Чтение онлайн

Если мы можем считать вполне доказанным, что в древнейшие периоды толпы белокурых северян проникали до Китая, Вавилонии и Египта и могли принести этим расам как культурные элементы, так и культурные способности, все же было бы слишком смело рассматривать культуры тех стран как творение северной расы. Уже одно психологическое соображение исключает подобную гипотезу, так как те культуры слишком своеобразны и от северных слишком отличаются, независимо от того, что едва ли можно было бы тут привести антропологические доказательства в пользу такого предположения. Однако длинноголовые египтяне и вавилоняне превосходят культурной способностью китайцев, и только модная теория приписывает круглоголовым сумерийцам в Месопотамии превосходство над современными им и последующими семитами. Только вавилоняне внесли широкое движение в сумерийскую культуру.

Во всяком случае доказано, что египтянам была известна северная раса; это доказывает изображение человека с белой кожей, голубыми глазами и белокурыми волосами на памятнике XIV века до Р. X. Около этого же времени они пришли в соприкосновение и с индусами, [354] и известно, что западные соседи египтян, ливийцы, содержали значительное количество светлокожих элементов.

Китайцы называют себя в своих древнейших песнях почетным именем «черноволосого народа» — конечно, в противоположность чужому светловолосому. Уифальви говорит, что от северян, которые описываются в их летописях как люди с бледными лицами, лошадинообразными головами, выдающимся носом и глубоколежащими глазами, они научились искусству полевого орошения. Позже индусская культура оказывала большое духовное влияние на восточные монгольские народы, до самых островов Малайского архипелага, куда также проникла их раса. Это происходило главным образом в последние века до Р. X. и в первые по Р. X. «Чем была Греция для запада, тем была Индия для восточного мира». [355]

Не так легко узнать отношения северной расы к азиатским культурам Передней Азии, именно к евреям. Евреи, по Luschan'у, образовались из трех расовых элементов: собственно семитического, брахицефального типа (хеттеяне) и северно-европейской примеси (амориты), которая обнаруживается среди них и теперь. [356] Участие трех расовых групп в еврейской культуре представляет проблему, которая до сих пор горячо обсуждается. То наблюдение, что длинноголовые — между ними преимущественно светлоокрашенные, великорослые типы — являются интеллектуально и морально высшими среди своих единоверцев, позволяет сделать заключение, что эти элементы и в древнейшие времена еврейского народа играли значительную роль.

В Средней Азии и Южной Европе развились многочисленные культурные очаги, из которых произошли вершины и расцвет всего человечества. Эти культуры составляют вполне творение северных племен. Индусы, персы, греки, римляне были первоначально настоящими сынами белокурой, светлой расы, которые постепенно, путем смешения с более темными туземцами, более или менее утеряли свои признаки.

Большой прогресс в антропологическом понимании истории представляет замена ничем не обоснованной гипотезы о переселении германцев из Азии доказательством, что «индогерманская раса» порождена в Европе и произошла в северных областях. После того, как многими историками были высказаны подобные же взгляды, Л. Гейгер (1869–1870), на основании физиологических соображений, впервые с большою определенностью назвал Европу первобытным жилищем индогерманцев. Он — того мнения, что там, где индогерманский тип остался наиболее чистым и несмешанным, можно с наибольшею вероятностью предполагать его родину. Он полагает, что нашел эту родину в Средней и Западной Германии. [357] На основании более точных антропологических доказательств Л. Вильзер (1881) пришел к заключению, что Скандинавия была первоначальной страной «арийской» или «индогерманской» расы. Здесь эта раса сохранилась в наибольшей чистоте. Отсюда со времени каменного века до настоящего времени толпы выходцев распространялись по всем направлениям земной поверхности. [358]

Вирхов, Пенка, Вильзер и другие доказали, на основании латинских и греческих произведений литературы, что германцы в классическую эпоху обладали большим ростом, белокурыми волосами, голубыми глазами и светлой кожей. То же самое говорится и относительно галлов и славян. Л. Вильзер напоминает, что Булвер впервые высказал предположение, что греки были белокурыми и голубоглазыми пришельцами с севера. Затем Пенка построил теорию, что греки и римляне имели тип, сходный с германским. Все относящиеся сюда литературные сообщения Лапуж изложил вкратце в прибавлении к своему труду о социальной роли арийцев (Ариец и его социальная роль. 1899). К последним можно было бы еще прибавить многочисленные сообщения из Теокрита, Светония и других писателей, которые доказывают, что голубые глаза и белокурые волосы в доклассичес-кий и классический периоды должны были быть у греков и римлян очень часты, в особенности у высших слоев. И, действительно, боги, герои, властители и пастухи описывались именно таким образом. Из двенадцати императоров, которых описывает Светоний, трое имели голубые глаза: Август, Нерон, Гальба, между тем как глаза Цезаря, который, очевидно, был продуктом смешивания, с точностью называются черными, а о глазах прочих императоров совсем не упоминается. Многочисленные бюсты Цезаря показывают, напротив, настоящую германскую форму черепа и лица.

Александр Великий обладал общим македонским типом, т. е. очень белой кожей с розовым отливом, германской формой головы и лица, красноватыми волосами и темно-голубыми глазами. [359]

Согласно сделанному мне лично сообщению, греческие фанариоты, которые, как известно, гордятся своей расовой чистотой, отличаются часто светлой пигментацией. На Крите среди греков находят многих светлоокрашенных индивидуумов. [360]

Что касается восточных, азиатских народов, говорящих на «арийских» языках, то последнее обстоятельство отнюдь не обязательно доказывает «арийское» происхождение их pасы. У современных персов и армян скорее преобладает брахицефалия, и они очень приближаются к альпийскому типу. Они образуют первобытное население, покоренное светлыми пришельцами, язык которых и нравы они усвоили. По исследованиям Уифальви, персы времен Ахеменидов были почти все белокуры. [361] Остатки персидского населения, горные племена курдов, описываются, как белокурые и голубоглазые, так же как и остатки пароян на южном прибрежье Каспийского моря. [362] На окрашенных рельефах Акрополиса в Сузах, изображающих стражу персидских царей, глаза окрашены светло-голубой краской, а кожа, наоборот, — в темноватый цвет. [363]

Индусы большею частью длинноголовы, но свою светлую окраску отчасти утратили путем смешения с дравидами и монголами. Глаза их описываются как светлокарие, переходящие в серый и голубой цвет. Каста браминов, которая отличается светлой окраской кожи, содержит еще весьма большую часть блондинов, в особенности на северо-востоке. [364] Согласно историко-антропологическим исследованиям Ш. де Уифальви, голубые глаза, по-видимому, существовали до VII века по Р. X., и только в последние три столетия они совершенно исчезли. Современные индусы сохранили от северного типа высокий рост, долихоцефалию, узкое лицо, узкий нос и сравнительно светлую кожу. [365]

Когда германцы надолго спустились в северно-европейскую равнину, они нашли здесь переселившуюся из Азии расу, которую они отчасти искоренили, поработили и оттеснили в среднеевропейские горные цепи, где она скопилась в большом количестве и до нашего времени сохранилась в наиболее чистом виде.

Уже Клемм приписывал антропологический тип пассивных людей низшему и сельскому населению Европы, которое представляет остатки первобытного населения. Прюнер-Бей на международном антропологическом конгрессе в Париже в 1867 г. высказал мнение, что человек эпохи северного оленя представлял «монголоидный тип», с небольшою окружностью брахицефального черепа и широким лицом, и что этот тип еще не угас и теперь еще продолжает существовать большими группами в Альпах, на Лигурийском берегу, в Пиренеях и т. д. [366] Картфаж впоследствии развил еще далее теорию монголоидного типа альпийской расы, которая теперь признается большинством антропологов, за исключением приверженцев и учеников Вирхова. Ф. Тамплинер хотя и показал, что, кроме брахицефалии, альпийский человек не имеет никаких общих признаков с монголами, забыл, что к современному альпийскому типу примешано много германской и средиземной крови и что у этих помесей в брахицефальной голове сохранился самый прочный признак первоначального монгольского типа, так как он при скрещиваниях с длинноголовыми обладает особенной силой наследственности.

Что касается генеалогической связи доисторических рас с ныне живущими народами Европы, то в древнейших слоях четвертичного периода находят долихоцефальные расы. Затем, рядом с первобытным населением, появляются круглоголовые, которые увеличиваются в числе, пока в начале исторического периода длинные черепа снова не возьмут перевеса. Многое говорит за то, что первобытные негроидные длинноголовые расы переселились из Африки; в Южной Европе они произвели малорослую, смуглую, длинноголовую расу, а на севере — белокурую, между тем как Средняя Европа была заселена вышедшей из Азии брахицефальной расой. Затем с началом исторического периода начался эмиграционный поток белокурых долихоцефалов на юг; из них древнейшие толпы достигли Северной Африки, Передней Азии и Индии, потом галлы двинулись частью в Италию, Малую Азию и в современную Францию, и, наконец, за ними двинулись германцы и славяне.

На заре исторического периода начинается заслуживающая удивления социальная роль германской расы, и со своей северной родины она дает распространиться по всем направлениям органическому и духовному ферменту для более высокого развития всех народов. Итак, физическая и историческая антропология должна была подтвердить гипотезу великого значения германской расы, — гипотезу, которую Бурдах, Клемм, Вейтершейм и Гобино обосновали на чисто культурно-психологических соображениях.

Ю. Колльман оспаривал учение о генетической взаимной связи исторической антропологии и культурных продуктов и полагал, что для Европы, по крайней мере, раса и культура не стоят ни в какой причинной связи: «на основании данных краниологии надо опровергнуть сякую теорию о превосходстве какой-либо европейской человеческой расы. Ни анатомия европейских рас, которая освещается краниометрией, ни психология, измерившая емкость черепов или объем мозга, не дают опорных пунктов, которые допустили бы делать выбор между расами. Также и о большинстве тех или других форм черепа не может быть речи, ибо длинные и короткие черепа именно в тот период, когда закладывалось основание прочному прогрессу в культуре, в численном отношении были почти равны». [367]

Другие исследователи, как Шаафнаузен, Вирхов, Матиегка, Тейлор и Мортилле, склонны даже приписывать брахицефально-му человеку душевное превосходство. Они пришли к этому выводу на основании того, что древнейшие европейские черепа были длинны и узки, и только с прогрессом культуры ширина их начала прибавляться. Они были введены в заблуждение этим обстоятельством и заключили отсюда, что культура делает череп шире, т. е. порождает более высокое развитие мозга, или, скорее, что культура есть продукт более широкого черепа.