Чтение онлайн

Жаклин подняла на него потяжелевший взгляд.

— Боже… как страшно, — она облизнула губы. — Да ты меня прямо напугал, Александр. Я сейчас умру от страха, тебе даже не придётся меня… держать здесь до второго января.

— У меня на тебя большие планы… сладкая.

Жаклин на это молча выгнула бровь.

— У Кирка наверху есть джакузи, — объяснил парень, стрельнув глазами куда-то в потолок.

Девушка выгнула вторую бровь.

— Готовься, — он посмотрел на губы девушки, но отстранился. Сделав шаг назад, стряхнул с плеч дублёнку и, развернувшись, направился прямо по коридору, на ходу стягивая со спины свой мохеровый свитер стального цвета исландского производства.

«Боже, — провожала его стройную, высокую удаляющуюся фигуру, восхищенным, обалдевшим взглядом Жаклин, всё ещё стоя у стены, — неужели это происходит со мной?»

Глава 36 Часть 3

Она вошла в ванную комнату где-то минут через двадцать, найдя её на втором этаже по звуку льющейся воды. Жаклин осторожно открыла деревянную дверь цвета клёна и увидела Алекса, который в одних джинсах, босиком, стоял возле круглой стильной джакузи с золотистой овальной табличкой на боку, гласившей: «Jacuzzi», и, опёршись руками о борт, что-то рассматривал на пульте управления. Вода набиралась в ёмкость через водопад.

— Алекс, — робко позвала Жак, ибо из-за шума воды парень не услышал её появления.

— Да, — оглянулся и выпрямился тот. Девушка в своём черном халате и сапожках и была само очарование. Но, взглянув ей в лицо, юноша встрепенулся — она чем-то сильно расстроена. — Что-то случилось, малыш? Что с тобой?

— Алекс, — она зажала губы между зубами и на мгновение потупила взгляд.

— Что? Да говори же! — всплеснул он ладонями.

— У меня это… месячные, — Жак опустила руки вдоль туловища и сжала их в кулачки.

МакЛарен замер и перестал дышать.

— Начались только что. — Окинула взглядом комнату девушка.

— Что-о-о-о-о? — парень тут же вспомнил её шутку там, в новой квартире. — Жаклин, это плохая шутка, — он обошел ванну и встал напротив неё.

— Вот потому что она плохая, это не и не шутка вовсе. У меня. Месячные, — Жаклин отвернулась и уставилась на боковую стену комнаты.

Юноша часто-часто заморгал, но потом расслабился.

— Ну… ну вот джакузи готова, — несмело пожал он плечами. А потом так и вовсе воспрял духом и повторил более жизнеутверждающе: — Джакузи готова, малыш! — но по её реакции понял, что ей не до этого — она очень расстроилась. Александр шагнул к ней вплотную. — Иди сюда, — сгрёб он её в охапку. — Не расстраивайся, — погладил юноша Жаклин по голове.

А Жаклин вроде бы и готова не огорчаться, но что-то всё не могла взять себя в руки. Она как никто другой понимала, что возможность зачатия была мизерной, может быть даже одной из миллиона, но всё равно пришедшие месячные (да ещё и так не вовремя) обрушили её настроение и установили его на той самой противной и вымораживающей нулевой отметке — ни больше, ни меньше.

Она понимала, что торопится. Но её поспешность осознавали лишь мозги, а в груди, как ни искала, не находила какие-то тормозящие порывы или хоть что-то отторгающее её инстинкты. В душу мысль о беременность проникала абсолютно беспрепятственно. Настолько же органично и естественно, как «маленький Александр» — внутрь её тела.

— Не расстраивайся. — Юноша, обняв девушку за талию и даже не притрагиваясь к её голым грудям и возбуждённым от горячей воды соскам, которые иногда всплывали на поверхность как перископы подводной лодки, покрывал лёгкими нежными поцелуями её увлажнившееся от пара личико.

Они лежали на покатой стороне джакузи.

Жак не отвечала. Да и вообще ощущалась в руках как ватная, безвольная кукла. Она пристроилась к Алексу под бок, даже не положив, а как-то именно склонив голову на силиконовый подголовник, а парень умостился шеей на широкое ребро ванной. Уровень наполненности ещё не достиг высоты, при котором включаются насосы, поэтому толща воды оставалась спокойной и прозрачной.

В комнате основное освещение не горело. Саму ванну приятным, спокойным ультрамариновым светом наполняли небольшие неоновые лампочки, вмонтированные в стенки и дно ёмкости в хаотичном порядке, как звёзды на небе. Вода, в свою очередь, рассеивала в пространство комнаты мерцающий, оживлённый водяными бликами свет океана.

«Конструкторы джакузи не зря свой бутерброд едят», — подумала Жаклин, впервые увидев такую картинку. Только вот жаль — девушке было совсем не до этой красоты.

— Угу, хорошо, — наконец кивнула она. — Это сейчас пройдёт. Извини. Потерпи, пожалуйста, я буду в норме через секунду. — Она лежала и пыталась нащупать в груди какое-то чувство или «поймать за хвост» в голове какую-то мысль. Это что-то такое, что касалось Чарльза. Она подумала, что если бы носила под сердцем ребёнка Алекса, то это очень упростило бы её уход от мужа. В этом случае, все «мосты» сгорели бы сами собой.

От этой мысли ей сделалось хоть немного легче, и девушка спохватилась.

«Мой Бог, да что же это я! Из месячных трагедию века делаю. Вот корова. Разревелась тут. И как он только меня терпит», — она подняла лицо к своему молодому человеку, но тянуться к его губам не стала, а поцеловала то, что было прямо напротив — грудь чуть повыше соска. А потом и сам сосок. Затем пошла поцелуями вверх к его ключице.

Конечно же, он не выдержал — слишком долго сдерживался. Шутка ли: ему пришлось самому её раздеть и уложить в джакузи. Александр тут же, почти автоматически схватил Жак за талию и попытался было лечь на неё, как сделал бы это в постели. Но вода это не матрац на пружинах, девушка, сдвинувшись со своего места, сразу же «пошла на дно», поэтому пришлось и себя, и её вернуть на место.

В воде всё чувствовалось по-другому. Вода была им даже не то чтобы союзницей или посредницей, а именно какойто сводницей. Она холила и лелеяла все их движения, объятия, взаимные ласки и сексуальный натиск. Будто качала их в колыбели, делая гладкое — ещё более гладким, скользкое — ещё более скользким, чувствительное — ещё более уязвимым.

Попав под влияние такого мощного «катализатора», Жак, даже не поняв толком, чего ей хочется и почему именно этого, потянулась руками к члену своего любимого мужчины. Её ладошки в такой момент оказались сообразительней и проворней её мозгов. Тельце «маленького Алекса» всегда имело исключительно нежную, гладкую кожицу, а сейчас, сделавшись под водой ещё и скользким и потеряв часть своего веса (но не объёма), смело могло претендовать на звание «рая» для такого кинестетика как Жак. Девушка тут же вспомнила, как Александр не в силах был оторвать руки от её атласного халата.

Почувствовав, как её пальчики бережно, заигрывающе обвились вокруг его «ствола», юноша рефлекторно толкнулся к ней бёдрами. Сильно, с желанием поцеловав девушку, он принялся дразнить языком и лизать её крупные, торчащие соски, сминая ладонями под водой мягкие, нежные ягодицы. Парню «сносила крышу» картинка плещущейся вокруг его любимого хрупкого женского тела воды. Эта «живая», подвижная среда очень неплохо меняла, оформляла и дополняла привычную статичную картинку обнаженных женских прелестей.

Дотянувшись кончиками пальцев до её промежности, юноша не сразу решился двинуться дальше, но всё-таки решился. Только лишь приступив к заигрыванию в воде с её складочками, парень опять вернулся к поцелуям, с решительным напором внедряясь языком к ней в рот. Жак чувствовала, что он целует её губы, уже будучи мысленно весь там, у неё между ног. Сама она, оставшись одной рукой на его члене, второй ладошкой периодически обмывала водой его торс и плечи, любуясь, как жидкость стекает по бесподобным любимым рельефам, и сама пальчиком повторила путь, проделанный каплями.