Чтение онлайн

Парламент Северной Ирландии, который собирался в зале городского собрания Белфаста с 1921 по 1932 г., после чего переехал в гораздо более величественное здание замка Стормонт, не был влиятельным политическим учреждением. Абсолютное большинство правительства юнионистов, отсутствие оппозиции (большая часть националистических и все республиканские члены бойкотировали парламент в первые десять лет его существования) и круговая порука в парламенте приводили к тому, что ведение дел в нем было весьма запутанным, некритичным, неэффективным и затрудненным мелкими местными вопросами. Как заметил один историк, парламент «представлял собой работу с частичной занятостью, так как обычно он заседал лишь пару месяцев в году и существовал, как казалось, исключительно для одобрения правительственной политики» [350] .

Когда Вудс 16 мая 1923 г. занял свое кресло в североирландской Палате общин, в ней состояло пятьдесят два члена, из которых он единственный не получил официального партийного выдвижения. С самого начала Вудс четко представлял себе свою позицию в качестве «оппозиции в единственном числе» и использовал свой фаталистический и самоуничижительный ум, чтобы вжиться в эту роль [351] . «Я знаю, что я — всего лишь глас в пустыне, — объявил он спустя несколько месяцев во время прений по финансовым вопросам, — и все, чего я хочу, — это чтобы мое мнение по данному вопросу попало в протокол. Я знаю, что на него не обратят никакого внимания, но все равно должен произнести то, о чем думают люди снаружи» [352] .

В официальных протоколах парламентских дебатов Вудс предстает человеком честным, прямым и здравомыслящим, который твердо намерен добиться, чтобы его услышали, не только из-за того, что это является его правом и обязанностью, но и потому что он получает удовольствие, раздражая помпезных, снисходительных и привязанных к протоколу юнионистских сановников и их однопартийцев, которые пытались своими насмешками и угрозами заставить его замолчать. Временами Вудса сбивали с толку вопросы парламентского этикета, детали законодательства или сферы действия конституции, и его оппоненты тут же использовали эти ошибки, но он каждый раз выходил из ситуации, добродушно и скромно извинившись или пошутив. Он заслужил уважение некоторых членов парламента за упорную и чистосердечную защиту интересов бывших военнослужащих. Иногда палата общин принимала предложенные им поправки (но лишь те, которые касались мелких принципиальных вопросов), а министры соглашались рассмотреть отдельные случаи, на которые обращали их внимание неутомимые расспросы Вудса.

С другой стороны, Вудс, никогда не бывший очень хитрым или проницательным политическим деятелем, часто не разбирался в махинациях и мотивах партийной машины, против которой выступал. Так, он твердо поддержал предложение сэра Джеймса Крэйга заменить пропорциональное представительство системой одномандатных избирательных округов [353] . Вудс правильно рассудил, что система, в которой побеждает кандидат, набравший простое большинство голосов, значительно снизит затраты на предвыборную кампанию для независимых депутатов. Однако он не учел, что эта избирательная реформа также поможет консолидировать существующее партийное большинство и существенно уменьшит шансы независимых кандидатов на победу. Именно в этом, разумеется, заключалась основная цель, которую преследовало руководство юнионистов в проведении данного закона [354] .

Благородный и храбрый член парламента от Западного Белфаста, возможно, и был всего лишь любителем в политике, но он был человеком, который профессионально создавал неприятности — и не скрывал получаемого при этом удовольствия. Его первое продолжительное участие в парламентских дебатах состоялось менее чем через неделю после вхождения в должность, когда он обрушился на Билль о спиртных напитках (целью которого являлся запрет на продажу алкоголя по воскресеньям без сопутствующей еды) как на «документ, лучше которого едва ли можно что-то придумать, если политика правительства заключается в большевизации Ольстера». Он утверждал, что только богатые могут всегда позволить себе обильную пищу в придачу к своей выпивке, и это спровоцирует зависть и «классовую ненависть» среди большей части населения. По его мнению, эта мера олицетворяла презрение, которое демонстрируют «экстремисты» с «ограниченным умом» по отношению к «простым и весьма здравомыслящим гражданам», в то время как те лишь желают, чтобы в них поверили и дали им достаточно независимости и свободы, чтобы распоряжаться собственной жизнью [355] .

За оставшиеся восемь недель сессии 1923 г. Вудс высказывался не менее девяносто пяти раз, обращая пристальное внимание на вопросы безработицы, профессиональной подготовки, жилищного вопроса, медицины, пенсий и страховок — тех проблем, которые больше всего беспокоили бывших военнослужащих. В следующем году он уделял не меньшее внимание этим же темам, но к ним еще добавились вопросы законодательства дорожного движения. Он все так же раздражал других членов парламента. Беспечные, но неизменно настойчивые выступления Вудса вызвали особенную антипатию у Сэма Мак-Гаффина, действительного члена Юнионистской лейбористской ассоциации Ольстера от Северного Белфаста, жителя Шанкилл Роуд.

Однако за стенами парламента позиция Вудса заслужила ему народную симпатию и поддержку. Когда в апреле 1925 г. в Ольстере проходили очередные всеобщие выборы (все еще по принципу пропорционального представительства), «боевой полковник» выдвинул свою кандидатуру в двух округах — как от своего нынешнего, Западного Белфаста, так и от Южного Белфаста, где он жил. Кампания Вудса, вновь активно поддержанная его братом и женой, была столь же яростной, как и два года назад, а нападки его противников не стали менее мстительными. Томас Моулз, официальный представитель юнионистов и заместитель спикера в нижней палате первого парламента, боровшийся с Вудсом по округу Южный Белфаст, объявил, что «за время своей карьеры он наблюдал, как появлялись и исчезали разные странные фигуры, но никогда не видел ничего подобного полковнику Вудсу» [356] . Другой кандидат от юнионистов по Южному Белфасту, Хью Мак-Дауэлл Поллок, бывший президент Торговой палаты Белфаста и министр финансов в предыдущем правительстве, обвинял Вудса в бесполезности и бездеятельности [357] . От юнионистов в этом округе выдвигались еще две важные персоны, сэр Кроуфорд Мак-Каллаг, бывший (и будущий) лорд-мэр Белфаста, и Эндрю Блэк, видный адвокат. Они также разделяли презрение, которое испытывали к наглому самозванцу их коллеги.

В ответ Вудс уничижительно называл своих юнионистских противников «четырьмя заплесневелыми стариками» (это было верно в отношении Поллока, которому было семьдесят три года, но Моулз был всего на девять лет старше самого Вудса) [358] . В Западном Белфасте он обещал бороться за «правду и честную игру… против объединенных сил Ольстерской Прессы, Политических Манипуляторов и Диктаторов» [359] . Он утверждал, что является истинным членом Оранжевой ложи (и, по его заявлениям, также членом «более высоких» братств — Фиолетового ордена Королевской Арки и Королевского Черного ордена) и сторонником нынешних границ. Однако он отказывался слепо следовать партийной линии в важнейших социальных и экономических вопросах, требуя снизить налоги, ограничить арендную плату, принять меры по уменьшению безработицы и снизить стоимость жизни, а также запретить законы, ограничивающие употребление спиртных напитков. Роберт Вудс был настроен более воинственно: «Полковник, — обещал он, — войдет в парламент и погонит разжиревшую клику на конце штыка точно так же, как 9-й батальон погнал жирных немцев во Фландрии» [360] .

В Южном Белфасте Вудс выиграл выборы. В Западном Белфасте он стал вторым после Джо Девлина, ведущего националистического политика Ольстера (который вновь отказался от должности). Вудс выбрал место от своего прежнего округа, при этом считая себя «моральным представителем» другого округа [361] . В целом, прежнее большинство юнионистского правительства после этих выборов сократилось на семь мест. Независимые депутаты получили четыре места в Белфасте (включая два, выигранные Вудсом), лейбористы получили три места, и от сельского избирательного округа в парламент вошел депутат фермеров [362] . Вдобавок десять мест получили националисты и два — республиканцы. Националистическая газета «Айриш Ньюз» приветствовала результат как «избирательное поражение» лоялистов, и даже юнионистские газеты признали, что выборы отразили недоверие существующему правительству [363] . Именно неожиданная победа Вудса в 1923 г., а также его смелая и энергичная деятельность в первом парламенте подготовили путь для других, готовых бросить вызов гегемонии официального унионизма [364] .

В своем втором парламенте Вудс не стал вести себя более почтительно, чем в первом, но теперь он был менее язвительным и многословным и вызывал меньший антагонизм. Очевидно, он начал привыкать к протоколу и этикету и подстроился к тонкостям и хитростям политических дебатов. Возросшее число независимых и оппозиционных членов в палате (к 1927 г. все представители от националистов, включая Джо Девлина, заняли свои кресла) также означало, что он больше не находился в той изолированной, ненормальной и со всех сторон осаждаемой позиции, как раньше. Большинство выступлений Вудса касались все тех же социальных и экономических вопросов, особенно тех, которые имели прямое отношение к благополучию бывших военнослужащих. Он регулярно выступал против расходов на государственный аппарат и парламент, которые он считал несоразмерно высокими, и против найма на государственную и полицейскую службу в Северной Ирландии англичан, так как считал, что эти должности должны занимать безработные ольстерцы [365] .

Он также начал участвовать в работе парламентских комитетов, рассматривая и переделывая детали законодательных предложений. В частности, в 1926 г. он принимал участие в разработке Билля о моторных транспортных средствах (движение и правила). В 1927 г. он активно участвовал в работе над Биллем о спиртных напитках и лицензировании их продаж [366] . В то же время он представил свой Билль о трудовой занятости инвалидов — участников войны. Это был заслуживающий уважения законодательный акт, который предусматривал ряд радикальных и новаторских предложений по созданию рабочих мест для ветеранов. Однако его автор вновь продемонстрировал, что его принципы преобладали над прагматизмом. Вместо того, чтобы добиться поддержки юнионистов, Вудс попросил выступить в поддержку билля своих лейбористских коллег. Это автоматически настроило против него правительственное большинство, которое никогда не было в восторге от его беспартийной политики. Билль был отклонен [367] .