Чтение онлайн

Вудс также решительно клеймил любую политическую линию или действия, на которых лежал отпечаток религиозных противоречий. «Если человек служил в армии, — заявлял Вудс в 1926 г., — к нему нужно относиться так же, как и ко всем остальным, и неважно, каких убеждений он придерживается. Чем скорее к этим людям <католикам> станут относиться должным образом и по справедливости, тем выше это поднимет честь… нашего правительства» [368] . Он беспокоился не столько за бывших военнослужащих католического вероисповедания, сколько за принцип равенства. Через три года во время дебатов по постоянно откладываемому правительственному закону об одномандатных избирательных округах Вудс обрушился на привычку «все рассуждать и рассуждать о том, что это — дело католиков, это — дело протестантов. Неужели мы не можем обойтись без этого?.. Неужели все мы не можем быть ольстерцами и работать ради блага нашей страны? Разве не для этого мы здесь собрались?» [369] .

Два месяца спустя, в июне 1929 г., Крэйг распустил парламент и назначил первые выборы, которые должны были проходить по новой избирательной системе. Западный Белфаст теперь был разделен на четыре избирательных округа. Вудс выдвинул свою кандидатуру в округе Святой Анны, в центре которого находилась его родная улица Сэнди Роу. Его противниками были майор Дж. X. Мак-Кормик, официальный юнионист, ранее служивший в канадской армии, который выступал против Вудса с обычными голословными обвинениями в политическом предательстве, и миссис Эмили Моффат Клоу, кандидат от общества трезвости, осуждавшая полковника за то, что его поддерживали торговцы спиртным. Братья Вудс отвечали привычной критикой «старой клики», которая, как они утверждали, создала «интеллектуальное царство террора, <в котором> никто не мог высказать то, что думает» [370] . Это обвинение было преувеличено. После трех воинственных кампаний, наполненных выступлениями на городских перекрестках, шествиями с факелами под музыку флейт и гром барабанов, и шести лет неукротимой борьбы в парламенте никто не считал, что «боевого полковника» можно заставить замолчать.

За день до выборов в Северной Ирландии Вудс объявил, что выставляет свою кандидатуру на предстоящие всеобщие выборы в парламент Соединенного Королевства, которые должны были состояться всего лишь через восемь дней. Неизвестно, действительно ли он в тот момент вынашивал более серьезные политические амбиции и хотел защищать свои убеждения на более высоком уровне, чем провинциальное собрание, погрязшее в собственных дрязгах, где он приобрел свой первый парламентский опыт. Он заявил, что выдвигает свою кандидатуру в Вестминстер с целью поднять вопрос о защите льняной торговли, который он уже пытался обсудить в североирландском парламенте, но получил тогда ответ, что он оставлен для парламента Соединенного Королевства [371] .

Мы не знаем, переоценил ли он свои силы, вступив в эту борьбу (он был фаворитом на победу в округе Святой Анны на местных выборах, что стало бы его третьей победой на местном уровне), или, напротив, уже догадывался о своем поражении на выборах в местный парламент и понимал, что может дать себе второй шанс на парламентское кресло, ограничившись при этом затратами всего лишь на одну дополнительную неделю предвыборной кампании. Также возможно, что к тому времени появились и другие причины, объясняющие его желание переехать в Лондон. В любом случае, это доказывает, что он не был всего лишь марионеткой ольстерских торговцев спиртным, которые частично финансировали его предвыборные кампании в североирландский парламент, так как у них не было особой заинтересованности в парламенте Соединенного Королевства.

В Западном Белфасте, избирательном округе на выборах в Вестминстер, старый противник Вудса сэр Джозеф Дэвисон предложил в качестве кандидата от юнионистов У. И. Д. Аллена, двадцативосьмилетнего отпрыска одной из самых богатых семей в Белфасте и выпускника Итона [372] . Его соперником от националистов был известный адвокат. Поскольку округ был разделен между более южным районом Шанкилл и католической Фоллз Роуд, третьему участнику в местной предвыборной гонке места не было. По этой причине Вудс решил идти на выборы по округу Южный Белфаст. Там его единственным соперником был кандидат от юнионистов, другой видный местный миллионер У. Дж. Стюарт. В то время фирма, принадлежащая семье Стюартов, как раз заключила контракт на сумму 650 000 фунтов стерлингов на строительство нового грандиозного здания для североирландского парламента в замке Стормонт [373] .

Выборы в североирландский парламент состоялись 22 мая, и результаты были объявлены на следующий день. Новая избирательная система обеспечила правительству требуемый результат. Юнионисты увеличили свое большинство с четырнадцати до двадцати двух голосов. В округе Святой Анны Вудс стал вторым, набрав ненамного меньше голосов, чем победитель, однако в связи с тем, что в новых одномандатных округах больше не использовалась система предпочтительного голосования [374] , для Вудса это означало потерю места в парламенте. Газета «Таймс» назвала его поражение «одной из неожиданностей» выборов [375] .

После этого Вудс переключился на избирательную кампанию в парламент Соединенного Королевства. В его предыдущем созыве все тринадцать депутатов от Ольстера были юнионистами. На этих выборах в двух округах у юнионистов не было конкурентов, однако в графствах Ферманаг и Тирон они уже проиграли кандидатам от националистов Джо Девлину и Томасу Харбисону, а в оставшихся девяти округах им противостояло десять кандидатов — представителей Либеральной партии, общества трезвости и независимых кандидатов. В Южном Белфасте Стюарт потребовал, чтобы Вудс ответил на вопрос: «Стал бы он голосовать вместе с консерваторами, либералами или социалистами?» [376] Вудс ответил, что он поддержал бы Консервативную партию Стэнли Болдуина, так как согласен с ее политикой, за исключением вопроса о пенсиях по инвалидности. В его интересы входила защита льняной промышленности, сокращение безработицы, строительство жилья, но прежде всего он бы продолжил отстаивать интересы бывших военнослужащих [377] .

В двух случаях Вудс говорил, что он проработал в льняной торговле более семнадцати лет, еще один раз он упомянул о своем девятнадцатилетнем опыте в этом бизнесе. Поскольку до войны он не мог проработать больше пятнадцати лет, это, вероятно, означает, что в дополнение к своей небольшой парламентской зарплате он в течение нескольких последних лет работал по совместительству текстильным дизайнером. В любом случае, он представлял себя как материально независимого человека, чьим единственным мотивом был инстинкт милосердия: «Ему ничего не оставалось делать, — благочестиво говорил он, согласно определенным источникам, — и ничто не давало ему большего удовольствия, чем работа на благо людей как в самом парламенте, так и за его стенами» [378] .

Короткая кампания Вудса закончилась безуспешно. Чтобы получить место в Вестминстере, требовалась либо поддержка мощной партийной машины, либо крупные средства, а у него не было ни того, ни другого. По результатам голосования Стюарт набрал почти двадцать четыре тысячи голосов, а Вудс — на десять тысяч меньше [379] . После объявления о столь сокрушительном поражении Вудс поблагодарил своих сторонников, «которые не забыли, что патриотизм, принципиальность и верность еще не списаны со счетов». Он продолжил: «Я думаю, что на данный момент я возьму паузу, но все еще впереди» [380] .

Собственное будущее Вудса на тот момент еще оставалось неясным. Исчезнув из общественной жизни, он стал практически невидим и для взгляда историка. В середине 1920-х гг. Вудс вступил в Клуб младших офицеров военно-морского флота и армии, расположенный на улице Пэлл Мэлл в Лондоне (до этого он состоял только в Ольстерском реформаторском клубе, престижном либеральном юнионистском учреждении в Белфасте) [381] . Это позволяет предположить, что он, возможно, собирался чаще бывать в столице. Нам известно, что 16 февраля 1928 г. он посетил торжественный прием в честь десятой годовщины независимости Литвы, организованный дипломатической миссией этого маленького государства на Пэлэс Гейт в Лондоне [382] .

Нам также известно, что в 1930 г. у Вудса в столице завязались романтические отношения с англичанкой, которую звали Вероника (Билли) Куэстед [383] . В начале следующего года он уехал из Белфаста и поселился в Лондоне, что ознаменовало новую страницу в его профессиональной и личной жизни. В декабре 1933 г. Филипп и Флоренс Вудс развелись [384] . Через несколько месяцев была сыграна его свадьба с Вероникой. Поначалу новобрачные жили в квартире в Вудсток-Хаус на Джеймс Стрит (недалеко от Оксфорд Стрит в центре Лондона). Через пару лет они переехали в коттедж Уэлл, необычный дом елизаветинской эпохи с почерневшими от времени деревянными стенами и соломенной крышей в Лонг Крендоне, архетипической английской деревушке, расположенной в графстве Букингемшир в тени Чилтернских холмов, на полдороге из Оксфорда в Эйлсбери [385] .