Чтение онлайн

– А... спастись... не пыталась?
– прохрипела Эвинна. Снадобье и правда придало сил, даже спина стала болеть поменьше.
– Они же... Это незаконно.

– В нашем мире у кого меч - у того закон, - невесело усмехнулась травница. Мрак разгоняла лишь стоящая в углу плошка с жиром. В ее свете лицо женщины казалось лет на десять старше, но Эвинна уже поняла: новая знакомая старше ее всего лишь лет на пять. Может, и меньше. Ей чуть больше двадцати.
– Тебе еще повезло, что не убили, - помолчав, добавила травница.
– Может, он еще хочет тебя попробовать, а может, есть другие планы.

– Какие... планы?
– Эвинна поняла, что если хочет выбраться, надо узнать о здешних порядках побольше.

– Например, продать работорговцам. Он часто делает так с теми, кто... несговорчив. Или если хватает женщин в... заведении.

Видно было, что молодая женщина тщательно выбирает слова. Но Эвинна поняла все правильно. Что ж, возможно, вскоре удастся выбраться. А там посмотрим. Караван поедет далеко, время сбежать у нее будет.

– Ты сама-то не пробовала?

– Куда мне идти? Мой отец сам продал меня сюда. Если я сбегу, он вернет меня обратно. Сильно тебя отделали. Тихо, стражник идет.

На этот раз ее не били. Ну, не считая садистски точного удара сапогом в живот - но после вчерашнего один пинок можно было не считать. Однако у Эвинны все внутри оборвалось после его слов. Тем более, что человек, показавшийся из-за широкой спины охранника, был ей хорошо знаком. Теоннат ван Вейверн промышлял работорговлей - это занятие в Кетадринии почиталось как почетное. Достаточно почетное даже для жреческих каст.

– Вот она, Теоннат-катэ, - произнес стражник с усмешкой. Корчит из себя недотрогу, но на самом деле далеко уж не девочка.

– Откуда знаете?

– Так посмотрели ей все... пока в отключке была.

– Хм... Полсотни золотом, как за строптивую, но молодую и пригодную к использованию. Так, посмотрим... Не понял?!

– Что такое?

– Это наша рабыня. Дядя мой ее пять лет назад у воинов купил. Мы думали, погибла она, когда дядю ранили, а она... По закону, беглую рабыню возвращают бесплатно, и еще нам полагается компенсация за ее использование, соответствующая стоимости рабыни.

– У вас есть свидетели?

– Конечно. Могут подтвердить под присягой, хоть именем Богов поклясться.

– А у нас есть свидетели, которые подтвердят, что рабыня у нас появилась лишь вчера вечером, и использовать ее господин не успел. Где она была до этого - Справедливый ведает.

– Тогда, конечно, о компенсации речи не идет, - заметил работорговец.
– Но вы должны нам ее отдать - немедленно и безвозмездно.

– Повесите?

– Беглую рабыню, да еще бросившую умирать раненого господина?
– зловеще усмехнулся кетадрин.
– Шутите? На кол ее, как велит обычай.

– Интересно, - с сожалением протянул стражник.
– Жаль, господин не увидит. Неблагодарная сучка посмела его укусить, да еще и плюнула.

– Ничего, снежный Кетадр свидетель, у нас это не пройдет!

– Значит, и говорить не о чем. Если сир наместник не будет против, вы сможете получить ее еще до вечера. От имени наместника благодарю, что почтили нас своим присутствием.

Кетадрин и сопровождавший его солдат вышли. Лязгнула, захлопываясь, дверь. В каморке снова воцарилась тишина. Эвинне было нечего сказать, а Элинда не знала, как утешить новую знакомую. Перед угрозой страшной смерти все утешения казались изощренным издевательством.

– Конечно, мы чтим закон, - произнес наместник. Вообще-то на закон ему было плевать - но если гарантируется безнаказанность. А знатные кетадрины - не забитые простолюдины из сколенцев. Тут можно враз потерять щедрых скупщиков рабов и отнятого у казненных по доносам, да еще за жизнь начать опасаться.
– Мы согласны отдать вам сколенку. Но с одним условием. Вы купите и остальную партию...

– Конечно, - заверил кетадрин.
– И в знак признательности дадим за них в полтора раза больше, чем собирались. Сколько там остальных, шестнадцать? Ну что же, я заплачу не восемьсот золотых, а тысячу двести. Это возместит вам упущенную выгоду сполна. Даже с лихвой.

– Так когда вы бы хотели получить свой товар?

– Как можно скорее, - произнес кетадрин. Северянин, с детства приученный ценить дела дороже слов, он уже утомился вести учтивую беседу. Эти изнеженные южные бараны умеют часами говорить ни о чем. Вот взять бы, да загнать этого вальяжного толстяка в зимние горы. Или в замковые покои в Тэзаре, где спать надо на жестких, узких лежаках, благо, настоящие воины итак их почти не видят...
– Нам еще идти в Макебалы, чтобы почтить наместника Верхнего Сколена...

– В таком случае вы получите их немедленно, я распоряжусь. Но прошу остаться у нас в гостях хотя бы на ночь, вкусить вечернего пира и любовных утех.

– Пожалуй, из уважения к вам, Колен-катэ, мы примем приглашение. И... я рад, что мы смогли договориться полюбовно. Снежный Кетадр с вами, сир наместник.

– И Алк Морской - с вами, - в тон ответил алк.
– Эй, Бетр, живо сообщи, чтобы передали девок караванщикам!

Кетадрин уже предвкушал веселый вечер, а потом и ночь с одной из новых девчонок в заведении наместника. Можно сразу двух, все-таки четыреста золотых сверх красной цены - немало, надо получить что-то в награду. Почему не удовольствие с молодыми сколенскими сучками?

Человек подбежал к сиру наместнику на удивление быстро. Но это был явно не воин. Слишком уж толст, лыс, да и лицо подозрительно безбородо. Евнух? Кетадрин презрительно сморщился. Боги заповедали людям быть либо мужчинами, либо женщинами, и никак не кем-то еще. Изменять данную Богами судьбу - насмешничать над Их замыслом. Как глупые южные неженки этого не понимают?

Был удивлен и наместник. А евнух наклонился над наместником и что-то зашептал тому на ухо. И кетадрин сразу почувствовал неясную тревогу. Потому что наместник сперва нахмурился, а потом охнул и схватился за сердце. Наверное, он потерял контроль над собой, потому что племянник Морреста ван Вейфеля читал на этом лице, как в открытой книге. Ярость, смятение, страх - и снова бешенство. Да что у них там стряслось? Кетадрин расслышал только одно слово, и то не слово, а имя. "Тород".

Он слышал о бывшем сколенском рыцаре, а нынче разбойнике. Но что мог сделать простой бандит с большой дороги такого, что вогнало наместника в ступор? Помнится, в Эшпере стоит почти три сотни солдат - целая рота. И ведь город же, его окружает пусть плохонькая, но стена. Чтобы выбить отсюда триста человек, нужно не меньше тысячи. Едва ли у бандита столько людей. Едва ли у него под рукой хоть сотня...

– Уважаемый, - произнес наместник, когда евнух отошел в сторону.
– К сожалению только что выяснилось, что наша сделка невозможна.