Чтение онлайн

В государствах, составленных из цветных и белых рас, последние образуют высшие и господствующие слои, как в Мексике, Перу, Бразилии и Северной Америке, где в пределах белой расы английская, т. е. группа янки, опять-таки господствует над другими. Затем, согласно оценке общественного мнения, следуют скандинавцы, немцы, французы и ирландцы, за ними — группа итальянцев, русских и поляков, и, наконец, негры, индейцы и китайцы. В южных частях Соединенных Штатов продолжается старое разграничение между белыми и черными как в отношении брачных союзов, так и в отношении социального общения. Эти рамки, как говорит Бальдвин, являются частью «неписанного закона лучшего общества», и закон этот проводится даже в «демократических» северных штатах. «Если негры получают образование, то они желают подняться выше своей расы, однако двери общественного общения бывают для них строго закрыты из-за цвета их лица. Таким образом в Вашингтоне можно наблюдать замечательное зрелище: обе расы живут рядом в полной гармонии и добром согласии, но во всех общественных, литературных и промысловых стремлениях строго разобщаются». [330]

На Украине дворянство и низшее население образуют два антропологических типа, из которых первый отличается преимущественно большим ростом и большими размерами головы. [331]

Подобные различия наблюдались в большинстве государств европейского населения, а именно между городским и сельским населением, между высшими и низшими сословиями, как и в отдельных группах различных профессий.

Первый исследователь, указавший на антропологические сословные различия, был Г. Клемм, который предложил гипотезу, что Европа имела пассивное (монголоидное) первобытное население, остатки которого могут быть еще прослежены там и сям среди сельского населения, и которому соответствует во всей Европе «bassa gente» (низший люд — бассагенты — русский вариант). [332]

Одним из замечательнейших социально-антропологических явлений можно считать факты, впервые открытые во Франции Дюранде Гросом и Лапужем, [333] в Германии — О. Фраасом и в Карлсруэ, которые были затем опубликованы Л. Вильзером. Эти открытия указывают, что между формой головы городских и сельских обитателей существует различие в том отношении, что первые длинноголовее вторых. [334]

Лапуж нашел, например, в Британи, в кантоне Ренн, что черепной указатель городского населения составляет 82,8, а деревенского — 84,7, [335] и что пришельцы в Монпелье отличаются от оставшихся в провинции на 2–4 единицы меньшим указателем. [336] Гоблиньон исследовал в девяти кантонах городское и сельское население в отношении их формы черепа и нашел, что каким бы ни был общий указатель, высоким или низким, он в городах всегда бывает ниже. [337]

Что касается антропологических различий между высшими и низшими слоями, то это уже старый, много раз подмеченный френологами факт, что широкая голова встречается гораздо чаще в таких профессиях, которые требуют физической работы, узкая же — у таких людей, которые посвящают себя более интеллектуальным деятельностям. В Англии интеллигентный человек называется «a long-headed man»; [338] в Германии глупый человек называется «квадратным черепом». В Мекленбурге об особенно умном человеке говорят обыкновенно, что он обладает «длинной головой».

О. Фраас писал уже в «Об этнографии Вюртемберга», что распространение брахицефального и долихоцефального типа различно не только по местностям, но что различная частота их может быть явственно узнана среди различных сословий на одном месте, именно в городах. «Среди дворянства и достаточных буржуазных классов находится больше германских форм, нежели среди ремесленников и наемных рабочих». [339]

По словам Лапужа в Монпелье существует морфологическое различие между знатным и низшим населением, также между аристократическим и крестьянским населением в сельских округах. Аристократия склоняется к долихоцефалии, крестьяне, напротив, — сильно к брахицефалии. [340] Тридцать черепов XVII и XVIII столетий, принадлежавшие аристократическим классам, были, за одним единственным исключением, долихоцефалическими. [341]

В Вюртемберге фон Гольдер наблюдал среди сословий у поколений интеллектуально-занятых гораздо больше долихоцефалических форм, нежели среди ремесленников. [342]

Аммон нашел среди ряда ученых 6 % ясно выраженной круглоголовости и 33 % ясно выраженной длинноголовости, между тем как соответствующее среднее городское население обладает только 25 % длинноголовых.

Муффан определил, что в Бретани области, населенные светлоокрашенными длинноголовыми жителями, отличаются богатством интеллектуальной и экономической деятельности, и что самые выдающиеся личности департамента почти все происходят из областей, населенных светлоокрашенными долихоцефалами. [343]

В отношении длины тела обнаруживаются также замечательные различия. Л. Шалюмо наблюдал в 80 отделах классов, распределенных по профессиям, что с большими требованиями на интеллектуальные способности дайной профессии увеличивается и рост тела. Ч. Робертс полагает, что все классы английского населения в возрасте до восьмого года бывают, вероятно, одинакового роста, — что, правда, оспаривается другими, — но затем дети ремесленных и рабочих классов растут медленнее и остаются на 2,5 дюйма ниже высших классов. [344]

Розенфельд нашел, на основании данных швейцарской рекрутской статистики, что среди представителей либеральных профессий, юристов, врачей, писателей, учителей и т. д., обнаруживается гораздо более крупных индивидуумов, нежели в других профессиях. [345]

Ф. Гальтон исследовал у 2134 кэмбриджских студентов окружность головы. Согласно его исследованиям, 487 студентов, сдавших экзамены по первому разряду, имели в среднем большие головы, нежели 913 человек второго разряда, между тем как у 734 не выдержавших экзаменов были наименьшие головы. [346]

К. Пирсон показал, что у людей умственного труда средняя окружность головы больше, нежели у рабочих; он полагает возможным отнести это явление к лучшему питанию, так как он нашел, что у групп с одинаковым жизненным положением и одинаковыми житейскими привычками нет определенного взаимного соотношения между величиной головы и духовными способностями что впрочем, не согласуется с обширными исследованиями Матиегка и других. [347]

В пределах профессий с преобладающим физическим трудом — среди кузнецов, слесарей, медников и т. д., по Биндевальду, встречается гораздо меньше негодных к военной службе, нежели среди сапожников и портных. Тут, однако, гораздо менее действует самое занятие, нежели социальный отбор, так как телесно более слабые выбирают обыкновенно такую профессию, которая ставит меньшие требования развитию физической силы и ловкости. [348]

Подобные же различия относительно годности к военной службе, именно в отношении размеров тела в вышеназванных профессиях, нашли Розенфельд в Швейцарии, Беддол — в Англии и Мановре — во Франции. [349]

Что касается значения приведенных антропометрических различий, то они в наименьшей части представляют последствие лучшего воспитания и питания, но в преобладающей мере основываются скорее на врожденных и унаследованных естественных предрасположениях. Форма головы врожденна и неизменна, равно как — на что уже было указано — размер головы, и очень вероятно — и длина тела. Питание и упражнение могут только отбирать и развивать врожденную энергию роста.

Социальное наслоение сословий и профессий — как это доказано уже для более ранних периодов — можно еще и в настоящее время рассматривать как следствие антропологических расовых и индивидуальных энергий, которые побеждают в естественном отборе внутри общества. Что касается социально-антропологического строения среднеевропейских государств, в которых смешанно живут альпийская и северно-европейская расы, то в высших сословиях господствуют германские элементы и присоединяющиеся к этому типу помеси, которые отличаются то большим ростом, то большей длиной черепа и более светлым пигментом.