Чтение онлайн

Избегание брака и бездетность к концу римской республики и в императорский период превратились во все более распространившийся безнравственный обычай римского населения. [322] Брак считался тягостью, и Светоний ставит даже в похвалу Гальбе, что он взял на себя «тягость брачного состояния».

Императорские биографии Светония полны доказательств вырождения самых элементарных жизненных инстинктов. За исключением двух из двенадцати описанных императоров, все они страдают извращением полового чувства, начиная от простой педерастии и до самых безумных извращений полового инстинкта. Кровожадность и обжорство, пьянство, мания величия, многие признаки физического вырождения, как эпилепсия, спазмы, уродливость, параличи, заикание, припадки меланхолии и т. д., также наблюдаются очень часто, и о них говорится в этих биографиях императоров. Одним из самых странных извращений нормального инстинкта было то, что мужчины стыдились своего естественного вида. Сам Цезарь приказывал выщипывать отдельные волосы на всем теле, и этот все более и более распространявшийся дурной обычай Луциан высмеивал как попытку превратить себя в женщину: «выщипывать у себя повсюду волосы и разглаживать кожу и ни одной части тела не оставлять такой, какой ее создала природа».

Что богатые сословия почти без исключения, именно молодежь, охвачены были тем же опьянением страсти, свидетельствуют все современные им писатели. Полибий набросал, между прочим, страшную картину: «Из молодых людей одни сходили с ума по красивым мальчикам, другие — по гетерам, многие — по музыкальным наслаждениям и попойкам и тратили на это большие суммы после того, как в войне с персами быстро усвоили себе легкомыслие греков в этом отношении, и молодежь была до такой степени охвачена этой необузданной страстью, что многие покупали себе красивого мальчика за талант. Такое настроение потому только с такой силой выдвинулось в те времена, что, во-первых, во уничтожении македонского государства мировое господство Рима казалось бесспорным; затем потому, что посредством денежных сумм, которые притекли из Македонии в Рим, как состояния отдельных лиц, так и богатства государства получили большой прирост» (XXXII, 11).

Одним из важных, до сих пор многократно упускавшихся из виду, факторов в вымирании высших сословий являются половые болезни, которые или действуют непосредственно, уничтожая плодовитость, как, например, гонорея, или же косвенно, являясь причиной появления на свет нежизнеспособного потомства, как, например, сифилис. Статистические исследования показали, что именно члены достаточных кругов населения, академически образованные, чиновники, офицеры, купцы, которые все должны временно или постоянно жить в больших городах и только поздно могут жениться, преимущественно поражаются этими болезнями. Многое говорит за то, что уже в древности гонорея производила подобные опустошения в расе. [323]

Кроме многочисленных ущербов, наносимых расе процессом устранения среди сословий и городского населения, существует еще целый ряд обычаев и привычек, которые также являются препятствием для здорового органического развития расы. В особенности сюда следует отнести безбрачие известных групп населения, на первом плане — безбрачие католического духовенства. Безбрачие это устраняет добрую часть лучшей крови и зародышевой плазмы из расового процесса, в особенности в те периоды, когда безбрачное духовенство является вместе с тем и носителем науки, искусств и политики, и все интеллигентные и деятельные элементы вступают в ряды этого сословия. Больше всего страдают от этого низшие и беднейшие слои, у которых таким путем отнимаются уже сами по себе редкие среди них таланты, так как католическое духовенство выискивает значительные дарования и дает им средства для учения. Где духовенство и монахини образуют такую многочисленную массу, как в Италии, Испании и Франции, там должно наконец наступить ухудшение расы, так как многие гениальные дарования подавляются в буквальном смысле этого слова в зародыше и навсегда теряются для расового процесса. [324]

Современное безбрачие женщин, посвящающих себя самостоятельным ученым, промысловым или служебным занятиям, или уходу за больными, также лишает расу невознаградимой суммы интеллектуальных и моральных талантов.

Если расторжение семейных и социальных уз причиняется, с одной стороны, ищущим наслаждения эгоизмом, то с другой — оно есть источник духовного индивидуализма, который в этой свободе дает созревать прекраснейшим цветам искусства и литературы. Все вершины духовной жизни становятся таким образом введением к неизбежному физиологическому вырождению. Свобода и истощение жизненных сил индивидуумов, которые так необходимы для высшего духовного, художественного и религиозного творчества, угрожают и расшатывают органическое существование расы. Брачная и семейная история знаменитых людей представляет неоспоримое доказательство, что индивидуализм и интеллектуализм в корне истощают видосохраняющие инстинкты.

Как на вершине общества процесс устранения уменьшает расу количественно и ухудшает ее качественно, так и сходное, но в своих действиях противоположное явление имеет место в низших слоях, где скопляются индивидуумы и семьи, побежденные и надломанные в борьбе за существование. Антропологический пролетариат, составляющийся из преступников, бродяг, нищих и других вырождающихся элементов, медленно, но верно вычеркивается там путем ранней смерти и бесплодия. В этих семьях, как говорит Бонхоффер, дело идет большею частью об «окончательно расшатанных существованиях или о привычных социальных паразитах». Превосходные исследования этого автора показали, что они представляют результат естественного процесса отбора, слой телесно и психически слабо предрасположенных индивидуумов, предки которых вступили на наклонную плоскость. С точки зрения наследственности надо считать благоприятным явлением при данных условиях, что в этих слоях существует сильная наклонность к вымиранию. Среди способных к браку многие не состоят в браке; браки же показывают замечательно малую плодовитость. В среднем — на десять семей имеется двенадцать живорожденных детей — число, которое остается далеко позади среднего размера плодовитости населения, в особенности рабочего населения. В группе индивидуумов, рано сделавшихся преступными, число детей еще незначительнее. На десять семей имеется только восемь детей. «Мы видим, что таким образом исполняются требования здорового процесса отбора. Исключение телесно и психически дефектных индивидуумов совершается путем ранней смерти и путем явно выраженной тенденции к вымиранию племени». [325]

Такой неумолимый процесс естественных сил в истории культуры представляется не только необходимостью, но он возобновляется закономерно, и ничто человеческое не может избегнуть его. В процессе истощения и вымирания рас господствует имманентный рок, в силу которого может случиться, как говорит Додель, что «народы сгнивают, не замечая этого». Ибо существует внутреннее противоречие между органическим подбором и культурным развитием расы. Последнее покоится на духовных и технических функциях, которые, вследствие своего общественного характера, отделяются от индивидуального и семейного организма и могут вступать в состязание с физиологическими функциями, которые вследствие этого отнимаются у естественного отбора и вырождаются. Те расы, которые свои политические и культурные учреждения ставят всецело в распоряжение органического отбора, хотя и могут произвести здоровый, мощный, воинственный народ, никогда не произведут высокого расцвета государственного и культурного состояния. С другой стороны, те, которые быстро возносятся до ускоренной тепличным способом культурной высоты, подобно многим культурам средних веков, падают оттуда после непродолжительного, но интенсивного напряжения и продуктивности. Из государств только те долее других остаются на вершине достигнутого ими процветания, которые не придерживаются одностороннего естественного отбора и не поддаются чересчур стремительному культурному порыву, но часть своего более одаренного населения щадят и сохраняют в возможно здоровых жизненных условиях как свой природный источник талантов.

Распадение общества на сословия и профессии является последствием разделения труда и господства на основании различий телесных и душевных способностей. Эти расчленения общества основываются либо на племенных и расовых различиях, либо на вариации и накоплении индивидуальных энергий внутри одной и той же расы. Сословия и профессии имеют поэтому свои своеобразные антропологические характеры, которые особенно выдаются в морфологических различиях.

Где у примитивных племен образовалось наследственное благородное сословие, или семьи вождей, там сочлены последних, по сообщениям этнологов, отличаются часто большей силой и размерами тела. В этом проявляется врожденное превосходство, которое вело к социальному отбору воинственных, т. е. физически более деятельных и более сильных индивидуумов.

У варварских народов Центральной Африки и Малайо-Полинезийского архипелага, где развилась более прочная государственная организация, благородное сословие состоит большею частью из чуждой, переселившейся, завоевательной расы, которая более или менее смешалась с туземцами. Повсюду эти сословия отличаются более светлой окраской кожи, которая в Африке происходит от семитической и хамитической расы, а на Малайском архипелаге — от индусской. Яванские княжеские и дворянские семьи, обладающие более светлой окраской кожи и более европейскими чертами лица, считаются потомками древнего индусского народа, который в прежние времена завоевал этот остров. [326] У тагалов высшее дворянство — также индусского происхождения. На Мадагаскаре мужчины и женщины вообще темного цвета, за исключением тех благородных племен, которые ведут свое происхождение непосредственно от арабов и которые обладают очень светлой окраской кожи. [327] На Кавказе первые княжеские роды страны ведут свое происхождение от еврейских племен, и теперь еще евреи занимают наилучше расположенные кварталы городов.

В населении Таити имеется «королевский тип», к которому принадлежат семьи ариев, или высших вождей. Члены этих семей отличаются более высоким ростом и более светлым цветом кожи, нежели у таитян. Глаза королевских семей Райятеа и Хуахине — светлые, с голубоватым блеском. Борода и волосы светлые и имеют склонность иногда к красноватой окраске. Арии — последние пришельцы и завоеватели, которые вследствие своей высшей физической силы и интеллекта покорили низший народ. Они образуют господствующую касту и придают большое значение избеганию неравных браков, почему и презирают ублюдков. [328]

В Японии высшие сословия, в руках которых находятся управление и знание, отличаются от низшего народа более тонким типом. Они выше ростом, узколицые и склоняются к долихоцефалии. Более тонкий тип замечается и у китайской знати. По словам Миддендорфа, аристократия инков в Перу составляла особый род, превосходящий своим телесным сложением и духовными способностями остальные племена плоскогорья, и очень многочисленный, который однако после прибытия испанцев и вследствие гражданских войн большею частью погиб. Инки, по другим сообщениям, были светлее и чаще имели бороду, у них не было орлиного носа и узко прорезанных глаз. [329]