Чтение онлайн

– Еды просит, - умилился пандарен, -Хочешь покормить?

Лика рассеянно кивнула. И правда, подкормить эту зверушку было бы явно нелишним. Такие худые бока - кожа да кости. Бедная птичка...

Она тряхнула головой. Похоже, настрой Чао передался и ей.

– Где-то у меня было немного печенья...
– пандарен рассеянно шарил по карманам.

Лика вздохнула и полезла в сумку. Остатки мясного пирог, заботливо собранные в дорогу матерью нашлись аккуратно завернутыми в полотенце. При виде еды грифон оживился, приподнялся на лапы и в нетерпении начал прищелкивать клювом.

Лика неловко размахнулась и бросила грифону кусок пирога. Тот поймал на лету, склюнув его одним быстрым движением и выжидательно уставился на гномку.

– Хватит с те...
– начала было Лика и осеклась. В сущности, что ей, жалко, что ли? Мать забила едой почти полную сумку, долго храниться она все-равно не будет, а ей точно столько не съесть. Да и в бараках, несмотря на отсутствие Мирты, какое-никакое, а питание должно быть. В конце концов, у нее есть деньги и она сможет купить еще еды. Много еды. И покормить эту бедную птичку...

'Бедную птичку?!' - Лика помотала головой и поймала себя на том, что пытается открыть банку с вареньем, которую мать положила специально 'для господина пандарена'.

– Чао, - позвала она.

– А?

– По-моему, нам пора...

– Да-да, конечно, - пандарен с нежностью погладил грифона по крылу и повернул к Лике блаженно улыбающуюся морду.

– Правда, красавец? Его зовут Винсент!

'Да уж', - подумала Лика, направляясь следом за топавшим впереди неё медведем, -'Кажется, ему определенно вредно жевать столько этой своей травы...'.

Она оглянулась на грифона. Зверь снова принял прежнее лежачее положение, но ей показалось, что из-под полуприкрытого века блеснул внимательный глаз.

***

'По лугам да по долинам мчится псовая охота, и кусают псы лениво кабана, что спит у брода...'

Строчки старинной баллады крутились в голове молодого короля, в то время, как серый конь неспешной рысью нес его вдоль лесной опушки. Антуан намеренно увеличил дистанцию от свиты, порядком раздражавшей его в это и без того безнадежно подпорченное овсянкой утро.

Его одолевало искушение углубиться в лес, оторваться от сопровождавших егерей и хоть ненадолго оказаться предоставленным исключительно самому себе.

Предстоявшая встреча с главами комитетов, с их бесконечными повестками дня, докладами, пояснительными записками и проектами новых эдиктов была той еще головной болью.

А ведь постом еще наверняка предстоит прием официальных делегаций, с вереницами представителей посольств, вверительными грамотами, церемониями представления, официальный обед...

И претендентки.

Антуан вздохнул. Сама идея подобной организации смотрин вызывала у него яростный протест. Разумеется, ему было известно о существующей традиции, но до недавних пор он искренне полагал, что она носит лишь условный характер, своего рода символической церемонии. Проклятье. Не то, чтобы он совсем не задумывался о женитьбе, но государственные дела отнимали почти все свободное время, не оставляя на личную жизнь практически ни единого шанса. И тут его просто ставят перед фактом!

Позади послышались ржание лошадей. Антуан оглянулся. Его свита нагоняла его. Помедлив мгновение, он принял решение и, пришпорив коня углубился в лес под сень деревьев.

'Король я, в конце концов, или нет?' - мрачно подумал он, пригибаясь от веток, норовивших хлестнуть его по лицу.

Впоследствии он не мог объяснить себе, что же, все-таки, заставило его подчиниться этому странному импульсу, вопреки голосу разума и чувству долга.

По мере продвижения, деревья теснились все гуще, едва заметная тропа, петляя между деревьев, то и дело перекрывалась поваленными поросшими густыми шапками мха стволами, так что следовать по ней верхом становилось все труднее и королю пришлось спешиться. Густой слой листьев, мха и трав покрывал землю, поглощая звуки шагов. Пахло сыростью. Стояла необычная вязкая тишина, и даже со стороны опушки, с которой Антуан свернул в лес ни доносилось ни единого звука. Это несколько настораживало. Отерев с лица очередную липкую нить паутины, молодой король остановился. Похоже, ему действительно удалось скрыться. Однако, дальнейшее следование по этой, очевидно, давно заброшенной тропе, с конем в поводу становилось все более затруднительным. Он развернулся и похлопал коня по холке.

– Поищем другой путь, Астольф, - сказал он, -Похоже, эта тропинка для нас тесновата!

Конь всхрапнул, тревожно кося глазом. Животное было явно чем-то обеспокоено. Антуан почувствовал его тревогу, и успокаивающе погладил скакуна.
– Это просто густой лес, Астольф, -шепнул он на ухо коню, -Сейчас выберемся на просторное место - там будет посветлее.

Однако, несмотря на то, что они следовали обратно по той же тропе, лес продолжал оставаться таким же густым и тихим. Неожиданно, дорогу им перегородил разлапистый ствол ели, перебраться через который с конём было решительно невозможно. Антуан определенно не помнил этого места.

Все еще не желая признавать очевидное, он свернул с заросшей тропы вдоль поваленной ели, выбрав то направление, которое выглядело относительно проходимым.

Вскоре им удалось выбраться из чащи в небольшой перелесок, где уже можно было снова ехать верхом.

Антуан пытался определить, где они находились, внутренне досадуя на себя. Как можно было в буквальном смысле умудриться заблудиться в трех елях?!

Выбрав, наконец, по его мнению, нужную сторону, он тронул поводья, обратив при этом внимание, что конь по-прежнему вёл себя тревожно. Астольф часто прядал ушами, раздувая ноздри и шумно всхрапывал.

Хмурясь, Антуан слегка пришпорил скакуна, беспокойно озираясь по сторонам и пытаясь выяснить, что именно пугало животное. Серая тень мелькнула под деревьями на окраине прогалины. Астольф издал тревожное ржание, и, словно в ответ ему, из глубины чащи донеслось приглушенное завывание.

'Волки!' - мысль стрелой пронеслась в мозгу Антуана. Но откуда бы им здесь взяться? Отдельные стаи, случалось, бродили по ту сторону Чёрной речки, однако редко отваживались забредать так близко к городу и людским поселениям вокруг него.

Возможно, это одиночка, отбившийся от стаи? Но раздавшийся в следующий миг вой с другого конца прогалины тут же рассеял эту надежду.

В подтверждение его худших опасений из чащи вынырнуло несколько поджарых черных волков. Чёрные волки! Это было невероятно, учитывая, как методично их истребляли на протяжении нескольких последних лет. Они практически уже не встречались даже в самых глухих лесах, где их выслеживали охотники за шкурами и клыками, которые высоко ценились на рынке. Прямо сейчас Антуана окружало целое состояние, достаточное для приобретения небольшого домика в черте города: десяток потенциальных шкур, столько же печенок и желчных пузырей, целая куча клыков и очень, очень много когтей.