марселе может привести их к моему заказчику. И все же мне кажется предательством описывать его женщине, сидящей передо мной.

— Давайте начнем с глаз, — предлагает она, словно читая мои мысли. — Какого они были цвета?

Я закрываю глаза, как будто пытаюсь вспомнить, действительно ли они все еще живы в моей памяти. То, как они были опущены вниз, придавало ему легкий оттенок меланхолии, и как они скрывались под тяжелыми веками и горели желанием, когда он смотрел на меня…

— Голубые, я думаю, они были голубыми, — отвечаю я.

Они были голубыми, зелеными и серыми. Они были похожи на океан во время шторма.

— А что насчет формы? — Продолжает она. — Они были округлыми? Миндалевидной формы? Были ли морщинки в уголках глаз? Вы заметили белки над радужками или у него были тяжелые веки?

Я качаю головой еще до того, как она успевает закончить свой вопрос.

— Я не уверена, — признаю я.

— Все в порядке, — уверяет она, беря со стола несколько листков бумаги и протягивая их мне. — Взгляните на это. Посмотрите, не кажется ли вам что-нибудь знакомым, не напоминает ли это о нем.

Я изучаю нарисованные от руки глаза разных форм. Ни одни из них не напоминают мне глаза Райкера. Ни одни из этих рисунков не передаёт ту муку и конфликт, которые таятся в его глазах. Тем не менее, я указываю на те, что отмечены как миндалевидные, и возвращаю бумагу, пожимая плечами. Она начинает рисовать, создавая бог знает что, ведь я не предоставила ей много деталей.

— А что с его носом? — Спрашивает она затем.

Я снова пожимаю плечами.

— Это был всего лишь нос, — шепчу я, задаваясь вопросом, знает ли она, что я лгу.

Используя как свои, так и мои наблюдения, она спрашивает, насколько широким он был, насколько прямым, насколько вытянутым и был ли кончик направлен вверх или вниз. Я молчу всё время, пока она рисует, осматривая почти пустую комнату и стараясь не смотреть на то, что она создаёт, на случай если каким-то чудом это действительно будет похоже на Райкера.

Она переводит взгляд обратно на меня.

— Его губы?

У него полные, мягкие, розовые губы, слегка приоткрытые, а нижняя губа слегка опущена.

— Я не понимаю, что вы хотите от меня услышать, — мой голос слегка дрожит, когда она пристально смотрит на меня. — У него была борода.

С тихим вздохом женщина открывает один из ящиков стола и достает папку.

— Полистайте, возможно, кто-нибудь покажется вам знакомым, — предлагает она, поднимаясь на ноги. — Я скоро вернусь, — добавляет она и уходит, оставляя меня в одиночестве в небольшой комнате с единственным окном, через которое проникает луч света, освещая письменный стол.

С прерывистым дыханием я начинаю листать страницы с фотографиями, опасаясь, что Райкер посмотрит на меня в ответ. Но он не смотрит. Ни одно из лиц мне не знакомо, все они кажутся слишком грубыми и жестокими, чтобы быть тем, в кого я влюбилась.

Однако, как только я слышу торопливые шаги художницы, возвращающейся по коридору, моё внимание привлекает одно лицо. Он моложе, на много лет моложе, но я уверена, что это он. Его невинное и почти милое выражение привлекает меня. Художница проходит мимо меня и садится за стол.