Чтение онлайн

Ничего не отвечаю. Видимо, именно с бабушкой девочка проводила основное время. Пока мама… Была где-то.

Так, ладно, мы не осуждаем, не осуждаем. Мало ли какие бывают обстоятельства. Надо же работать, кормить, одевать ребенка, правильно?

Но все равно в душе за девочку обидно. Конечно, ей не хватает любви. И в первую очередь, материнской. Которую, к сожалению, не могут заменить ни бабушка, ни даже папа.

– Что скажешь, если после завтрака мы устроим парикмахерскую у нас в саду?
– склоняюсь к ней ближе и заговорщицки вскидываю брови.

Радуюсь, когда детские глазки вместо печали заполняет радость. Она кивает и продолжает кромсать несчастный помидор, который скоро уже превратится в кашу.

С доски красная струйка течет Стасе на живот, а оттуда впитывается в трусики. На полу тоже не особенно чисто. Что ж, ну значит, у нас еще будет стирка и уборка.

– Эй, сосед!
– кричу, встав у забора.

Дверь в дом распахивается тут же, словно он под ней сидит и ждет, когда я позову. Выходит с самодовольным выражением на лице.

Но тут же хмурится.

– А где Стася?
– спрашивает, приближаясь.

– Посуду моет. Принесите пару трусов и еще одежды.

Он хмыкает, но возвращается в дом. Когда передает мне вещи, замечает:

– Делаете вид, что она ведет себя хорошо?

Я делаю вид? Глаза закатив в очередной раз, возвращаюсь домой. Стаська с огромным удовольствием стоит на стуле у раковины.

Средство я спрятала, в остальном она преуспела. Вода вовсю хлещет, и когда малышка тарелку под струю сует, брызги во все стороны летят, вызывая бурю восторга и легкий потоп.

Чтобы избежать его, приходится вооружиться после мытья посуды тряпкой. Я для стола, Стаська сопит на полу.

Наконец, когда с этим покончено, девчонка ответственно заявляет:

– С тобой интересно. Папа и бабушка никогда мне не дают делать это.

– А кто это будет делать?
– удивляюсь я.
– Я, что ли? Одной мне никак не управится. Хорошо, что у меня теперь ты есть.

Стаська расцветает улыбкой. Начинает прыгать, одновременно крутясь и дергая руками во все стороны.

– Бешеные танцы!
– я присоединяюсь к ней, и какое-то время мы пляшем как безумные макаки, а потом отправляемся в сад.

Кидаю покрывало поверх травы, оно так и остается лежать на высоте моих бедер.

– Просто ковер-самолет, - констатирую.
– Придется использовать тебя в качестве раглаживателя. Готова?

Стася кивает. Подняв ее опускаю в центр, и она проседает до земли, оказываясь завернута в ковер.

– Теперь ты должна ползать по нему, чтобы он весь на земле оказался.

Стаська принимается кататься колбаской, хохоча. Я завязываю волосы и водружаю на голову старую Аськину шляпу, найденную в шкафу и очищенную от пыли. У нее огромные поля, так что понятно, почему сестра ее не забрала. Куда в такой ходить, неясно.

– Ты похожа на гриб, - радостно заявляет Стаська, сидя на ковре в одних трусиках.

– Ага, - соглашаюсь, оглядывая незагорелую кожу.
– На бледную поганку. Знаешь, как они выглядят?

– Как ты?

– Примерно. Я тебе покажу, а ты запомни, что их нельзя есть. Они ядовитые, - делаю страшные глаза.

Стаська хохочет. В соседнем дворе хлопает дверь. Сосед, видимо, услышал нас. Не знаю, что хотел сказать, но только замер на полпути, глядя на меня.

Я тоже смотрю, мол, вот, любуйтесь, как можно справиться с ребенком.

И он смотрит. Только не на это. А на мое тело в купальнике. Он тоже Аськин, старый. Я загорать как бы не собиралась от большой печали по поводу измены. Аська меня ниже и худее. Так что купальник, можно сказать, поджимает в груди.

Видимо, это несоответствие размеров как раз и заинтересовало соседа. А иначе чего он так пялится?

А я чего так пялюсь в ответ? И почему мне нравится этот взгляд, который жадно моих ног касается, живота и груди?

Глава 9

Ой, нездорово это все. Точно свежий воздух. Надо возле дороги постоять, подышать бензиновыми парами, может, легче станет.

– Мы будем играть в парикмахерскую?
– нетерпеливо спрашивает Стаська, и я опускаюсь рядом с ней, прячась за травой, которая осталась не примятой.

Сердце подозрительно ускорило свой ход. И душно стало как будто не от жары. Да ну… Просто это сосед душный, вот и все. Кого угодно задушнит.

Через час мы со Стасей оказываемся обе с прическами. Она с косой, заплетенной вокруг головы, я… Даже не знаю, как это назвать… Плешивый еж?

– Ну что скажешь, можем мы свой салон красоты открыть?
– спрашиваю, когда она наконец оставила мою голову в покое.

Стаська улыбается широко и кивает. А название дадим по моей прическе, ага.

Но я стоически держусь, пока мы готовим кушать. В конце концов, когда бы я еще могла блистать в таком образе? Покупатели труб точно бы не оценили.

После обеда и очередной уборки взрыва продуктов мы со Стаськой шьем. Нашла старую простыню, нарисовала карандашом цветок и показала, как действовать. Цветок у Стаси почему-то тоже напоминает плешивого ежа, но она сама остается своей работой полностью довольна.

– Завтра я сошью подарок папе!
– заявляет мне.

– Что ты хочешь сшить?

– Значок супермена!
– Стаська прыгает, хлопая в ладоши.

– Отличная мысль, - одобряю, думая, что он вполне мог бы.

А что, с таким телом и внешностью… Характер только подкачал малость.

Домой мы идем, когда Стаська начинает сонно тереть глаза. Вяло шагает, держа меня за ручку. Матвей появляется на крыльце с первым скрипом калитки. Смотрит обеспокоенно.

– Папочка, привет, - Стаська сонно его обхватывает за шею, когда он на корточки присаживается.

– Привет, моя малышка. Как день прошел?